Чтение онлайн

Анна прикусила губу. Хотя Каро была на год старше, именно Анна всегда была зачинщицей их выходок.

– И Алек не забудет, – признала она.

Каро усмехнулась.

– Это же было нехорошо с нашей стороны?

– И весьма скандально. Но ведь это Вероника оскандалилась?

– Вот только не надо смотреть на меня своими огромными, невинными голубыми глазами, милая! Все, кто тебя знает, в курсе о твоей бойкой натуре.

– Как ты можешь так говорить? – Анна изо всех сил старалась подавить улыбку, но совсем в этом не преуспела. – Я исправилась. Правда. И спешу напомнить тебе, что это не я пригласила того мужчину домой на ужин. Твой герой был весьма груб со мной, Каро!

– Джон – мой единственный герой, милая. И хотя ты говоришь, что исправилась, – беспечно заметила Каро, – я знаю тебя, Анна. Ты навсегда останешься прежней. Ты яркая, страстная, за это мы тебя и любим. Всё, что ты делаешь, ты делаешь от всего сердца. Алек – точно такой же, как и ты озорник, только скрывает это ото всех, а Эйдан, я уверена, всегда будет любителем приключений.

«Так и есть», – молча признала Анна.

– А теперь вернёмся к мистеру Саймону Блэквелу, милая. – В глазах Каро плясали смешинки. – Прошу тебя, не забудь его имени, когда он придёт на ужин.

Тоскливая улыбка Анны сменилась фырканьем, крайне неподобающим леди.

– Если он соизволит появиться. В этом случае, наверно, Джон захотел бы узнать, что ты флиртовала с этим... человеком, Каро!

Каро рассмеялась.

– Джон обожает меня так же, как и я его, – весело произнесла она. – Но ты права. Не стоило вести себя столь возмутительным образом. Поэтому я буду счастлива оставить кокетство за тобой, дорогая. – С этими словами Каро послала ей воздушный поцелуй.

Анна со стоном опустилась на ступеньку лестницы.

«Превосходно», – мрачно подумала она.

Похоже, ей всё-таки придётся смириться с присутствием этого тирана за ужином.

Свет в моей жизни погас. Боюсь, я навеки останусь в темноте.

Саймон Блэквел

Точно в восемь часов раздался стук в парадную дверь.

В доме царила суматоха. Иззи и Джек, едва искупавшись, вырвались из рук няни и сбежали вниз. Каро, стоя на пороге гостиной, со вздохом погрозила Иззи пальцем. Как раз в тот момент, когда горничная открыла входную дверь, Анна подхватила Джека с лестницы, где он, похоже, намеревался спрыгнуть с последней ступеньки, как любила делать его сестра. Анна легонько стиснула малыша в объятиях. После ванны его круглые щёчки сияли румянцем, он был, как всегда, очарователен.

И тут вошёл Саймон Блэквел.

Каро сверкнула лучезарной улыбкой.

– Мистер Блэквел, как чудесно снова вас видеть! Вы как раз вовремя.

– Я человек слова, – пробормотал Саймон, слегка приподняв брови. – Было бы совершенно невежливо опаздывать.

Ну что, разве так трудно улыбнуться?

«Было бы совершенно невежливо опаздывать», – мысленно передразнила его Анна. Внезапно её снова охватил гнев.

Анна с неохотой признала, что Каро оказалась права: он явился!

«Теперь, когда мистер Блэквел уже здесь, будет невежливо притвориться больной, – призналась себе Анна, – ведь он уже увидел меня воочию. Наверняка, Каро выразит своё ликование по этому поводу позже вечером».

Саймон поприветствовал Анну лёгким поклоном.

– Миледи, – пробормотал он ровным тоном без тени улыбки на лице.

Анна подавила желание бросить на него злобный взгляд. Воспоминания о его высокомерии, которое он проявил сегодня днём, нахлынули с новой силой. Тем не менее, она продемонстрирует воспитанность и вежливость – качества, коими он и в помине не обладал.

Иззи, которая находилась ближе всех к двери и к гостю, вдруг застеснялась. Когда девочка юркнула за юбки матери, Анне захотелось ехидно усмехнуться.

«Да, крошка, ты тоже поняла, что он настоящий тиран?»

– Изабелла, не надо так стесняться, утёнок! Ты уже забыла, что мы встретили мистера Блэквела сегодня в парке?

Изабелла настороженно на него посмотрела. Между тем, Джек уткнулся в плечо Анны, но через мгновение вскинул голову. Глаза его засверкали, он протянул пухлые ручки к Саймону и подался вперёд.

Жест, который ни с чем не спутать.

Но мистер Блэквел не хотел брать Джека на руки. Она поняла это по выражению его лица и даже почувствовала. Прежде взять маленького мальчика, на лице мистера Блэквела промелькнула странная эмоция, не похожая на отвращение, но и нежеланием её нельзя было назвать.

Анну внезапно охватило возмущение.

«Какого чёрта? – подумала она. – Он без колебаний взял Джека на руки после того, как его спас. Судя по тому, как он сегодня днём держал мальчика, ясно, что раньше он уже имел дело с малышами и умеет с ними обращаться. Возможно, именно поэтому мне показалось таким странным, что он не хочет делать этого сейчас».

Другое дело, если бы мальчик испачкался. Но он был чистым, и от него приятно пахло. В одно мгновение в ней разгорелся огонь негодования.

Анна открыла рот. Она была полна решимости высказать всё, что о нём думает.

– Что ж, вижу, что Джек вам снова надоедает.

В прихожую вошёл Джон, муж Каро, белокурый, разрумянившийся и, как всегда, весёлый.

Саймон повернул голову.

– Джек? – повторил он. – Разве его зовут не... не Джон?

Анна пристально посмотрела на Саймона.

– Так и есть, – усмехнулась Каро. – Но мой муж Джон, – она подставила щёку, чтобы он её поцеловал, – зовёт его Джеком с самого его рождения. И, несмотря на мои самые ярые возражения, почти все в семье последовали его примеру. Даже я сама, – рассмеялась она.

– Папа! – завизжал от восторга Джек.

– Давайте я его возьму, – непринуждённо сказал Джон. Он подхватил сына на руки и, взъерошив ему волосы, передал няне.

Вивиан Макбрайд, которая любила подремать перед ужином, спустилась по лестнице, чтобы к ним присоединиться. Каро представила их друг другу. Тут появился Алек. Ласково потрепав Анну по подбородку, он повернулся к матери.

– Мама, – пробормотал он, низко наклонившись, чтобы поцеловать её в напудренную щёку, – сегодня ты выглядишь особенно прекрасно.

«Так и есть», – с замиранием сердца признала Анна. Безусловно, Вивиан Макбрайд выглядела бы восхитительно и в холщовом мешке. Она была стройной и обладала тонкими и изысканными чертами лица. Она совсем недавно сняла траур и сегодня облачилась в бледно-лавандовое шёлковое платье. Во время долгой и изнурительной болезни мужа Вивиан не отходила от его постели, но не сдавалась и не падала духом.

Только после того, как попрощалась с мужчиной, которого любила на протяжении тридцати лет и родила ему шестерых детей, из которых выжили только Алек, Эйдан и Анна, она, наконец, дала волю чувствам. Лишь после кончины супруга герцогиня закрыла глаза и разрыдалась, и только её дети стали тому свидетелями. Но после похорон Вивиан взяла себя в руки и справилась со всем с величайшим достоинством и самообладанием.