Чтение онлайн

– А когда это случилось? – спросила я.

– Где-то в прошлом году. – Джессика посмотрела на меня в зеркало: – Ты ведь знаешь о его отце?

– Э-э-э, нет.

Я просто ляпнула что-то глупое о его родителях, а Бен тогда запнулся. Внутри от страха все перевернулось.

– Его отец умер не так давно, – мрачно пояснила Джессика, но не слишком тихо, значит, смерть не совсем недавняя. – И здоровье дедушки неважно. Мать сама с ранчо не справится, даже с помощью мистера Спаркса, так что Бен приехал домой на некоторое время.

– И сколько продлится это «некоторое время»? – спросила я.

Джессика задумалась:

– Ну, прошел уже примерно год, так что…

Кто-то проскользнул в кабинку, не обратив на меня особого внимания. Джессика снова включила сушилку, а я погрузилась в свои мысли.

Сама мысль о Бене, отложившем учебу, чтобы помочь семье, как ни странно, заставила мое сердце екнуть. Как бы я ни жаловалась на свое семейство, ради них я готова на все. То есть: я же здесь, целый месяц мучаюсь с Фин и ее изобретениями. Но весь мой мир уже связан с будущим колледжем. Даже курсы и дополнительные занятия в старшей школе я выбирала только те, что будут хорошо смотреться в резюме. Если бы мне пришлось остаться дома и неопределенное время управлять магазином вместо мамы?.. Я бы еще и не так разозлилась.

Девушка выпорхнула из кабинки, вымыла руки (слава Богу) и ушла, вытирая ладони о джинсы. Когда за ней закрылась дверь, Джессика решительно повернулась ко мне:

– Можно спросить?

– Хм, разумеется. – Я надеялась, что не услышу что-то вроде «Чем тебя так заинтересовал Бен Маккаллох?», ибо не знала ответа на этот вопрос.

– Ты собираешься поймать Безумного Монаха?

Узел в груди, который сначала заставил меня убежать из-за стола и немного ослаб после всего произошедшего, теперь снова затянулся. Так крепко и туго, что я невольно засопела. Схватилась за столешницу рядом с умывальником, чтобы устоять на ногах, и специально закатила глаза, надеясь выдать свое сопение за скептическое, а не нечто из разряда «блин, да что со мной не так?!»

Я тянула время, потому что никак не могла ответить ни на вопрос Джессики, ни на свой.

– Почему все меня об этом спрашивают?

– Потому что ты – Гуднайт. Все в округе знают мистрис Гиацинту. – Джессика говорила так, будто это очевидно. Будто именно я чудачка, раз не знаю таких вещей о собственной семье. – В ее зельях всегда намешано что-то… дополнительное.

Я уставилась на официантку:

– И ты об этом знаешь?

– О, милая, об этом знают все. – Она грустно поморщилась и пожаловалась: – Никто не верит, но я верю. И…

Сушилка снова выключилась. Джессика посмотрела на дверь и еще раз ударила локтем по кнопке.

– Мой парень работает на Маккаллохов. Они хорошие люди, не заставляют пахать сверхурочно, если нет желания. Винсент храбрый, а вот я… боюсь.

Я это заметила. А еще заметила взгляд, судя по которому, новая знакомая свято верит, будто я и остальные Гуднайты во всем разберемся. Я хотела ответить, что она обратилась не к тому человеку. Ей следовало бы поговорить с Фин – не то чтобы моя сестра вызывала желание на нее положиться – или с кем-то из моих теть и кузин. Но только не со мной.

– Случилось что-то еще? Кроме того, что парень оказался прошлой ночью в больнице? – невольно спросила я.

– Ночью на пастбище видны странные огни и слышны какие-то звуки: грохот и стоны эхом отдаются в холмах. А еще раздается звон цепей. – Наверное, заметив на моем лице скептическое выражение, Джессика поспешно добавила: – Это глупо, я знаю, но мы с Винсентом припарковались однажды ночью на площадке рядом с отвесным утесом. И я сама все слышала. Жутковато. И исходит отовсюду и из ниоткуда, затрагивает не только слух, а пробирает до мозга костей.

Джессика описала то, что услышала я прошлой ночью, как раз перед тем смертельным столкновением летучих мышей. Я представила ужасное падение двух одинаковых крылатых и поняла, почему официантка так напугана.

– Возможно, звуки связаны с раскопками или строительством? – спросила я, пытаясь найти обычное объяснение.

– В полночь? – Джессика снова нажала на кнопку сушилки, чтобы скрыть наши голоса. – Дело в том, что странности стали происходить только после расчистки дороги для нового моста. Звуки и огни. Стива Спаркса сбросила лошадь, которая чего-то испугалась, и кто-то все время ломает забор на западном пастбище. А потом Джо Келли напомнил всем о том, как его отец и дядя видели Безумного Монаха, когда упали в новый колодец.

– Они ехали на вездеходе? – спросила я, вспоминая разговор с Маком Маккаллохом.

Взвесив правду и выдумку, я осознала: если парни из семейства Келли катались в неположенном месте и попали в аварию, то могли обвинить в этом привидение, чтобы люди забыли об их проступке.

– Да. Дядя Джо, Майк, отделался сломанной рукой и пятнадцатью швами на лбу. Люди говорят, что в прошлый раз было так же худо, когда строили автомагистраль. Тогда убили парня.

– Убили?

Я внимательно посмотрела на Джессику. Зловещая история, но бледное лицо собеседницы казалось совершенно серьезным.

Она кивнула:

– Его нашли с разбитым черепом на дне одного из оврагов. Никто не мог понять, как это случилось, хотя коронер считал, что неизвестный, видимо, ударился о камень при падении.

– Это тот же овраг, в который прошлой ночью свалился рабочий?

Джессика опять серьезно кивнула:

– Так говорят.

– Кто говорит? – спросила я, вероятно, слишком громко. Потому что тетя Гиацинта отсутствовала почти неделю и точно не разносила эту сплетню.

– Все, – ответила Джессика, а затем замолчала, прикусив нижнюю губу. – Так ты собираешься искать Безумного Монаха?

Я собралась было от всего откреститься, но слова застряли в горле. Я хотела помочь, однако понимала, что не могу, и нужно сказать об этом Джессике, произнести хоть что-то. Но горло сомкнулось, будто кулак скупца с монетой, и не отпускало.

Чем больше я старалась, тем хуже становилось. Намного хуже, чем за столом. Узел в груди опоясал мои легкие, причиняя боль при дыхании, а липкий пот покрыл обнаженную кожу.

Ужасное молчание затянулось, пока Джессика не опустила глаза, скрывая свое разочарование, мол, она просила меня о помощи, а я вырвала и растоптала ее сердце.

– Этой майке уже не поможешь. Давай посмотрю, нет ли в офисе каких-нибудь футболок с логотипом нашего бара.

Джессика убежала, а я прислонилась к умывальнику, чувствуя, как узел в груди постепенно ослабевает. Глубоко вздохнула, задвигая панику подальше – но на ее место тут же пришли новые страхи.

Что со мной не так? Непохоже на мою обычную борьбу за равновесие обоих миров. Я не охочусь на привидений. Так почему не могу просто об этом сказать?

И почему мне так сложно взглянуть на свое отражение? Я повернулась к зеркалу, но все, что там увидела, – как Джессика просит, а Мак Маккаллох просто требует помочь. Ведь я «из тех, кто может позаботиться о проблеме».