Чтение онлайн

По крайней мере, Алан о таких только читал. Каким плетением их там гонять надо было?!

Алан поднялся на ноги… Вернее, попытался подняться, и упал на колени, глухо выругавшись. Голова закружилась, в ушах зазвенело. Эк его приложить успело…

Но это значило, что ему следует поторапливаться, пока паразит не осушил ауру парней насухо. Ладно, по старинке, нематериальная нечисть боится, кроме всего прочего, огня!

Будущий Император сел на пятки, не рискуя вставать, и сняв щит, щелчком пальцев запалил пламя, щедро скармливая ему то, что южане называли Даром, и стараясь направить поток горизонтально.

Сработало — подобие фигуры почти потерялось в рыжеватых отсветах огня, и отшатнулось, утянув с собой свои тонкие цепкие ручки. Алан мстительно повёл рукой, выгоняя дрянь на улицу, после чего выдохнул — как бы ни был дух голоден, после купания в огне он отступит на некоторое время.

В дальнем конце конюшни раздалось встревоженное ржание. Ему быстро начали вторить, фыркать, и перетаптываться. Алан сморгнул, и выругался ещё раз — огонь успел закрепиться на перегородке, на почерневшей створке дверей, и судя по свету в широких щелях между потолочными досками с большим энтузиазмом устраивался на сеновале.

Сорвался, едва не на четвереньках, к парням, тормоша их и пиная. Над головой нарастал весёлый гул с треском, а эти двое вяло бормотали что-то сквозь сон и даже пытались отмахиваться.

Алан ещё раз озабоченно глянул вверх, окончательно перепугался, и ухватив обоих за шкирку просто выволок наружу, выбив двери волной сырой силы. Бросил слабо дёргающиеся тела в луже, растёкшейся почти до самого порога, развернулся назад, ошалело глянув как уже клубится под потолком и рвётся наружу густой дым, подсвеченный огнём, и бросился обратно, туда где уже истерично ржали и бились в перегородки кони. В итоге его едва и не затоптали, когда мощные скакуны снесли перегородку и понеслись на выход, судя по вскрикам, южане прочухались достаточно, чтобы убраться с их пути. Алан отлепился от перегородки, закашлялся, пригнулся, чувствуя на макушке жар стремительно распространяющегося пожара, и схватив ближайшее седло, поволок его наружу.

После второй ходки пришлось окунуться в лужу — жар становился совсем уж нестерпимым. К счастью, к нему присоединился и Шоуки, и совсем уж недоумевающий Амарими, и большую часть пожитков они успели выволочь, прежде чем всё внутри конюшни окончательно заволокло дымом и огнём.

Так они и сели — на кучку сваленных прямо в лужу вещей, и глядели как разбушевавшееся пламя борется с дождём, и от крыши конюшни валит пар. Огонь победил очень быстро — прожаренные перекрытия хрупнули и крыша сложилась внутрь, выпустив в небо сноп быстро сбитых тяжёлыми каплями искр. И после этого вся мощь непогоды обрушилась на лишившееся прикрытия пожарище. Шипения, треска, и искр стало ещё больше.

— Это… вообще что… было? — медленно произнёс Шоуки, сползая в лужу. В отблесках пламени хорошо было видно, как дождь пытается смыть с его лица грязь и копоть.

— А это было именно то, из-за чего это место покинули люди, — пояснил Алан со вздохом. — Дух, скорее всего, непогребённого самоубийцы, под влиянием эфирного поля переродившийся в аурного паразита. Нападает на спящих, тянет силы, его жертва испытывает кошмары, упадок сил, может серьёзно заболеть в конце концов, а старики и малые дети имеют серьёзный шанс не пережить ночь кормёжки этой дряни. Начинает она обычно с родных и близких, потом переходит на соседей, и становится всё сильнее… Видимо, изгнать её не получилось, отыскать труп и захоронить как положено — тоже, и потому жители просто ушли в другое место, в рассечёте что эта дрянь просто развеется с голоду через пару лет. Однако ж она успела разожраться до весьма пугающих размеров, а главное — с голодухи стала поразительно агрессивной и нетерпеливой.

— Хм. Ну допустим. А огонь откуда? — подозрительно глянул на него карит.

— Ну… Увлёкся, отгоняя её от ваших бренных тел… — неохотно сознался Алан.

— Пожог хоть? — пожевав губу уточнил Амарими с надеждой.

— Не, ушла.

Помолчали, глядя как неохотно занимается пламенем стоявший слишком близко к конюшне сарай.

