два человека в злобном спорезабыли всё вокруг, но вскореим стал противен это спор,и вот они не спорят больше с этих порОни друг к другу ходят в гостипьют сладкий чай, жуют печеньеугасли в них порывы прежней злостиони друг к другу чувствуют влеченье.И если нет возможности им встретиться,то каждый в лоб себе из пистолета метитсяи презирая жизни лодкуспешит в тартар и восклицает во всю глотку:«Порвись порвись моя оковадержать в разлуке нас нет смысла никакого».Счастливые натуры! В наше времяне часто встретишь ловкую пару.То кнут сломается, то лопнет стремя,то ногу боком конь прижмёт к амбаруУдачи редки в наши дниВы, в этом случае, однив своей удачи двухсторонней.Мой глаз, хотя и постороннийследит за вами со вниманием.Вот вы расходитесь. За «досвиданием»вы кажите друг другу спиныидёте по домам, но чудные картинывитают в вашем проницательном мозгу.об этом вы до этих пор друг другу ни гу-гумолчали чаю в рот набрав.Но кто из вас неправ,кто виноват во всей создавшейся никчёмной сложностисудить об этом не имею никакой возможности.при следующем свидании вы сами выйдите из тупика.Ну, до свидание, пока.
Я не имею больше властитаить в себе любовные страсти.Меня натура победилая озверев грызу удилаиз носа дым валит столбоми волос движется от страсти надо лбом.Ах если б мне иметь бы галстук нежныйсюртук из сизого сукнастоять бы в позе мне небрежнойсмотреть бы сверху из окнакак по дорожке белоснежнойко мне торопится она.Я не имею больше властитаить в себе любовные страстиони кипят во мне от злостичто мой предмет любви меня к себе не приглашает в гости.Уже два дня не видел я предмета.На третий кончу жизнь из пистолетаАх если б мне из Эрмитажаназло соперникам врагамукрасть бы пистолет Лепажаи взор направив к облакам,вдруг перед ней из экипажаупасть бы замертво к ногам.Я не имею больше властитаить в себе любовные страстиОни меня как лист иссушаткак башню времянем разрушатнарвут на козьи ножки, с табаком раскурятсотрут в песок и измечулят.Ах если б мне предмету страстипересказать свою тоскуи разорвав себя на частиотдать бы ей себя всего и по куску,и быть бы с ней вдвоём на много лет в любовной властипока над нами не прибьют могильную доску.
однажды господин Кондратьевпопал в американский шкап для платьев,и там провёл четыре дня.На пятый вся его родняедва держалась на ногах.Но в это время ба-ба-бах!скатили шкап по лестнице и по ступеньками до землии, в тот же день, в Америку на пароходе увезли.Злодейство, скажите. Согласен.Но помните: влюблённый человек всегда опасен.
игнес игнескакой восхитительный лес!я в миг ослепчто было цветомстало вескора осинызверю хлебмы набрали полные корзиныволчих ягодвсё это зря.Новой жизни рухнула заряигнес игнесгде наши кости лягут?
Игнес –
Нарочно за руку подвел тебя к опушке лесатут разыграется сейчас одна великая пиеса.Из мысли выдернута шпораи времяни задёрнута глухая штора,не слышит ухо шум и говорязык не радует умелый повар.и дева плечь не обнимаети в страсти рук не просит гретьи к небу глаз не поднимаети в гроб не хочет умереть.
Кто зовет меня?Я восемь лет не слышала ни звука.И вдруг в моих ушахзашевелилась тайная пружина.Я слышу грохот ломовой телегии стук приклада о каблук при смене караула.Я слышу разговор двух плотников.Вот, говорит один: махорка.Другой, подумав, отвечает: суп и пшённая каша.Я слышу на Неве трещит моторка.Я слышу ветром хлопает о стену крыша.Я слышу чей-то тихий шёпот: Маша! Маша!Я восемь лет жила не слыша.Но кто зовёт меня?
Каблуков:
Мария!Вы слышите меня Мария?Не пожалейте ваших ног,сойдите вниз, откройте двери.Я весь, Мария, изнемог.Скорей, скорей откройте двери!А в темноте все люди звери.
Мария:
Я не могу сама решиться.Мой повелитель архитектор.Его спросите.Может быть, он вам позволит.
Каблуков:
О непонятная покорность!Ужель не слышите волненья,громов могучих близкий бой,домов от страха столкновенье,и крик толпы, и страшный вой,и плач, и стон,и тихое моленье,и краткий выстрел над Невой.
Мария:
Напрасна ваша бурная речь.Моё ли дело конь и меч?Куда итти мне с этого места?Я буду тут.Ведь я невеста.