Чтение онлайн

– Это моя жена, мама. Соли Лайел-Дартенхат.

Я кивнула, уверившись в собственных предположениях и легко улыбнулась тому, что пока видела только я и больше никто. Аура моей невестки была невероятно красивой, но не только потому что от природы ей достались золотисто-солнечные кружева нитей, опутывающие всю её суть. Нет, сейчас её красота во многом была обязана пульсации силы в области солнечного сплетения, которая отбивала самый прекрасный звук во вселенной – звук новой жизни. Чтож, похоже я скоро стану бабушкой. Прислушалась ещё внимательнее и едва не поперхнулась водой. Вероятнее всего бабушкой я стану сразу два раза.

Дверь зала снова распахнулась, и на этот раз нас решил почтить своим присутствием Деспил. Мы дружно встали в приветствии.

– Добрый вечер, господа, – начал он сразу с порога, направляясь к законному месту во главе стола, – Прошу садиться. У нас бесконечно много работы.

Итак, под аперитив мы успели обсудить новое положение дел при Цитадели и разные де-юро формальности, связанные с восхождением Деспила на престол. Он был полукровкой, и некоторые демоны совершенно не хотели об этом забывать. Пришлось спешно править законодательство и некоторые нормативные акты. Когда с юридическими вопросами было покончено герцог Абрас рискнул коснуться больной темы.

– Ваше Высочество… – аккуратно начал он. – Тело Вашего отца было помещено в крипту, но обряд отдания духа никто не проводил. Мы должны сделать это до Вашей коронации, иначе нас просто не поймут.

– Разумеется, герцог, я помню об этом, – на скулах моего мужа едва заметно заходили желваки. – Знает ли кто-то из присутствующих какое имя должен получить Владыка в посмертии?

Герцог Рошх удручённо опустил плечи.

– К сожалению я не расслышал его, хоть и был тогда на казни… Возможно, Её Светлость герцогиня Савелия сможет в этом помочь?

Я удивленно приподняла брови.

– В чём конкретно?

В разговор вмешался Елиссей, на минуту даже позволив себе выпустить из рук узкую ладошку Соли.

– Отец, позволишь? – начал он и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. – Никто не называет Владыку по имени с тех пор как он занимает престол. Никто из ныне живущих не помнит имени умершего Владыки, ведь правил он долго… В посмертии покойному властителю дают имя, которым его в последний раз называли при жизни. Чаще всего это закрепившиеся за усопщим звания вроде Освободителя или Разрушителя, реже это бывают имена. Говорят, что перед казнью герцогиня Гинзбург имела дерзновение назвать Владыку по имени, но никто из присутствующих там и выживших затем в битве не смог его вспомнить.

– Андрей, – быстро ответила я. – Ниэтель назвала его Андреем. Это последнее, что он слышал.

– Да будет так, – тихо ответил Деспил и свернул разговор.

Мы обсуждали многое в тот вечер. Будущее лесных нимф, которые по вине демонов остались без своего мира, и которым теперь предстояло найти новое место обитания. Будущее Лоинсана и Цитадели после заключения династического брака между принцессой Раддой и принцем Арманом. Будущее в отношениях между Нижними мирами и Оффтаймом. В этом вопросе бразды правления взял не столько Арти, сколько Елиссей и, надо отдать ему должное, с отцом он сражался буквально насмерть. В итоге Цитадель согласилась в качестве контрибуции Оффтайму выдать навык изготовления портальных амулетов, а контрибуция нимфам включала в себя обширные и плодородные земли на самом краю владений демонов. Да, на них не было лесов, но это нимфы исправят самостоятельно, вряд ли кто-то справится лучше них самих. Кроме того, было решено ввести армию Эрсвейт в Цитадель и присвоить ей статус личной гвардии королевской четы. В конце концов Нити собирала её именно для меня и негоже отказываться от такого подарка.

К концу вечера все были измотаны, а я и вовсе чувствовала себя выжатой досуха. Но, тем не менее, возможность расставить точки над множеством вопросов принесла мне то удовлетворение, которого я очень давно не испытывала. Попрощавшись с детьми я направилась в спальню, которая была мне выделена – то есть в спальню Деспила.

