Трон Цезаря
Шрифт:
OceanofPDF.com
XXXIX
В первый день после смерти Цезаря Рим был подобен человеку в лихорадке, он метался, ворочался и бормотал в бреду.
В бесчисленных домах по всему городу бесчисленные мужчины (и, несомненно, многие женщины) спрашивали себя и друг друга: что случилось, как, кто это сделал, почему и что теперь делать? И бесчисленные ответы давались, обдумывались, отвергались или принимались лишь временно, пока не возникала какая-нибудь новая идея, вопрос или страх, и лихорадочный бред не закручивался всё глубже. Сколько ложных слухов было распространено, сколько преступлений, больших и малых, совершено, сколько заговоров и контрзаговоров зародилось в тот день?
Пока я наблюдал за Фульвией и репетицией Либералий в моём саду, Лепид проводил народное собрание на Форуме, используя свои войска для поддержания порядка. Это собрание сильно отличалось от предыдущего.
Ораторы осудили убийц. Некоторые требовали отмщения за Цезаря и говорили, что Лепид должен приказать своим солдатам штурмовать крепость убийц. Лепид, прекрасно осознавая незаконность присутствия своего легиона в городе, отказался усугубить преступление массовым убийством на священном холме Капитолия. Этот холм предоставлял прекрасные обзорные площадки для наблюдения за собравшимися на Форуме. Что думали Брут, Кассий и остальные, наблюдая, как один оратор за другим…
другой превозносил добродетели Цезаря и осуждал его убийц?
В конце концов Лепид разогнал собрание. Он расставил свои войска в различных ключевых точках города, а затем отправился к дому Антония, вероятно, прибыв примерно в то же время, когда Фульвия вернулась домой с репетиции в моём саду.
После долгих обсуждений Антоний, Лепид и другие собравшиеся решили не предпринимать никаких действий против убийц Цезаря, по крайней мере, пока. Сначала следовало добиться законного решения.
Антоний отправил в Капитолий послание с предложением созвать экстренное заседание Сената на следующий день. Хотя Брут и другие убийцы отказались спуститься с Капитолия, они согласились прислать своих представителей.
Посланники с обеих сторон прочесывали город, предупреждая своих друзей в Сенате о встрече на следующий день; каждая сторона надеялась собрать как можно больше сторонников.
В какой-то момент того вечера Антоний и Фульвия отправились в Регию. Они выразили соболезнования Кальпурнии, а затем перешли к более практическим вопросам. Полагаю, Фульвия руководила беседой, что, должно быть, требовало исключительного такта.
Став консулом, Антоний хотел, чтобы Кальпурния передала ему контроль над государственными документами Цезаря. Она согласилась. Затем, каким-то образом, Кальпурнию удалось убедить передать Антонию контроль над огромным личным состоянием Цезаря, составлявшим четверть миллиона фунтов серебра.
Подобно тому, как лихорадка иногда временно утихает, так и в ту ночь в Риме воцарился тревожный мир, позволивший его жителям на время погрузиться в забытье сна.
OceanofPDF.com
ДНИ ВОСЬМОЙ, ДЕВЯТЫЙ И ДЕСЯТЫЙ:
17, 18 и 19 МАРТА
OceanofPDF.com
XL
Заседание сената на второй день после смерти Цезаря состоялось в храме Теллуса, недалеко от дома Антония.
Мето настоятельно рекомендовал мне присутствовать: «Тебе не придётся говорить, папа.
Но ты должен явиться. Ты должен заявить о своей прерогативе полноправного сенатора. Покажи, что ты имеешь право присутствовать там так же, как и любой другой». После паузы он добавил: «Этого бы хотел Цезарь».
Диана также высказалась: «И представь, папа, вместо того, чтобы наблюдать со стороны, как ты делал всю свою жизнь, ты можешь на самом деле увидеть, каково это — быть внутри Сената.
О, как я тебе завидую! Ты будешь делать то, чего я никогда не смогу сделать.
Бетесде не нужно было говорить. Она выразила свою волю выражением лица, не допускавшим никаких возражений.
Ради них я надел тогу и направился в храм Теллуса.
* * *
Когда я вспоминаю те дни между смертью Цезаря и его похоронами, в моей голове вертится путаница речей.
Речи в Сенате, речи на Форуме, речи на улицах. Слова, слова, слова — бесконечные слова, такие же однообразные и тягостные, как танцы и песнопения на репетиции Либералии.
На первом заседании Сената после смерти Цезаря я проскользнул внутрь как можно незаметнее. Я стоял в самом незаметном месте, какое только мог найти, чувствуя себя почти так же, как накануне на крыше, скорее шпионом, чем участником. Я спрятался даже от Цинны, которого видел лишь издали. Я ничего не сказал. Я только наблюдал.
Первыми выступили те, кто выступал в защиту убийц Цезаря.
Они предложили Сенату объявить Цезаря тираном и объявить публичную благодарность людям, освободившим город от его незаконной диктатуры. Кроме того, во избежание возможных репрессий, убийцам Цезаря следует предоставить безусловный и безотзывный иммунитет от судебного преследования. А как же священные клятвы, данные убийцами защищать Цезаря? Эта клятва, по их словам, была дана под давлением и, следовательно, недействительна.
Ораторы громко выступили против этих идей, утверждая, что убийц следует судить как убийц. Но таких людей было на удивление мало, и их речи получили лишь разрозненную поддержку. Идея мира без Цезаря уже укоренилась в умах людей.
Новая реальность обязывала каждого думать о собственном благе в будущем. Цезарь был мёртв, и никакое решение Сената не могло этого изменить. Месть убийцам лишь разжжёт бесконечные вендетты их многочисленных и могущественных родственников. Рим пролил достаточно крови в гражданской войне.
Антоний выступал против объявления Цезаря тираном. Если его диктатура будет объявлена незаконной, то из этого следует, что все его публичные акты станут недействительными, как и акты всех назначенных им должностных лиц. Все государственные земли, которые Цезарь даровал своим ветеранам, должны быть конфискованы государством. Более того, все назначения Цезаря на магистратуру, некоторые из которых были назначены на пять лет позже, станут недействительными. Сотни людей, которым предстояло стать всеми должностными лицами, от преторов до наместников провинций, будут…
Лишённые обещанных им должностей. Государство погрузится в хаос. Насилие неизбежно.
Антоний предложил тройной компромисс. Во-первых, должность диктатора, давно учреждённая для чрезвычайных ситуаций и рассчитанная на год, должна быть полностью упразднена. Тиран или нет, Цезарь станет последним диктатором Рима. Во-вторых, убийцам будет предоставлен иммунитет от судебного преследования.
В-третьих, все назначения, указы и декреты Цезаря останутся в силе. Верховная власть Сената будет восстановлена. Наступит мир, а не кровопролитие.