Чтение онлайн

Короткое перемирие Маренто и Томирана оборвалось: томиранский корабль поднял паруса. Значит, так и быть, теперь путь лежит в столицу. Шанталь выполнила часть своего задания, и если будет дан приказ, отправится на поиски Мелтон, выполнит и его. Ведь после того, как она в одиночку доставила спящих девиц на корабль, добавив каждой в вино снотворный порошок, нет ничего страшного или невыполнимого. И Шанталь обернулась к пленнице, не забыв усмехнуться.

– Как видите, неанита, мы прибыли в Маренто, - сказала она негромко, скрывая за насмешкой мучительную обжигающую ярость. — Но прежде, чем я доставлю вас в столицу, мы отправимся в мои владения. Не исключено, что ваша очаровательная подруга станет искать вас - тогда-то, и угодит ко мне в руки.

Вопреки самым смелым ожиданиям Эдит не ахнула, ни вскрикнула, ни плюнула марентийке в лицо — ее лицо не выразило абсолютно ни единого чувства, хоть и напряглись мускулы на шее. Видно, бедняжке стоило большого труда сдержаться, но это уже не забота Шанталь. А вот то, что девчонка дрожит от холода в своей рубашке, непорядок, нужно поскорее согреть ее.

– Раздобыть зимний камзол девице Листон! — велела она звенящим от напряжения и торжественности момента голосом.

Важно, чтобы пленница ни в чем не испытывала недостатка, да еще и зимой — иначе велик шанс довезти до родового замка Матиа окоченевший труп. Зимы в Маренто суровые, нужно держать ухо востро, да и к тому же на самом дне желчной и вздорной души Шанталь затрепыхались теплые чувства к Листон. Тихие и спокойные, будто безжизненно повисшие на древесной ветке сухие листья, они с той же охотой готовы были в любой момент слететь вниз от малейшего колебания настроения, улететь в небытие. Но Шанталь не хотела бы подобного, где еще она испытает подобное тепло?

А раз она желает расположить Эдит к себе, придется перестать язвить и отпускать злые шутки.

К счастью, ехать предстояло совсем немного — от приморского городка до владений Матиа всего две тысячи санданов и при отсутствии снегопада они доедут дней за пять. Подвели лошадей, и она помогла молчаливой Эдит забраться в седло, после чего залезла сама. Лиравийки окружили пленницу тесным кольцом, а марентийки составили скромную свиту для Шанталь. Большего ей и не нужно.

– Вы ошибаетесь в своих намерениях, госпожа герцогиня, - ровно и прохладно вымолвила Эдит, держась в седле с поистине аристократичной статью. — Мия не отправится к вашим владениям, поскольку не знает, где искать меня.

Что за железное самообладание, эссенты побери! Матиа хотела было снисходительно рассмеяться, но вместо этого задала ехидный вопрос:

– Она настолько глупа?

– Нет, - ответила пленница, - она настолько умна. Не зная о том, живы ли вы и я, жива ли герцогиня Раймонда Вион, трудно принимать нужные решения.

– Герцогиня Вион мертва, - любезно сообщила Шанталь, - и ее убили вы. Пусть это станет официальной версией.

И снова девчонка промолчала, ответив лишь полным ледяного презрения взглядом. Такие не пропадают зря, такие вызывают уважение к себе убийственным спокойствием и выдержкой. Сражаются ли они на жестоких войнах, восходят ли на эшафот, но каждый раз смотрят на врагов так, словно проклинают их и их потомство на долгие поколения. Шанталь хотела бы обладать хотя бы похожим характером, только вряд ли ей это дано, слишком много злобы и желчи. Оставалось успокаивать себя мыслью о том, что у Шанталь и Эдит слишком разные способы влияния на людей.

Замок Сен-Матиа на юге Маренто граничил с Лиравией, так что лиравийским женщинам, принявшим участие в захвате шпионки, было с ними по пути. Шанталь долго не навещала родные места из-за службы в столице и невозможности покинуть дворец — иначе бы стала жертвой новых сплетен, чего не терпела о себе. Только ее торжествующий надменный вид стоял каменной стеной между ядовитым самомнением гордячек и гордецов, считающих себя центром мира, и ее репутацией. Вздумай Шанталь заплакать или раскричаться, стала бы сразу объектом насмешек. Но это все мелочи, главное, что есть, куда привезти пленницу.

