Чтение онлайн

В целом, ведь именно такой исход она предполагала. Всё и должно было закончиться само собой в момент, когда выплывет правда.

Роланд пожелал случайную, забавную и легкомысленную девчонку, но по тысяче разных и важных причин не мог себе позволить дочь Мэгги Мердок, в миру Мэгги Уолш.

Спасаясь от неизбежной неловкости, они должны были расстаться быстро и надолго, а встретившись снова годы спустя, по молчаливой договорённости не вспомнить о случившемся когда-то под влиянием обстоятельств мимолетном красивом романе. В худшем случае — вспомнить, но посмеяться над этим.

Логичный, закономерный, ожидаемый итог.

И все же, когда первая растерянность прошла, Герда с некоторым удивлением поймала себя на мысли о том, что это счастье Роланда, его ощущение вернувшейся полноты жизни, было важнее любых предположений и собственных фантазий.

Дарла начала действовать вне пределов ее логики, и прямо сейчас это было хорошо, потому что уехать…

Да, было бы правильнее.

Однако на текущую минуту Герда еще не была к этому готова.

Когда Дарла вернулась, Дэн первым делом собрался уйти и забрать Селину, но она не позволила. Не приказала, но вежливо попросила остаться, чему Линс явно обрадовалась, а Дэнни смирился. Он чувствовал возраст и старшинство другого вампира, помнил кто перед ним, и все равно держался настороженно. Устроившись на полу в противоположном конце комнаты, смотрел бесстрастно и невыразительно, но так, что Герда им невольно залюбовалась. Роланд был ему дороже всех возможных устоев, и его свободолюбия хватало, чтобы это не слишком тщательно скрывать.

Для любого юного вампира столь очевидный вызов был бы чреват, но Дэнни мог себе позволить и позволял. Даже не из уверенности в том, что его в любом случае прикроют, а потому что мог сам… Он многое мог сам.

На фоне всех встреченных в течение жизни нелюдей, — разумеется, весьма многочисленных, — Герда находила его самым интересным и неординарным, и то, что видела, она невольно примеряла на Роланда. Они были похожи даже в этом — не нуждаясь в том, чтобы ограничивать свою свободу привязанностью к Создателю, они оба пошли на это добровольно.

Проклятые человеческие привязанности…

Селина держалась тихо. Устроившись в углу дивана, она свернулась в комок, сцепив пальцы на обтянутом джинсами колене, хрупкая и задумчивая, и Герда случайно перехватила взгляд Дарлы, задержавшийся на ней.

Слушая Роланда, очень естественно расположившегося на ковре рядом с ее креслом, древний вампир, вероятно, думала о том же, о чем она сама позволила себе поразмыслить пару раз: сколько сюрпризов и какого качества эта девочка еще всем преподнесет?

Перерождение в грязи и мерзости от крови обезумевшего вампира — не лучшие исходные для того, чтобы двинуться дальше, и тем не менее, она справилась. Каким-то поразительным образом справилась сама, — по крайней мере о том, чтобы кто-то из старших сделал ей переливание, Герда ни от кого не слышала.

Сила, спящая в ней, была огромна, и при определенных обстоятельствах разрушительна, и теперь, когда от Роланда не нужно было закрываться и прятать собственные мысли, она позволила себе беспокоиться о Селине больше, чем о ком-либо. Чем бы ни была эта штука с болот, она не должна была коснуться Линс ни при каких обстоятельствах.

— Герда, — Дарла окликнула её негромко и без нажима, но она поняла, что, задумавшись, умудрилась что-то пропустить.

— Да? Прошу прощения, отвлеклась.

— Что ты скажешь? Есть мысли?

Смеяться над идиотским положением, в котором оказались они с Роландом, она могла сколько угодно, а вот спрашивала ее мнения всерьез, и от этого на долю секунды стало неловко.

За прошедшие полгода Герда успела ни одну сотню раз подумать о том, что не справляется с текущим положением дел. И с десяток раз потянуться к телефону, чтобы в конце концов положить его обратно, так и не послав вызов. Любое вмешательство извне не ударило бы по ее гордости, но разрушило бы волшебство, стало бы концом всего, что искрилось и пылало между ней и Роландом. Когда убийства прекратились, Герда была этому рада едва ли не больше, чем все остальные жители Нового Орлеана вместе взятые, потому что затишье оттягивало неизбежный финал.

— Не знаю. Я едва ли скажу что-то умное, — отвечая на вопрос Дарлы, она оттолкнулась от подоконника, на котором сидела, и прошлась по комнате. — Единственное, что приходит в голову: оно сильное и старое, но глупое.

— Вот как?

— Оно наехало на меня, — пожав плечами, она встретила насмешливо-понимающий взгляд Дарлы и кривовато улыбнулась в ответ. — Я случайно коснулась его, знакомясь с городом, потом пообщалась с его жертвами, и началось. Сначала попыталось затравить вампирами, потом запугать, после вообще полезло ко мне в голову. Я, конечно, редко пользуюсь маминой фамилией, но, как правило, существа определенного порядка это чувствуют.

— И не находится дураков пугать Мердока?

— Именно!

— Оно какое-то… больное, — Роланд медленно поднял голову и посмотрел на Дарлу снизу вверх. — Я почувствовал, когда бегал по болотам. Его как будто… Ломает. Кидает из стороны в сторону. То эта непонятная месть за старые пригрешения, то убийства видящих.

Она покивала, а потом поднялась, подошла к камину и разворошила дрова.

Блики огня извивались на ее изуродованном лице, в очередной раз меняя внешность и превращая ее в откровенно потустороннее, во многом непостижимое существо.

Мистрис Дарла, насколько герда знала, была авантюристкой, блестящим оратором, душой компании и объектом обожания для многих мужчин, людей и не очень. Верной супругой и хорошим другом. Все это оттачивалось веками и в определенный момент привело ее в город… Похожий на нее?

Потянувшись к сигаретам, она застыла, пораженная этой мыслью.

И правда, Дарла была похожа на Новый Орлеан так сильно, словно один из них являлся воплощением другого, и не понять, кто именно и чьим на самом деле был.

Она подходила этому городу больше, чем Роланд, больше, чем кто-либо другой, и какая-то не пойманная, но важная ассоциация заставила занервничать, переступить с ноги на ногу.

— Не сверли мой затылок взглядом, юная леди я этого не делала, — Дарла выпрямилась и повернулась к ней.

Высокий, почти мужской рост ее однозначно не портил.

— Я этого и не предполагала. Вернее, предполагала в начале, и, если вдуматься, можно натянуть эту теорию на происходящее и сейчас, но это было бы слишком мелко. За исключением истории с болотами.

— Спасибо тебе большое за доверие!

— Герда.

Роланд одернул тихо, но Дарла качнула головой, останавливая его:

— Все в порядке. Если бы Герда не подумала на меня, это говорило бы только о ее профнепригодности.

— А ты сама? Думаешь на кого-то?

Дарла вернулась в свое кресло, и когда Роланд начал подниматься ей навстречу, коротко коснулась его локтя чутким успокаивающим жестом.

— Не знаю. Так сразу не скажу.

— Ты не можешь вспомнить? — Роланд присел на подлокотник, и ее рука поднялась, тут же снова опустилась на колено.