Я скинула надоевшие туфли и босиком прошла к столику с вином. За ужином я позволила себе всего бокал игристого, потому сейчас испытывала только лёгкую головную боль вместо желанного расслабления. Густая красная жидкость наполнила бокал, а затем слегка обожгла язык и меня накрыло ожидаемым чувством дежавю. Я уже пила вино в этих покоях. Когда-то. Очень давно.

Дверь за моей спиной едва различимо скрипнула, по спине пробежал холодок.

– Ты уже знаешь, что скоро станешь дедом? – с порога огорошила я супруга, пряча ухмылку за ободком бокала.

Деспил выглядел удивленным, хоть и старался не подавать виду.

– И кто же из наших детей решил нас так осчастливить?

– Елиссей, – сдала я сына. – Его жена ждёт двойню. Если не ошибаюсь это девочки. Признайся, тебя пугает новый статус?

– А тебя? – вернул он мне шпильку, но я безразлично передёрнула плечами.

– В нашем мире бабушками становятся после сорока. Мне сейчас чуть больше миллиона. Думаю я вполне созрела для этой роли. Много-много веков назад.

– Сава… – его голос стал неожиданно серьёзным, когда он подошел вплотную и посмотрел мне в глаза. – Пожалуйста…. Я очень тебя прошу… Я тебя всем святым заклинаю, не уходи больше… Я так устал искать тебя и не находить. Так устал ждать… Пожалуйста.

Я закинула руки ему на плечи и подарила долгий головокружительный поцелуй.

– Я нашла всё, что искала, Дес. Я больше никуда не уйду. Я тебе обещаю.

Покой. Вот что ощущаешь, когда пройдя через бесконечность ожидания чувствуешь объятия человека, которого любишь.

В ту ночь мы впервые были вместе всем своим естеством, принимая друг друга целиком и полностью, зная друг о друге всё или почти всё, прощая друг другу то, что не могли простить даже самим себе.

Я чувствовала как его руки блуждают по моему телу, но касаются самой души – остро, чутко, болезненно-нежно. Чувствовала как его губы целуют мои, а мне кажется, что он отдаёт мне всё своё дыхание до донышка, отдаёт мне всю свою жизнь. А я возвращаю ему со своим дыханием свою. Есть ли на свете что-то более прекрасное, чем соединиться душой и телом с человеком, которого ты любишь так, что его жизнь становиться для тебя тысячекратно важнее собственной, что все его желания ты способна угадать еще до того, как он о них подумал. А он точно так же – искренне и самозабвенно – угадывает твои.

Любить кого-то – вот то самое ощущение целостности, которое я искала всю жизнь. Мне понадобилась целая эпоха, но я нашла его. Нашла и приняла. И в ту ночь я могла поспорить что во всей вселенной не найдётся человека счастливее меня. Ведь я впервые в жизни могла сказать, что больше мне ничего не нужно. Всё, что я когда-либо искала и жаждала прямо здесь, передо мной, и это окрыляло…

А потом, измождённая теплом и любовью, я уснула в надёжных руках своего мужа и увидела то, что никогда не ожидала увидеть.

Я закрыла глаза и увидела падение Арратасхатха.

***

Я не была пифией или ясновидящей, а потому снам никогда не придавала особого значения. Но в этот раз видение было настолько ярким и устрашающим, что я в ужасе распахнула глаза, подскакивая на кровати. Могло ли такое случиться на самом деле? Мог ли Арратасхатх пасть? Непоколебимое средоточие вселенской тьмы – что должно произойти чтобы пошатнуть его величие?

Рядом заворочался Дес. Его рука по-хозяйски обвила мою талию, пытаясь утянуть обратно в кровать. Но сон словно рукой сняло, и я поднялась на ноги, не решаясь снова погрузиться в объятия Морфея. Сейчас не помешал бы прохладный душ, но стоя обнажённой по центру комнаты я внезапно поняла, что всем своим существом продолжаю испытывать ужас – прямо сейчас происходило что-то страшное. Не только для меня, а для всего мира. Я не могла объяснить эти ощущения, просто чувствовала, что если не потороплюсь, то абсолютно всё, сделанное мной в жизни, окажется бессмысленным. Подходящей одежды под рукой не оказалось, а потому я набросила рубашку Деса и опрометью бросилась в коридор, не потрудившись даже обуться.