Чтение онлайн

— О чем говорили? — поинтересовался Иоланта, настороженно прищурившись.

— Мы решили вопрос, — улыбнулся я.

— Снюхались, — с осуждением заключила Иоланта. — Снова.

— И не говори, — заржал я в голос. — Да, снова. И мне ни разу не стыдно.

Иоланта, конечно, осталась недовольна, ну да ничего, переживет, ей не впервой! Зато я нашел выход из стратегического тупика.

А тут и челнок Сирот взлетел и умчался к горизонту. Дел у них до завтра и впрямь — не впроворот.

А я сидел в павильончике среди парка среди горячей бескрайней пустыни и бездумно улыбаясь попивал жгучий герберский кофеек, заваренный по старопещерски, как надо, со специями.

А жизнь-то, налаживается!

Вот так вот! Что-ж. Значит, решено. Через двадцать четыре часа по Восточно-Герберскому времени, прямо на Королёвском меридиане, на высоте тысячи километров и состоится наша последовательная дуэль четырех вымпелов.

Отличный же план? Что может пойти не так?!

Так, что завтра. Ровно в полдень.

Жду не дождусь!

Этой ночью перед дуэлью три на одного я лежал в постели, глядел в потолок и думал. Мысли, навязчивые и цепкие, вихрем кружились в голове, упрямо уводя к единственной теме — к будущему. Как же иначе?

Я ведь и проиграть могу эту дуэль. Двадцать пять процентов риска — это не ничтожная статистическая погрешность, не досадный шанс из тысячи. Это каждый четвертый исход. Это вполне себе осязаемая, грубая вероятность, которая пахнет озоном после взрыва и железом крови. И погибнуть могу. На хорошей войне люди тоже погибают. И что тогда будет с этим миром?

Понятно, что ничего хорошего. Рухнет всё. Империя, не выдержав очередного удара извне или предательства изнутри, запросто рассыплется в прах. Ордынские полчища, не знающие пощады, сметут остатки человеческой цивилизации.

И всё это — потому что одного-единственного человека, меня, не оказалось в нужное время в нужном месте.

Неужели всё так хрупко? Неужели не найдется никого, кто мог бы встать на моё место? Что за абсурд — эта исключительная, почти божественная роль моей выдающейся, но скромной личности?

Но неужели не найдется никого, чтобы меня заменить? Что за, блин, исключительная роль моей личности в глобальной истории? Не то, чтобы я против, но как же историческая роль масс? Неужто многомиллиардное человечество, этот кишащий муравейник, не выдвинет из своих глубин ни одной более-менее адекватной замены?

Пока, признаться, кандидатов не видно.

Хотя, может я и есть тот, кого массы выдвинули? Тот, кого они, пусть и неосознанно, выдвинули на гребне общей воли, коллективного бессознательного, инстинктивного желания выжить? Это хорошо бы. Но это и означает, что проигрывать мне ну никак нельзя. Я — ставка всего человечества в его последней, отчаянной партии. Впрочем, тут как раз ничего нового. Просто ночь перед битвой — не лучшее время для философских умозаключений.

Я бросил эти экзистенциальные думы и решил ещё покопаться в моем новом админском интерфейсе, на сон грядущий.

Вот так, погружённый в изучение уже привычных пунктов меню суперадминистратора Системы, я и наткнулся на неё. Ещё одну, ранее невидимую, подсвеченную мягким голубоватым светом менюшку. Она была скромно упрятана в самом низу, в разделе «Служебное». Надпись гласила: «Связь с Империей». А под ней — один-единственная, дразнящая опция: «Включить».

А может, и не было её раньше? Недавно появилась?

Любопытство — не порок, а двигатель прогресса.

Ну, я мысленно ткнул в кнопку и включил.

Я как лежал, так и остался лежать, но меня подкинуло и куда-то потащило с головокружительной скоростью сквозь вихрь света и теней! Это было похоже на процесс гиперброска.

А перенесло меня в тот самый небоскреб из стекла и хрома. В котором я провел так много незабываемых лет, пребывая в состоянии гибернации, пока моё тело исцелялось. Да уж, давно я тут не был. Собственно, я стою весь в губернаторской парадке перед массивной дверью из тёмного, отполированного до зеркального блеска дерева в кабинет Империи Терровны Леоновской, глядя на посеребренную табличку с её именем.

Видимо, правила приличия даже здесь, в виртуальной реальности, требовали проявить вежливость и постучать. Что я и сделал, по-прежнему удивляясь тому, что костяшки пальцев ощущали твёрдость и прохладу дерева вполне реалистично. Великолепная детализация. Я словно тут на самом деле нахожусь.

Дверь в кабинет Империи отворилась. Внутри всё было, на первый взгляд, по-прежнему. Огромное, от пола до потолка, панорамное окно, открывающее вид на бескрайний мегаполис, чьи небоскрёбы терялись в дымке горизонта. Огромный стол со столешницей из серебристого мрамора, удобные широченные креслица, придвинутые к столу… И на стене — грозный трёхголовый гербовый дракон, собранный из драгоценных металлов и камней, раскинувший свои мощные крылья.

Внезапно, до меня дошло откуда я содрал стиль собственного кабинета. Забавно как…

Платиновая блондинка Империя, облачённая в безупречно сидящий шикарный брючный костюм от кутюр, встречала меня у дверей. Она выглядела как эталон деловой женщины, с глянцевых страниц.

— Александр, — произнесла она и улыбнулась. — Рада видеть тебя здесь снова.

— Империя, — проговорил я в некотором сенсорном шоке. — Терровна. Тоже рад вас видеть здесь. Как поживаете?

— Твоими стараниями, — улыбнулась Империя. — Прошу, садись.

Я прошел вслед за нею в кабинет, уселся в удобное кресло у стола. Империя выдвинула для себя кресло и села напротив, закинув ногу на ногу.

Я огляделся. На первый взгляд, все здесь по-прежнему. Все, да вот не все.

Город за окном жил своей жизнью, но это была жизнь, полная тревоги. Вдали, в нескольких кварталах, поднимались к небу столбы чёрного, маслянистого дыма. С неба, словно пепел после извержения, сыпалась мелкая чёрная крошка, оседая на стекле и крышах. Воздух, казалось, дрожал от низкого, неразличимого гула. Что-то здесь было фундаментально неладно…

— У вас тут все в порядке? — произнес я.

— Насколько это возможно, учитывая обстоятельства, — улыбнулась Империя.

— Вы никогда не признаете проблем? — внезапно для себя спросил я.

Империя Терровна улыбнулась одними ярко накрашенными губами. Её голубые глаза сияли прочным, безмятежным льдом.

— Это роскошь, которую ни одна империя не может себе позволить, — произнесла она. — Империя и идеал, начинаются на одну букву.

— Этак вы недолго протянете, — пробормотал я. — Закрывая глаза на проблемы.