Чтение онлайн

— Как хорошо, что мы купили много соли в той деревеньке. Надолго хватит, — продолжил язвить Шоуки. Не радовала его ситуация, места незнакомые — мало ли куда они могут вот так вот забрести. Благословенные Земли не изобиловали опасными местами — охотничьи угодья за рекой, несколько проклятых мест в горах, окрестности горы Аят… Такие места можно было пересчитать по пальцам, и занимали они достаточно обширные области, а здесь всякая дрянь была рассыпана будто просо по полу, если судить по карте, конечно. По заверениям Алана, ничем кроме нестабильного, либо слишком высокого, либо слишком низкого фона эти места не грозили, оставив опасности на откуп естественным причинам вроде дикого зверья или болотных топей.

Но всё равно было неспокойно.

— Расслабься! — посоветовал Алан. — Ничего ужасного не произошло, мы просто потеряем пару дней времени. Ну, может, ещё пару кружек крови — откуда здесь столько комаров?

— Может, мы возвращаемся к болоту? — с сомнением огляделся по сторонам Амарими. — Хотя лес его обступал совсем другой. И воздух здесь посвежее.

— Не наговаривай. Торфяные болота не так уж и воняют, особенно если сравнивать с некоторыми топями…

Шоуки слушал как принцы препирались по поводу болотного запаха, и чувствовал настойчивое желание помедитировать. Привести внутреннее в равновесие со внешним, притупить остроту некоторых чувств, повысить концентрацию на текущем моменте и преисполнится спокойствия…

Через пару часов вроде бы наезженная дорога, которой они так неосмотрительно доверились, окончательно превратилась в узкую, петляющую по лесу тропу. Тут и там ещё угадывались колеи от тележных колёс, но всё чаще они скрывались под молодой травой, кочками папоротников, раскинувших коричневые прошлогодние лапы, да молоденькими деревцами с набухающими почками. Ещё через что-то около часа небо окончательно затянуло тучами и начал накрапывать дождь, разогнавший настырное комарьё. Радость длилась недолго, да, кусать их перестали, но дождь и не думал утихать, и, кажется, только усиливался, делая жизнь всё менее и менее комфортной. Уже подумали остановиться и попробовать спрятаться под деревьями, когда очередной поворот тропы вывел их к прогалине, за которой виднелся характерный частокол и крыши домов. Порядком заросшие молодыми деревцами и травой крыши, да и частокол выглядел расшатанным и ненадёжным. Остановили коней невольно. Переглянулись.

— Заброшенная, наверно. Ну хоть дождь переждём… — задумчиво пробормотал Алан.

— И часто у вас заброшенные деревни попадаются? — уточнит Амарими.

— Случается. От всякого зависит. Может, тут больше пушниной промышляли да лесными целебными травами. Зверь ушёл, и промысел усох.

— Или опять углежоги, — передёрнул плечами Шоуки.

— Вряд ли. Слишком далеко от сколько-нибудь крупных городов. А уголь — не тот товар, который выгодно тащить за тридевять земель, — покачал головой Алан, и тронул коня вперёд.

Ворота были распахнуты, одна створка покосилась. Дома выглядели плохо, крыши из дранки и соломы замшели и начали зарастать всем чем только можно, низкие заборчики покосились, огороды и сады заросли. У пары зданий крыши и вовсе успели провалиться. Да и деревенька была маленькая — десятка два домов с надворными постройками.

Дождь только усиливался, так что осмотром домов не увлекались — убедились, что внутри нет ничего мало-мальски ценного, и деревню покидали вдумчиво, забирая всё вплоть до мебели, и спрятались от непогоды в довольно неплохо сохранившейся конюшне. В домах было темно, низко и пахло заброшенностью и мышами. Неприятно, в общем. А в конюшне можно было распахнуть двойные двери, запуская внутрь и свет, и пахнущий дождём воздух. Кони пофыркивали, задумчиво топчась в углу, в который их загнали, парни стянули намокшие плащи да развесили на перегородках, сушиться.

Дождь не утихал. Зарядило, похоже, надолго, так что решили пообедать, раз уж такое дело.

Готовку по заведённой уже традиции взял на себя Шоуки, с удовольствием променяв на неё возню с лошадьми. Да и, по правде сказать, готовил он лучше, чем эти двое вместе взятые.

У самого входа, куда почти долетали брызги с навеса развёл костерок из старых досок, выломанных из перегородки да пучка слежавшейся соломы. Полыхнуло хорошо, дым устремился сквозь щели в потолке на полупустой сеновал. Покосился вверх, но, вроде, потолок был достаточно высок и можно было не опасаться что искры утянет туда и подпалит всё к демонам. Вылил остатки воды в котелок, подвесил его над огнём, да заметил, что парни притихли и увлечённо пялятся на одну из балок под потолком. Подошёл. Тоже уставился на пучёк каких-то травок повешенный на гвоздик. Усохший и ломкий пучёк.

