Чтение онлайн

Шеннон значительно расширил зону действия французских противолодочных самолетов «Атлантикь Новелль Женерасьен» (ANG) и стал бесценным перевалочным пунктом для эскадрильи «Торнадо» Маринефлягер (морская авиация ФРГ), которая была вынуждена оставить Шлезвиг-Гольштейн и была передана Объединенному командованию в зоне Западных проливов (JACWA). Действуя в сопровождении двух «Торнадо» — перехватчиков КВВС и воздушного танкера БК-10, немецкие «Торнадо» обнаружили «Киев» в полдень 6 августа. «Форджеры» из авиагруппы советского авианосца уже сбили один из ANG и «Торнадо», а ЗРК авианосца и фрегатов сопровождения сбили еще два «Торнадо». Но атака остальных была успешна, и «Киев» оказался искалечен. Также был сильно поврежден один из фрегатов сопровождения. После этого британская подводная лодка «Сплендид» направилась на перехват. Она потопила «Киев» и поврежденный фрегат. Второй, подобрав уцелевших, направился на Кубу, однако в конце концов был обнаружен американским «Орионом», действующим с базы Лайес. После этого он не прожил долго.

Основные действия в Норвежском море начались 5 августа. Британская подводная лодка «Черчилль», ведущая противолодочное патрулирование к северу от Шетландских островов, потопила советскую дизель-электрическую подводную лодку довольно нового класса «Танго» [135] , которая двигалась к Ферт-оф-Клайд для постановки минных заграждений. В течение нескольких последующих дней, несколько подлодок столкнулись с противником из числа первой волны советских подлодок, которые после начала боевых действий направились к рубежу Гренландия — Исландия — Великобритания. Этот маршрут был благоприятным для НАТО в силу, как и ожидалось, большей бесшумности подводных лодок флота США и их европейских союзников. Однако еще семь советских подводных лодок прорвались в Атлантику.

Американский Атлантический Ударный флот в составе двух авианосных ударных групп, вошел в Норвежское море 10 августа для поддержки норвежских войск и британских и американских морских пехотинцев, которые готовились к высадке с целью удержать аэродромы. Это имело большое значение. Первоначально флот насчитывал три авианосных ударных группы, однако, когда поступило сообщение, что «Форрестол», действующий на Средиземном море, сильно поврежден, было принято решение выделить «Саратогу» и ее корабли сопровождения из состава Атлантического Ударного Флота и направить на поддержку сил CINCSOUTH.

Действия Ударного Флота были направлены также на то, чтобы обеспечить дальнее прикрытие для первой крупной операции по переброске подкреплений через Атлантику. В этой операции участвовала группа быстрых конвоев с мощным эскортом, отплывших с Восточного побережья США 8 августа. Ложные конвои отправились по другим маршрутам, что было частью комплексного плана дезинформации. Несмотря на все это, конвои подверглись тяжелым ударам советских подводных лодок, наносимых ракетами с дистанции до 450 километров. Посреди Атлантики, они были также подверглись удару бомбардировщиков «Бэкфайер» из Мурманска, которые атаковали их ракетами с дальностью до 330 километров. Сражение развернулось на огромной по площади территории океана. К счастью, ответные меры были не безрезультатны. Количество транспортов, выведенных из строя, могло быть намного большим. Однако потери были тяжелыми. Только тридцать шесть из сорока восьми транспортов, отплывших из США, успешно добрались до портов на Канале. Однако, они доставили подкрепления как раз вовремя, что сыграло важную роль в стабилизации положения на Центральном фронте.

Мы подошли к концу доклада адмирала Мэйбери в Национальном колледже обороны в Вашингтоне и считаем нужным дать некоторые собственные комментарии.

Более подробное описание этих операций, конечно, можно найти в книге «Третья Мировая война: август 1985 года», опубликованной весной 1987. Она охватывает также воздушные и морские сражения, развернувшиеся в районе Балтийских проливов и пролива Ла-Манш, где советские легкие силы с воздушным прикрытием пытались нарушить доставку подкреплений и материально-технического обеспечения из Великобритании на Европейский континент. Мы не будет повторять те описания здесь.

Советскими силами было выставлено множество минных полей, и морские перевозки почти остановились из-за нехватки минных тральщиков. Особенно это ощущалось к югу от побережья Ирландии. Следует вспомнить «Киев» и его корабли сопровождения, зашедшие в Корк как раз перед началом войны. Во время этого захода, как стало ясно теперь, соединение советских подводных лодок выставило минные заграждения у Лох-Суилли, Бантри Бэй, Корка, Уэксфорда, Дублина и Милфорд Хевен. Пять судов подорвались на этих минах. Только Милфорд Хевен был оперативно протрален и потерь удалось избежать.