А Эдит Листон держалась с тем же завидным спокойствием, так что в конце пути Шанталь поняла, что не испытывает более желания язвить или усложнять жизнь девице. Та и так уже достаточно наказана за преступные деяния, и будет наказана еще сильнее, когда они вернутся в Матрес. Поэтому по прибытию в родовой замок, она распорядилась, чтобы пленнице отвели отдельную комнату и обеспечили ей надежную охрану. Такие тихие девицы более всех остальных горазды на побег.

– Благодарю вас, - прохладно откликнулась Эдит и быстро кивнула, прежде чем ее увели.

Шанталь вздохнула и, оставшись в одиночестве, поняла, насколько сильно устала от происходящего. Ей хотелось немного вина и мужской нежности, только сейчас слишком опасно терять бдительность.

Пленницу разместили в гостевых покоях, к ней приставили служанку, и марентийки из гарнизона любезно согласились охранять ее. Лиравийки же вскоре уехали к себе, сердечно простившись с Шанталь. Поднявшись на гербовую башню, она смотрела вслед их удаляющимся коням и усмехалась от того, насколько наивно эти женщины приняли ее слова за чистую монету. Кажется, они совсем не знали Раймонду Вион, и были только рады, когда им позволили уехать на родину. Жалкие трусихи.

И, позабыв на некоторое время про Листон, герцогиня Матиа занялась делами в своих землях, расспросами управляющей о том, что происходило тут в последний год. Слишком давно она отсутствовала, чтобы праздно проводить время. В тринадцатый день пятого месяца Зеленой Сестры, когда за окнами полностью растаял постылый снег и разбухли зеленые почки на деревьях, а в воздухе заскользил приятный теплый ветерок, все дела были окончены, а новые распоряжения управляющей отданы. Шанталь велела накрыть стол к ужину на две персоны.

День она провела в разъездах, наскоро проведав двух вассалов, а к вечеру вернулась уставшая. От седла легко отвыкнуть, если не воевала годами, как Вион. Интересно, что с ней стало на самом деле? Верить россказням матросок не хотелось, но, видно, придется. Немного отдохнув, Шанталь сменила теплый домашний халат с широкими шароварами на модный костюм голубого цвета, и скрепя сердце сняла с головы нелюбимый, но ставший привычным парик. Прежде роскошные светлые кудри превратились в коротко обкромсанные волосы, но за последнее время она не трогала их. С замиранием сердца Шанталь медленно и бесшумно подошла, ступая по ковру, к высокому зеркалу, хотя с ее маленьким ростом многого не надо. Унылая тень прошлой Матиа невесело кивнула ей из отражения.

Знал ли Гюстав, что она изменится вплоть до полного окостенения души? Нет, он даже предположить не мог, мчась в ее объятия после несостоявшейся дуэли. Вздохнув, Шанталь расправила складки на белоснежном жабо — сегодня следует быть безупречной и прекрасной, по крайней мере, для Эдит Листон. И большим образом это для того, чтобы потешить свою гордыню, но кто же в этом мире безгрешен? Она покачала головой, грустно улыбнулась, поправила вьющиеся волосы и отвернулась от зеркала. Вспоминать о прошлом было тошно, размышлять о будущем — в разы ужаснее.

В Малой обеденной жарко растопили камин — весенними ночами тут прохладно, каменные стены словно дышат вечной мерзлотой. Голубые драпировки, темно-алый ковер под ногами, изящная хрупкая посуда, жареные перепелки и яблочное вино. Эдит Листон спустилась к ужину в чистой светлой одежде, выданной по приказу Шанталь. Негоже, чтобы девица ехала в тюрьму с дурными воспоминаниями о гостеприимстве герцогини Матиа.

Впрочем, велик был шанс того, что Эдит откажется от совместного с ней ужина, но нет, девушка безропотно спустилась в обеденную, спокойная и невозмутимая, как и раньше. Ярко-рыжие волосы, собираемые ей обычно в тугой узел, сегодня рассыпались непослушными прядями по плечам, и Эдит смотрела на Шанталь хладнокровным взглядом ученой женщины, интересующейся природой гусениц. Презрение, отвращение и интерес — вот, что можно было увидеть в ее янтарных глазах помимо обжигающего холода. Пройдя к стулу напротив Шанталь, Листон без приглашения неспешно села на краешек и замерла. Словно палку проглотила.