Три Мира Надежды
Шрифт:
– Вы обвиняете меня?
– немного покраснев, спросила Этан.
– Что ж, я постараюсь ответить Вам. Марий ушел? Прекрасно. Так лучше для всех, и для него в том числе. Я ведь хотела не изгнать,
а убить его. И, если бы он потом вдруг воскрес, убила бы еще десять раз. И даже сто раз, если бы это было необходимо. Не беспокойтесь за Сааранд, он не падет, пока я жива. И мне безразлично, будете Вы помогать или мешать мне. Зачем Вы, Хевелин, пришли сюда? Чтобы упрекнуть и обвинить меня? Очень достойный и смелый поступок. Но, не буду скрывать, мне кажется, что это довольно опрометчиво с Вашей стороны.
– Обвинять? Ни в коем случае, моя Госпожа, - снова поклонившись, сказал Хевелин.
– Вы не дослушали и неправильно поняли меня. Я не успел сказать, что на последнем заседании все члены Государственного Совета пришли к мнению, что новым правителем нашей страны теперь может быть только один человек. Сааранд Ваш, Этан. Придите и возьмите его.
Этан отступила на полшага и бросила вопросительный взгляд сначала на Рута, а потом на Ульвнина.
Ульвнин утвердительно кивнул головой, его спутник продолжил.
– Да, законные органы власти нашей страны готовы подчиняться Вам, и только Вам, Великая Госпожа Этан, - гость с вызовом посмотрел на Рута.
– И потому, по решению Государственного Совета, я прибыл сюда, чтобы пригласить Вас незамедлительно прибыть в Верлэрис.
– Ты знал об этом?
– тихо спросила Этан.
– Нет, - развел руками Рут.
– Честное слово.
– Вот как, - задумчиво сказала она.
– А почему именно я, Хевелин? В Сааранде есть еще один великий маг. Старше меня. Гораздо более опытный. Он стоит рядом со мной.
– Мы все подчинимся только Вам, - Хевелин повернулся к Руту.
– Извините гроссмейстер.
– Я понимаю, - кивнул ему Рут.
– В свою очередь, от имени Великого магического Ордена Сааранда, я готов немедленно принести Этан клятву верности и в кратчайшие сроки привести к присяге всех наших рыцарей и магов.
– Да, мирное объединение Сааранда возможно сейчас только на этих условиях, - обращаясь к Этан, тихо сказал Ульвнин.
– Нужно торопиться, пока не подняли голову сепаратисты
в провинциях, - сказал ей Хевелин.
– Объединившись, мы, конечно же, снова достаточно легко разобьем их. Но в этом нет необходимости. Сааранд устал от войны. Чтобы прекратить ее, Вам, Этан, достаточно прибыть в столицу и объявить о том, что приняли на себя верховную власть над нашей страной. Нет времени на раздумья
и размышления. Я очень прошу Вас, как можно скорее, принять единственно верное решение и отправиться в путь. Вы не будете разочарованы, поверьте мне. Все надежды народа нашей несчастной страны связаны сейчас только с Вами. Вашего прибытия с нетерпением ожидают в Верлэрисе. И в королевском дворце все готово, чтобы достойно принять нового великого правителя Сааранда. Вас, Этан.
– Это твоя победа, Этан. Ты готова признать и принять ее?
– тихо спросил Рут.
– Наша победа. Общая, Рут. И у меня теперь, кажется, нет выбора? Все решили за меня?
– Боюсь, что именно так. Но, ты ведь знаешь, что случилось
с нашей страной, когда Талин и Кэллоин, по очереди, отказались возглавить ее?
– Да, знаю. Я согласна, Хевелин.
ОНЕЛЬ И АЛЕВ. ВСТРЕЧА В РАНЕВЕ
Алексей стоял на широкой, замощенной крупным булыжником, улице и потрясенно смотрел на знакомые дворцы и здания. Это была Ранева, столица Нарланда. Сколько лет он не был здесь, но, кажется, ничего не изменилось. Красивая, запряженная парой белых лошадей карета остановилась рядом с ним, резная деревянная дверь распахнулась и на мостовую вышла молодая и стройная русоволосая женщина.
– Как вовремя Вы вернулись, граф Алев, - тихо сказала она.
– Вы так нужны нам сейчас. Я Онель, последняя графиня Энхейма. Вы часто приходили к нам домой много лет назад. Не помните меня? Рядом со мной тогда всегда находилась светловолосая девушка, Талин, которую привел герцог Лидинн.
“Талин!!!”
Так вот какое имя не давало ему покоя последние три месяца его жизни.
– Вы можете сказать мне, где она сейчас?
– может быть, излишне торопливо, спросил он.
– Вы, действительно, ничего не знаете, граф?
– удивилась Онель.
– Это ведь теперь очень известная, но, к сожалению, печальная и грустная история. Уже написаны две пьесы, поэма и повесть. И здесь, и в Лерии их можно купить на каждом шагу, но
в Сааранде они не печатаются, потому что Марий считает все это неправдой.
Онель умолкла и, вздохнув, добавила после небольшой паузы:
– Наверное, так оно и есть. Потому что я тоже упоминаюсь
в одной из этих книг, но при этом совершенно на себя не похожа.
– Что с ней случилось, Онель?
– нетерпеливо перебил ее Алев.
– Извините, но я, действительно, ничего не знаю.
– Талин погибла, граф Алев.
“Значит, Кэллоин и Вериэн не уберегли тебя… Как же так… Талин… Но ведь где-то я совсем недавно снова ее видел?”
– Как и когда это произошло?
– Она умерла десять лет назад, как только ушла из королевского дворца Сааранда.
– Из королевского дворца? Значит, они победили?
– Да, но погиб Вериэн. И Талин пережила его всего на два дня. Она и ее сестра, королева Беренора, похоронены рядом с ним,
в Верлэрисе. Правды о Талин и ее смерти не знает, наверное, никто, кроме Кэллоина и Кали. Говорят, что Талин стала возлюбленной Вериэна… Некоторые даже утверждают, что она была беременна от него, но я хорошо ее знаю и не верю в это. Талин, конечно, могла любить Вериэна, но она не могла отдаться ему до заключения брака. Это просто невозможно и совершенно исключено.
– Я тоже немного знал Талин и Вериэна, хоть и не могу сказать, что очень хорошо, но думаю, что Вы правы, Онель. Как несправедливо все это…
– Иногда мне кажется, что справедливости не существует. Вы не представляете, как я тосковала по Талин первое время в Лерии, и не могу забыть до сих пор. Если бы можно было вернуться назад, я бы бросила все и ушла с ней… Как не хватает мне ее все эти годы…
Она умолкла и быстро посмотрела по сторонам. Опустив голову, Алев стоял перед ней, не решаясь задать новые вопросы -
о своей семье, друзьях и близких. Хотел, но боялся услышать ответы. Потому что вряд ли они будут более радостными и менее печальными, чем известия о Талин.
– На нас начинают обращать внимание. Очень прошу, садитесь в мою карету, граф, - тронула его за плечо Онель.
– Вам опасно находиться на улице. Я узнала Вас, и, значит, могут узнать и другие. Вы очень бросаетесь в глаза в этой странной и непривычной одежде. Позвольте мне пригласить Вас в мой дом. Там Вы будете
в безопасности и сможете встретиться с друзьями.