Тайна Зеленой двери
Шрифт:
"Франсин думает, что я прибыла сюда с той же целью, - продолжала размышлять Пенни.
– Если бы она не была такой высокомерной, мы могли бы работать вместе".
Впрочем, не существовало никаких реальных доказательств для вывода о том, что отель Фергюс используется не по прямому назначению. Пенни прекрасно понимала, что оказывается во власти собственной интуиции. На самом деле, Зеленая комната могла не содержать никакой тайны. Однако, у нее была слабая надежда узнать нечто такое, что помогло бы ее отцу в борьбе с Харви Максвеллом.
Не привлекая внимания, Пенни спустилась на первый этаж и вышла из отеля. Достав лыжи из сугроба, она была удивлена, заметив стоявшую рядом Франсин, очевидно, ее дожидавшуюся.
– Привет, Пенни, - приветствовала ее Франсин.
– Боже мой! Вы, случайно, не ошиблись? Разве вы меня знаете?
– О, не пытайся острить, - ответила Франсин, делая шаг к ней.
– Я сейчас все объясню.
– Будьте любезны.
– Ты не нашла ничего лучшего, как громко назвать мое имя в вестибюле.
– Я не понимаю вас, Франсин. Вы здесь инкогнито, или что-то еще?
– Естественно, мне бы не хотелось, чтобы все вокруг знали, что я репортер. И мне кажется, что ты тоже будешь не в восторге, если узнают, что дочь Энтони Паркера!
– Думаю, это мне вряд ли поможет, - признала Пенни.
– Наоборот! Несмотря на твое притворство в аэропорту, я знаю - ты прилетела сюда, чтобы раздобыть материал на Харви Максвелла. Но в то самое мгновение, как он узнает, кто ты, у тебя не будет возможности попасть внутрь отеля.
– К вам это тоже относится, если я правильно поняла?
– Никто в Пайн Топ, кроме тебя, не знает, что я репортер, - продолжала Франсин, оставив ее вопрос без ответа.
– Так что предупреждаю тебя, не допускай оплошностей, подобной той, что допустила некоторое время назад. Всякий раз, когда рядом с нами оказывается Фергюс, или Максвелл, или кто-то, кто может сказать им, помни, ты никогда не видела меня прежде. Ясно?
– Больше чем, - ответила Пенни.
– Полагаю, я сказала тебе все, что собиралась сказать, - Франсин повернулась и собралась уходить.
– Одну минуту, Франсин, - импульсивно произнесла Пенни.
– Почему бы нам не зарыть топор войны и не поработать в одной упряжке? Ведь я больше заинтересована в получении материала против Максвелла, чем для сенсационной газетной статьи. Что скажете?
Франсин высокомерно улыбнулась.
– Спасибо, но я волк-одиночка. Кроме того, у меня есть преимущество - я знаю то, чего не знаешь ты.
– Я слышала о Зеленой комнате, - рискнула Пенни.
– Это нечто особенное.
Франсин остановилась.
– Что тебе об этом известно?
– быстро спросила она.
– Может быть, нам действительно стоит объединить усилия.
Пенни рассмеялась и наклонилась, чтобы надеть лыжи.
– Нет, спасибо, - приторным тоном ответила она.
– Вы как-то сказали, что хороший репортер всегда сам находит ответы на вопросы. Или же вам придется подождать, пока вы не прочитаете об этом в Star!
ГЛАВА 8. ЗАШИФРОВАННОЕ СООБЩЕНИЕ
Пенни сидела на кухне гостиницы миссис Дауни, отогравая замерзшие пальцы у печки.
– Ну, тебе понравилось кататься на лыжах?
– спросила хозяйка, занятая изготовлением огромного мясного рулета, который собиралась подать на обед.
– Это было великолепно, - ответила Пенни, - только я сбилась с пути. Каким-то образом я пропустила поворот, о котором вы меня предупреждали, и едва не налетела на забор из колючей проволоки. Мне удалось его перепрыгнуть и приземлиться в сугроб!
– Слава Богу, ты не ушиблась.
– Нет, но из-за деревьев вышел старик с ружьем и велел мне убираться. Кажется, он терпеть не может горнолыжников.
– Должно быть, это Петер Яско.
– А кто это, миссис Дауни?
– Один из старожилов Пайн Топ, - вздохнула миссис Дауни.
– В некоторых отношениях, он очень приятный человек, а в некоторых - прости, Господи!
– Он, наверное, очень не любит лыжный спорт. Я заметила у него на заборе знак "Лыжникам воспрещено".
– Петер Яско - большая проблема для меня и других, кто здесь живет. Он ненавидит лыжи и все, с ними связанное, до фанатизма. Несколько лыжников получили ранения, случайно налетев на его забор из колючей проволоки.
– А зачем он его поставил?
– Он уверен, что этот его забор удержит людей от катания на лыжах.
– Он, случайно, не...
– Пенни постучала себя по лбу.
– Нет, - улыбнулась миссис Дауни.
– Старый Петер в своем уме, по крайней мере, во всем, что не касается лыж. Кстати, он владелец одной из лучших лыжных трасс.
Пенни подвинула ноги поближе к печке.
– Не той ли, которая выходит к гостинице?
Миссис Дауни кивнула, взбивая яйца.
– Я арендовала землю у сына Яско много лет назад, и теперь он, хоть и злится, ничего не может поделать. Тем не менее, срок аренды скоро истекает. И он дал мне понять, что договор не будет возобновлен.
– А вы не можете снова договориться с его сыном?
– Он умер, Пенни.
– Ах, вот как... Значит, будет трудно.
– Определенно. Это отношение Яско к возможности продления аренды - еще одна причина, по которой я думаю, что этот год будет последним для меня, как владелицы гостиницы.
– А вы не думаете, что Ральф Фергюс или Харви Максвелл как-то повлияли на Яско?
– задумчиво спросила Пенни, наморщив лоб.
– Я сильно сомневаюсь, чтобы кто-то смог повлиять на старика, - ответила мисс Дауни.
– Упрямство - не то слово, чтобы описать его характер. Даже если я лишусь лыжной трассы, совершенно уверена, что он никогда не сдаст ее в аренду Фергюсу.
– Когда я была там, мне показалось, я видела девушку, стоявшую за окном дома.
– Возможно, ты не ошиблась, Пенни. У Яско есть внучка твоего возраста, по имени Сара. Очень хорошая девушка, но она предпочитает не выходить из дома.
– Мне ее очень жалко, если она вынуждена жить с этим стариком. Мне он показался обычным людоедом.
Отодвинув согревшиеся ноги от печки, Пенни снова натянула жесткие ботинки. Не зашнуровав их, встала и заковыляла к двери.
– Кстати, - заметила она, останавливаясь.
– Вы когда-нибудь слышали о Зеленой комнате в отеле Фергюса?