Чтение онлайн

КРОВЕНОСНАЯ СИСТЕМА

Легкое

Артерии

Капилляры

В левое легкое (кровь, несущая углекислый газ)

В правое легка

[Альвеолы

Митральный (двустворчатый)/^ клапан /

1 Из левого легкого I (кровь, несущая 1 кислород)

Сердце —L

JpaBoe

Трехстворчатый УУедсердУ клапан ~~-

Печень

[евый желудочек

Правый желудочек

Нижняя полая вена

Аорта

— Двух! — охнула Молли. — Так нам еще раз надо будет...

— Да не вам! Вас мы сейчас сбросим. Вам же надо было в легкие, а до них уже рукой подать.

— Фу-у-у...

— Позади — правая половина сердца. Она дает нам разгон, только чтобы добраться до легких и обратно. Тогда-то мы и попадаем в левую половину, а уж там получаем толчок, которого хватает, чтобы побывать во всем остальном Теле. Вот где настоящая мощь — в левой половине сердца. Она способна отправить меня в большой палец на ноге и вернуть обратно! Это ну ни с чем сравнить нельзя! Чистое блаженство!

К ним приблизились Макс и Вольняшка.

— Теперь нам надо держаться поближе друг к другу, — скомандовал Вольняшка. — Впереди опять капилляры! О чем это ты болтал? — спросил он у эритроцита Молли.

— Рассказывал, как мы циркулируем.

— Пф! — фыркнул Вольняшка и смерил его уничтожающим взглядом.

— А вы видели, как белая стенка вдруг раскрылась? — спросил Макс.

— Это был трехстворчатый клапан, — ответил Вольняшка, опередив обоих эритроцитов. — У него есть три створки. Они расходятся, чтобы пропустить кровь из правого предсердия в правый желудочек. — Он захлебывался словами и рисовал в воздухе целые диаграммы. — Предсердие собирает кровь из вен и выбрасывает ее в желудочек. Желудочек — это одна сплошная мышца, и она сокращается, накачивая кровь в артерию. Клапан открывает и закрывает проход между предсердием и желудочком, вынуждая кровь течь в одном направлении. Иначе она просто плескалась бы там взад и вперед, а Тело погибло бы от истощения.

— Обратные клапаны! — заметил Макс. — У нас Снаружи тоже есть такие.

— Ну, уж не такие совершенные, как наши! Между левым предсердием и левым желудочком имеется еще один клапан — митральный. У него только две створки, и поэтому мы называем его двустворчатым. В больших артериях, там, где они отходят от сердца, в каждой есть по клапану.

— В венах ног и туловища тоже есть много-много клапанов, — рискнул вставить эритроцит, на котором ехала Молли. — Они помогают нам взбираться вверх — понемножку, от клапана к клапану.

— Как по лестнице, — сказал Макс.

— Я как раз намеревался рассказать про них, — объявил Вольняшка.

— Кстати, где мы сейчас? — спросил Макс.

— В артерии, ведущей к легким, — ответила Мол-

1 Рот

2 Надгортанник

3 Пищевод

4 Желудок

5 Тонкая кишка

6 Поджелудочная железа

7 Здесь происходит всасывание 8- Толстая кишка

9 Аппендикс

10 Воротная вена

11 Печень

12 Нижняя полая вена

13 Сердце: правое предсердие

14 Трехстворчатый клапан

15 Правый желудочек

16 Легочная артерия

17 Легкое

ли. — Так что нам уже следует высматривать Бакстера.

— Но легкие же ужасно большие, — сказал Вольняшка. — Как вы намерены организовать свою экспедицию?

— Разве вы нас к нему не проводите? — Молли подняла на него умоляющие глаза. — Вы ведь обещали!

Они приближались к капиллярам и плыли все медленнее.

— Вот уж нет! Ненавижу легкие — в них столько пыли и... и ВОЗДУХА! Я туда и не заглядываю никогда. А обещал я проводить вас к ним, и больше ничего.

— Но как же мы его отыщем без вас? — голос Молли задрожал.

— А кто говорил, что отыщете? Легкие полным-полны воздушными мешками, и он мог попасть в любой. Причем это только левое легкое, а правое — туда дальше, и оно даже еще больше, — он ткнул рукой позади себя.

Макс охнул, не зная, честно или нечестно дать в нос капле соленой воды.

— Вы просто нас пугаете, чтобы мы бросили его искать и остались тут, — отрезала Молли. — Ничего не выйдет!

Вольняшка посмотрел на нее с хитренькой усмешкой.

— Ну, сами увидите. А вообще-то поторопитесь: вот уже и капилляры. Облюбуйте воздушный мешок посимпатичнее. Выбор большой — их тут миллионы! — И он улетел, ни с кем не попрощавшись.

— Скатертью дорога! — буркнул Макс. — Жутко вредный тип!

Молли соскользнула со своего эритроцита.

— Ой, а вы совсем разрумянились, — сказала она.

— Я ведь гружусь кислородом, а это меня всегда подбадривает, — ответил он. — Молекулы гемоглобина под моей оболочкой извлекают кислород из воздуха за стенкой. Если вам надо внутрь легкого, раздвиньте щелку между клетками в стенке капилляра. Ну, прощайте! Желаю удачи.

Эритроцит Макса очень жалел, что не может отправиться с ними.

— Успеха с выполнением задания! — сказал он. — Ну, да какие же могут быть сомнения, раз дело находится в ваших умелых руках. — Он весь пылал алым румянцем и просто лопался от нетерпения поскорее рассказать о них всему Телу.

В следующее мгновение его унесло дальше под нетерпеливые возгласы скопившихся позади эритроцитов.

Макс и Молли изо всех сил потянули в разные стороны сомкнутые края двух похожих на оладьи клеток, выстилавших капилляр, и проскользнули в образовавшуюся щель, которая тотчас за ними сомкнулась. Еще слой плоских клеток, еще усилие — и близнецы выбрались в сферическое помещение, где было полно тумана и воздуха. Они несколько раз глубоко вздохнули.

— Ну, можно хоть жидкость из кроссовок вылить, — сказала Молли, выжимая нижний край блузки.

Сферические стенки то слегка растягивались, то снова сжимались в такт дыханию, и в круглое входное отверстие вливались волны легкого влажного тумана. Дальше виднелись такие же сферические помещения, целая их цепь, открывающаяся в трубкообразный коридор. Тянулись они, насколько хватал глаз.

— Это, вероятно, альвеола, — объяснил Макс. — А выходит она в бронхиолу. Я их видел на рисунке. Воздух поступает в легкие по трахее, а дальше расходится по ветвящимся бронхам которые делятся вот на такие бронхиолы.

— И этих воздушных мешков... то есть альвеол тут никакие не миллионы, а триллионы! Ну пошли искать Бакстера. — Молли решительным шагом вышла в бронхиолу громко зовя: — Бакстер! Бакстер! Кис-кис-кис!

Они переходили из коридора в коридор, заглядывали в каждую полную тумана альвеолу и звали, звали, звали. . Но Бакстер не появлялся, и они совсем приуныли

— Бесполезно! — сказал наконец Макс. — Уж не знаю, сколько часов мы его зовем, а он, может быть, развлекается себе где-нибудь в ста милях отсюда. Да и вообще, он никогда на зов не приходит!