Большая часть последующих подкреплений отправлялась из портов на побережье Мексиканского залива. Пройдя к югу от Азорских островов, они, по возможности, направлялись далее по мелководью вдоль побережья Европы. Дополнительные силы поддержки, действующие из Испании, а также Португалии и Франции, снизили уровень подводной угрозы и практически ликвидировали угрозу с воздуха. За пределами зоны ответственности НАТО, где не было принято надлежащих мер для обеспечения оперативного контроля или не было возможности обеспечить надлежащую защиту, морское судоходство оказалось по большей части парализовано, пока уверенность в способности НАТО защитить его не восстановилась до некоторой степени. К концу второй недели войны оперативная оперативные системы разведки НАТО по всему миру обеспечили более реалистичную оценку подводной угрозы на различных театрах болевых действий. Действительно, мало кто сомневался, что разведывательные службы НАТО будут иметь важнейшее значение в обеспечении борьбы с серьезной угрозой способности Альянса использовать море.

Возможно, стоит на мгновение остановиться на этом аспекте. Развитие информационных технологий позволило западным союзникам использовать компьютеры, микроэлектронику и телекоммуникации, чтобы производить, хранить, получать и передавать информацию в различных формах быстро и, пока враг не начал вмешиваться, надежно. К счастью, советское вмешательство редко бывало эффективным. Каждый клочок информации о каждой советской подводной лодке, попавший в зону досягаемости любого датчика союзников — гидролокатора кораблей или вертолетов, гидроакустического буя самолета, акустических пеленгаторов на морском дне или радиолокационная отметка от шноркеля (если подводная лодка дизель-электрическая) — мог быть обработан почти мгновенно, проанализован и сравнен. Затем подводные лодки НАТО получали обновленные данные, которые доводились до сведения всех заинтересованных адресатов. Кроме того, известно, что это оказывало определенное влияние на советские подводные лодки (подводники стран НАТО испытывали подобное уважение к советским системам разведки), заставляя их двигаться с более низкой скоростью. Чем быстрее движется подводная лодка, тем больше шума она производит. Даже когда это не позволяет точно определить координаты подлодки, противник может сузить зону поиска. Такие ограничения скорости не смущают лишь ПЛАРБ, так как для выполнения своих задач им не требуется высокая скорость и они развертывались в удаленных районах, как можно дальше от потенциальных «нарушителей».

Следует добавить, что нужно учесть и имевшую место неудачу Союзников в области того, чтобы действовать быстро и оперативно получать добываемую разведкой информацию. Произошло то, о чем предупреждали многие. Степень децентрализации оказалась недостаточна для того, чтобы нижестоящие командующие, а в некоторых случаях командиры кораблей и прочие офицеры не оказались в ситуации, которую можно назвать «инсульт в центре — паралич на местах». В быстро меняющейся обстановке было крайне важно, чтобы человек оперативно получал всю необходимую ему информацию и мог выполнять свою работу так, как считал нужным. Наиболее важными функциями командиров флотов и персонала их штабов, особенно на берегу, было не допустить, чтобы их собственные силы — надводные корабли, подводные лодки и самолеты — не создавали помех друг другу.

Размышляя о результатах военных действий на море, можно сказать, что наибольшим недостатком флотов Альянса было малое количество противоракет, а также средств радиоэлектронной борьбы для подавления каналов управления и систем самонаведения ракет противника. С начала 1950-х годов было очевидно, что в боевых действиях на море наступила эпоха управляемого ракетного оружия. Это знание не было должным образом использовано. Слабым местом любых электронных средств управления является то, что они уязвимы для электронных средств противодействия. Любая ракета с любой системой наведения по определению может быть обманута и перенаправлена на ложную цель. В конечном счете, вражеские корабли, подводные лодки и самолеты должны были быть уничтожены или нейтрализованы. Задачей первостепенной важности было справиться с ракетами, что бы ни было их носителем.

К концу второй недели Третьей Мировой войны более 90 % советского и стран Варшавского договора торгового флота, включая рыболовные суда, действовавшие на Балтийском, Черном и Японском морях было потоплено, захвачено и интернировано в нейтральных портах. Это был конец советского морского могущества.

Мы уже подробно описали некоторые из воздушных боев, развернувшихся на Центрально-Европейском театре военных действий, многие из которых имели решающее значение для сражений на земле. Но военно-воздушные силы в этой войне играли более важную роль, чем в любой другой и поэтому из действия заслуживают более подробного рассмотрения.