***

Небо начало светлеть, подсвечивая неохотно рассасывающиеся тучи, когда они наконец переловили разбежавшихся лошадей и начали собираться в дорогу. Дело было нелёгкое, животные были перепуганы, возмущены, и кажется, не горели желанием иметь что-то общее с этими мелкими и хлипкими двуногими. Хорошо хоть за пределы брошенной деревни не выбежали, плутая по улицам и дворам, изредка освещаемым отблесками пламени в лужах.

Дело осложнялось тем, что этот злобный призрак продолжал нападать. Отчаянный голод гнал его вперёд, заставляя хитрить, подкрадываться, набрасываться в самый неподходящий для них момент. Просто в голове вдруг всё начинало мутиться, на плечи наваливалась усталость, а в следующее мгновения жертву нападения уже выдёргивали из лужи, носом в которую та рухнула.

Спустя два таких купания и так мокрый до нитки Шоуки сообразил, как различать атаки голодной твари ещё на подходе, и просто тыкал пальцем в нужную сторону и командовал “огонь!”. Работало на удивление хорошо, хотя работающий “огнём” Алан и прицепился с возмущёнными расспросами — у него в голове не укладывалось, как Шоуки это делает. Шоуки тоже не понимал, но ему было плевать, он просто хотел убраться отсюда в сухое, тёплое, а главное — безопасное место, где можно просто упасть и спать до пришествия Импе…

Ах, ну да…

Потом взваливали пожитки на лошадей — пожитков стало меньше, как и сбруи, одну уздечку пришлось соображать из верёвки. Овёс весь вымок в луже и его щедро отдали лошадям, а остатки их пиршества бросили — всё равно сушить было некогда и негде. Уже когда взгромоздились в сёдла, мокрые, уставшие и злые, Шоуки вспомнил кое о чём и поманил из пепелища походный котелок. Тот выкатился из-под балок довольно бодро, зашипел в луже и сам прыгнул в руки. Бок его заметно погнулся, то ли от жара, то ли от того, что на него наступили копытом, но тонкостенный котелок из паршивенького чугуна выдержал такое испытание, и был пригоден к использованию по назначению.

По-хорошему нужно было просохнуть самим и просушить вещи, но как избавиться от призрака Алан не помнил, а отгонять его вечно не было никаких сил и желания, потому было решено последовать примеру местных жителей и просто убраться подальше. Эти проклятые предками создания просто не могли отойти от места своего упокоения слишком далеко.

Пока ехали — продрогли окончательно и расчихались. Найти приличный источник воды не удалось, а потому отмывались от грязи в притопленном по мокрому времени овраге, быстро превратив его просто в большую мутную лужу. Ну хоть корку грязи с одежды счистили. И потом молча пялились в разведённый костёр, пытаясь хоть немного согреться и просохнуть. Пили чай из молодых побегов крапивы, густо росшей по краю оврага, давились размякшими припасами, но хоть немного согрелись…

Парней начало клонить в сон, Шоуки тоже подумывал о том, чтобы завалиться прямо на сырую землю, когда довольно жидкое проклятие всколыхнулось, и рухнуло сверху, впечатывая его в землю рядом с костром, и обрушившись на голову так, что сознание начало уплывать, а грудь сдавило, не давая вдохнуть свободно.

Шоуки пытался сопротивляться, но только и смог что слабо дёрнуться, зарываясь пальцами в горячую золу. Ощущения разительно отличались от пережитого в проклятой деревеньке, и бороться с этой давящей мощью в какой-то мере удавалось, сосредоточившись на остром жаре, облизывающем руку. По крайней мере, сознания он не потерял, и слышал, как шуршат и переговариваются в кустах, приближаясь. Рядом зашипел ругательно Алан, но судя по всему, так и не смог сдвинуться с места — со своего положения Шоуки его не видел.

— Ба, гляди-ка, знакомое лицо! — басовито усмехнулись на местном. Шоуки видел только мелькнувшие за костром сапоги, украшенные мехом. Попытался сосредоточиться на Даре, но едва не отключился.

— А я всё думал, где узкоглазые раздобыли такого сильного мага? А это его высочество уполовинил стратегический запас амулетов! — продолжил насмехаться голос.

Возня, уже за спиной, там, где Алан, там, куда ушли две пары чужих ног. Шоуки собрал всю свою силу воли в кулак, и шевельнулся, сдвигая пальцы глубже, к углям. Ещё чуть-чуть, ещё…