Чтение онлайн

— Алисия! — ко мне подплыла фрау Шелленберг в тёмно-зелёном платье с кружевами. — Как хорошо, что вы пришли. Идёмте, я представлю вас кое-кому.

Она потащила меня через толпу в малую гостиную, где у камина сидели несколько пожилых дам с очень важным видом. Баронесса фон Виттен, в чёрном, с жемчугами, кивнула мне как старой знакомой.

— Алисия, дорогая, — сказала она, указывая на кресло рядом. — Присаживайтесь. У нас к вам разговор.

Я села, чувствуя себя мышкой среди старых, мудрых кошек.

— Слухи о вас растут, как грибы после дождя, — начала баронесса без предисловий. — О ваших… растениях, о визите к принцу, о письмах. В городе только и разговоров, что о таинственной вдове с Тупиковой улицы.

— Я не специально, — вздохнула я.

— Знаем, — отмахнулась одна из дам, сухая старуха с лицом, похожим на печёное яблоко. — Такие слухи всегда растут сами. Важно, как вы ими распорядитесь.

— И мы решили вам помочь, — добавила баронесса. — Сегодня ночью, на приёме, будут важные люди. Не только наши вдовы, но и… некоторые гости из другого мира.

Я насторожилась.

— Из другого?

— Из мира духов, — пояснила фрау Шелленберг. — В Ночь памяти граница истончается, и многие призраки приходят навестить живых. В том числе — те, кто может быть вам полезен.

— Например?

— Например, призраки бывших хозяек этого дома, — баронесса указала на стены. — Они знают всё о местных интригах. Или призраки знатных дам, которые при жизни дружили с королями. Они могут дать совет, как обращаться с принцем.

Я сглотнула. Моя жизнь официально превратилась в мистический детектив.

— Хорошо, — сказала я. — Я готова. Что нужно делать?

— Просто быть собой, — улыбнулась баронесса. — И не бояться.

До полуночи приём шёл своим чередом: дамы пили чай, обсуждали сплетни, вспоминали покойных мужей (кто с улыбкой, кто с деланной грустью). Я познакомилась ещё с десятком вдов, каждая из которых была ярче предыдущей. Одна держала сеть швейных мастерских, другая — конюшни, третья — издательство, печатающее романы для благородных девиц (очень популярные, как выяснилось). Все они были сильными, самостоятельными, и мне это чертовски нравилось.

Ближе к полуночи началось самое интересное. Свечи в зале замерцали, воздух похолодел, и вдруг — среди живых дам начали появляться прозрачные фигуры. Сначала робко, по одной, потом целыми группами. Призраки в нарядах прошлых веков, с бледными лицами и печальными (или любопытными) глазами. Они входили в зал, здоровались со знакомыми живыми, усаживались в кресла, брали в руки призрачные бокалы с призрачным вином.

Я смотрела на это и чувствовала, что схожу с ума. Но, странное дело, никто из живых не паниковал. Дамы спокойно разговаривали с призраками, представляли их друг другу, даже смеялись над какими-то шутками.

— Алисия, — ко мне подплыла баронесса фон Виттен в компании пожилой призрачной дамы в высоченном парике. — Познакомьтесь, это графиня фон Айхендорф, при жизни была фрейлиной при дворе трёх императоров. Она хочет с вами поговорить.

Графиня (призрак) оглядела меня с ног до головы.

— Та самая, что отказала принцу? — спросила она скрипучим, но любопытным голосом.

— Та самая, — подтвердила я.

— Молодец, — неожиданно сказала она. — Август ещё тот мерзавец. Я его помню маленьким — уже тогда был гадким. Если бы я была жива, отшлёпала бы его по попе. А теперь поздно. Так что держитесь, девочка. Не уступайте.

— Спасибо за совет, — растерянно сказала я.

— И ещё, — графиня понизила голос (насколько может понизить призрак). — Говорят, у вас дома живут необычные растения. Которые едят мясо и кусают призраков. Это правда?

— Правда, — вздохнула я.

— О, это замечательно! — глаза графини загорелись. — Я бы очень хотела на них посмотреть. Может, загляну после приёма?

— Э-э… конечно, — только и смогла выдохнуть я.

Так прошло ещё несколько часов. Я общалась с призраками, которые давали мне советы, предупреждали об опасностях, делились сплетнями столетней давности. Кто-то рассказывал о принце Августе (все как один подтверждали — мерзавец), кто-то о графе Рудольфе (мнения разделились: одни считали его повесой, другие — завидным женихом), кто-то о бароне Леопольде (о нём призраки знали мало, но говорили, что у него тёмное прошлое).

Я слушала, кивала, улыбалась, а внутри всё кипело. Как же сложно! Почему нельзя просто жить спокойно?

К трём часам ночи я начала клевать носом. Бессонная ночь, разговоры, новые лица — всё смешалось в усталую кашу. Я выскользнула из гостиной на террасу, глотнуть свежего воздуха.

Ночь была тёплой, лунной. Город внизу мерцал тысячами огоньков — свечи в окнах, фонари на улицах. Где-то вдалеке пели — наверное, какой-то религиозный гимн. Я закрыла глаза, вдыхая запах ночных цветов и сырой земли.

— Не спится? — раздался голос за спиной.

Я обернулась. На террасу вышла Эмма, та самая томная шатенка, чей муж ушёл за хлебом. В руках у неё был бокал с чем-то горячительным.

— Устала, — призналась я. — Но интересно.

— Ещё бы, — усмехнулась она. — Первая Ночь памяти — это всегда шок. Потом привыкаешь. Я на пятой уже с призраками в карты играла.

— В карты?

— Ну да. Они любят покер. Только фишки должны быть настоящие — призракам нравится звон монет. А выигрыш они всё равно не могут забрать, так что остаёшься при своих. Хороший способ скоротать ночь.

Я засмеялась. Мир вдов был удивительным.

Мы поболтали ещё немного, потом Эмма ушла в зал, а я осталась на террасе, наслаждаясь тишиной. И вдруг заметила какое-то движение в парке внизу.

К дому баронессы подъезжали экипажи. Не обычные, а богатые, с гербами на дверцах. Из первого вышел граф Рудольф фон Эйленбург, в вечернем костюме, с букетом цветов в руках. Из второго — барон Леопольд фон Вальден, мрачный, как туча, но при параде. Из третьего — сам принц Август, в сопровождении двух адъютантов.

Я замерла. Что они здесь делают? В три часа ночи? На приёме у вдов?

Рядом со мной материализовалась баронесса фон Виттен.

— А, вот и они, — довольно сказала она. — Я пригласила их. Сказала, что здесь будете вы.

— Зачем? — выдохнула я.

— Затем, дорогая, что пора расставлять точки над i. Пусть все трое увидят друг друга. Пусть поймут, что вы не просто так. А мы посмотрим, кто как себя поведёт.

Я хотела возразить, но было поздно. Трое мужчин уже поднимались по лестнице, и вскоре все они оказались на террасе.