— Это что?

— Примета. От злых духов, — пояснил Алан. — Они здесь везде!

— Кажется, в том доме я тоже пару видел… — пробормотал Амарими. — Пойти проверить, что ли?

— Сходи, — согласился Шоуки. — Заодно поищешь, где воды набрать. На колодцы вряд ли можно рассчитывать, но мало ли…

В итоге мстительно выгнать молодого принца под усиливающийся ливень так и не получилось, лошади отлично напились из натёкшей перед воротами лужи, а котелок сполоснули под стекающей со стыка крыши и навеса водой. По некоторому размышлению, этой же воды набрали заварить чай из сомнительной подзаборной травки. Алан уверял, что травка пригодна в заварку, во всяком случае.

Отвар получился так себе, ну хотя бы горячий. Вполне подойдёт потягивать, слушая шум непрекращающегося ливня, и глядя на то, как разрастается и бурлит лужа во дворе их укрытия.

Шоуки так и задремал, привалившись спиной к перегородке, и проснулся только под шкрябанье, с которым Амарими вырезал на стенах конюшни защитные печати для построения периметра. Дождь всё так же лил. Воздух был сыр неимоверно, и на деревню опускались сумерки.

Потом они подгребли угли подальше от входа, опасаясь наступления лужи, натаскали старого сена с сеновала, чтобы устроить себе лежаки. Шоуки убедился, что периметр поставлен, Пятнышко загнан в стойло и обезврежен, и завалился отсыпаться за все предыдущие недели. В конце концов, даже м’кари по такой погоде не охотятся, люди и подавно будут искать укрытие, а не выслеживать шебутных принцев.

Так что отрубился он с чувством выполненного долга, быстро, и крепко заснув.

Увы, помогло это не очень — пришли мутные сновидения, тяжёлые и настырные, полные невнятных, тревожных образов. Вывернуться из них не получалось, Шоуки соскальзывал всё глубже в эту муть, будто его утягивали туда холодные, липкие пальцы…

***

Неладное Алан почувствовал задрёмывая под убаюкивающей шелест дождя по лужам и крыше. Где-то в углу мерно капало — старая крыша не выдержала такого ливня и дала наконец слабину. Кони глухо переступали с ноги на ногу по утоптанному полу стойл, остатки костра уже даже не потрескивали, укрывшись серым пеплом. Слабый красноватый свет углей почти иссяк, погружая конюшню в темноту. Из прикрытых дверей тянуло холодным, сырым воздухом, и парни спали, сжавшись под просохшими плащами.

А ещё снаружи было светло, яркая луна бросала глубокие синие тени, и свет просачивался в щель между неплотно закрытыми створками, медленно ползя по полу…

Какая к чёрту луна во время такого ливня?!

Он вскинулся… Ну во всяком случае попытался вскинуться — тело вроде как напряглось, плечо даже дёрнулось, веки удалось открыть чуть пошире, но взгляд сфокусировать он не смог и всё перед глазами поплыло, вызывая головокружение и желание зажмуриться. Но он сумел подавить панику, и замер, пытаясь сообразить, что происходит, и следя за расползающемся светом. Свечением… Оно плыло в воздухе всё же, кажется, а не ползло по полу. Изгибалось, обзаводясь отростками. Алан попробовал шевельнуть пальцами, но слабость в мышцах просто парализовала. Или то, что казалось слабостью в мышцах. Это не яд, это некое воздействие, вероятно, на ауру, вот в ауру он и попробовал вглядеться, чувствуя, как тяжело бухает сердце и “внутренний очаг” разгорается, готовясь предоставить бурлящую в нём мощь для любого потребного действия. Почти сразу на фоне его тепла почувствовал что-то, что смутно напоминало холодные липкие крючья, и начал наполнять ауру мелкими плетениями, имитирующими этой самой ауры параметры. Наполнить их эфиром, подтолкнуть к крючьям — стандартная тактика борьбы с паразитами! И сработала она отменно, хотя Алан и близко не представлял, откуда здесь могло взяться столько этой дряни.

Едва почувствовав, как паразиты переключаются на приманку, и их воздействие на ауру слабеет, Алан накрылся щитом, плотным и аж гудящим от мощи, сжался под ним, восстанавливая дыхание и кровоток в мышцах. Сжимал-расжимал пальцы, потом щипал себя за бедро, прогоняя онемение, и наконец приподнялся, разглядывая со злым прищуром смутное подобие туманной фигуры, отодвинувшееся от полусферы щита и теперь склоняющееся над южанами. Ан нет. Паразит тут был один. Просто разросшийся до размера нездорового.