Чтение онлайн

«Опаздываешь, опаздываешь, бесконечно опаздываешь…» – шептала мне Тьма, и её слова разбегались по венам вместе с ускорившейся пульсацией крови.

– Сава, куда ты?! – раздался голос мужа за спиной, но я не слушала.

Я мчалась по коридорам и анфиладам дворца, почти не разбирая дороги, влекомая чем-то, чего не могла до конца осознать. А когда осознала, то почувствовала, как животный страх сковывает всё моё нутро.

Тьмы не было.

Извечная Тьма Арратасхатха, пропитывающая эти стены миллионы лет, будто отступила, собирая силы для чего-то. Или для кого-то. Сама того не осознавая я бежала, цепляясь за тончайшие отголоски сумрака вселенной, пытаясь скорее найти, настичь то место, которое стало сегодня центром вселенского коллапса.

И я нашла.

Храм Первой Звезды. Ну конечно.

Высокие двустворчатые двери были замурованы Тьмой как цементом. Я закрыла глаза всматриваясь в узоры угольно-чёрных нитей и ища лазейку. Переплетение было настолько плотным, что между линиями я не смогла бы просунуть даже ноготь! Но слабое место было. Оно всегда есть. Чуть правее центра этой паутины был сгусток тьмы, исполняющий роль узелка на кружеве – дерни за ниточку, и оно распуститься. Но вот беда – у меня не было столько сил, чтобы за неё дернуть.

– Отойди, – прорычал Деспил у меня за спиной. – Скажи куда бить.

Я молча указала ему точку и увидела как волна тёмно-лилового пламени устремилась к непокорному узлу.

Бесполезно. Тьма просто поглотила её, став ещё сильнее.

– Сава, что здесь происходит?! – услышала я голос Тали и почувствовала облегчение.

Дочь леса обладала максимально возможным доступом к светлым материям. Тягаться с ней могли разве что ликары, но их в моём распоряжении не было.

– Мне нужна твоя сила, Тали, – без обиняков начала я.

– Сколько?

– Столько, сколько сможешь отдать.

Нимфа кивнула и подошла ближе.

– Положи ладонь на место приложения силы, – сказала она мне.

Я послушно выполнила приказ, ощущая просто мертвенный холод под подушечками пальцев.

– Закрой глаза и не сопротивляйся как бы ни было больно.

Я кивнула. К боли мне не привыкать.

По крайней мере я так думала до тех пор, пока нимфа не впилась мне в губы поцелуем, заставляя едва ли не пополам согнуться от пламени, устремившегося по венам. Сила перетекала бурным потоком от нимфы ко мне, и от меня к узлу темных нитей. Мне казалось, что эта агония длится уже часы, хотя на деле не прошло, наверное, и десяти ударов сердца. Ладонь будто сожгли до костей. Сартур бился в агонии вместе со мной, не понимая от чего нужно терпеть эту бесконечную пытку. Но как бы ни было больно, как бы ни хотелось сейчас просто отдернуть руку и покончить с этой самоубийственной затеей, я стояла и продолжала послушно сглатывать подаренную мне силу, понимая что это единственный шанс что-то исправить.

Дверь поддалась. Узел просто сорвало с неё с доброй половиной плетения Тьмы и створки послушно распахнулись.

Но то, что было внутри… Я думала, что видела в этом мире всё, но, Боги, как же я ошибалась. В центре зала стояла Мать. Её воздетые к небу руки купались в сгустившейся Тьме, молочно-белые волосы напоминали пляшущее пламя, а сама она читала почти забытую молитву на хархатхе. И смысл её слов был древним и страшным, как и сам Арратасхатх.

Она отдавала Тьме самое дорогое – то, что любила больше всего в этой жизни, в обмен на возможность уничтожить его Тьмой смежные миры. Она выпускала на свободу зверя, с которым не сможет справиться ни она сама, ни кто-либо другой.

А рядом с ней, на полу, с кинжалом в груди лежала младшая из её детей – принцесса Даная. И именно её жизнью Мать расплатилась за ритуал.

Я стояла словно громом поражённая. Как же надо ненавидеть всех вокруг, чтобы собственноручно убить своё дитя, пробуждая этим такую непроглядную Тьму, что поглотить её не может даже Арратасхатх? Женщина, назвавшаяся Матерью Нижнего мира убила собственную дочь лишь для того, чтобы этот мир уничтожить. Такого не могла вынести даже Цитадель и жертва Матери, помноженная на слова её молитвы, породила первозданную Тьму. Ту самую что когда-то, миллионы лет назад, создала Рог Артрога.

– Ты не сможешь остановить это, герцогиня! – с усмешкой кинула она в мою сторону, продолжая купаться в лучах льющейся на неё Тьмы. – Всё уже произошло! Ты опоздала!

Я чувствовала, что она права. Теперь и правда ничего нельзя сделать. Арратасхатх сместил свою ось и направился прямо сюда в центр Цитадели, попутно разбрасывая вокруг себя волны мрака, сметающего всё на своём пути. Откуда-то я точно знала, что теперь он расползётся по всем мирам, нашинковывая материю и энергию в один непригодный для жизни салат, щедро раскладывая его по тарелкам нового мироустройства, в котором не будет место чему-то живому. Мать знала, что умрёт. Понимала, что погибнут её дети и её наследие, но ненависть – жгучая, непроглядная – настолько затуманила её взор, что ей не было до этого никакого дела. Она хотела мести за поражение сына, и она избрала поистине страшный путь.

Страх и отчаяние навалились на меня неподъёмным грузом. Где-то здесь, в этом замке сейчас и мои дети! Я должна что-то сделать! Должна защитить их!

– Савелия! – голос Деса пробился ко мне сквозь Тьму. – Ты видишь хоть что-нибудь?!

Я прикрыла глаза и поначалу мне показалось, что кроме тьмы в этом зале нет больше ничего. Ни единой ниточки света. Но потом я опустила взгляд на собственные руки и поняла, что свет есть. Наш брак с Деспилом когда-то благословили сами боги и сартур нёс в себе оба начала – и светлое, и тёмное. Тонкие лучи Кардинали жили в этом бессмертном существе, будучи его частью.

– Дес, руку! – крикнула я сквозь надвигающуюся бурю.

Мне нужен был весь свет, который я только могла собрать. Муж протянул мне правую руку и наши сартуры сплелись, узнавая друг друга, помножая свой собственный свет на два. А потом я увидела их. Множество тонких обрывков света в этом зале, которые стремились к единственному живому уголку Кардинали в этом непроглядном мраке. Я ловила их по одному и наматывала на наши руки словно на клубок с нитками. Ещё, ещё, ещё больше… В какой-то момент шар перестал помещаться в ладони и тянущиеся к нему уже не нити, а канаты стали обвивать нас с Деспилом с головы до ног. Теперь вокруг нас было столько света, что я не видела ничего кроме него. Где-то там, за границей этого сияния осталась вся наша жизнь, но то что мы делали прямо сейчас было во стократ важнее. Я чувствовала будто всю бесконечность своего существования шла по тропинке именно к этому моменту, что сейчас я делаю что-то, для чего я когда-то была создана.

В какой-то момент я поняла, что больше не тяну за нити – они наслаиваются на нас сами и грозят погрести меня и мужа под толщей света. Ну и пусть. Мы останемся здесь вместе, а призванного света, быть может, хватит, чтобы остановить Тьму.

Но одного я не учла.

В нижних мирах никогда не призывали свет Кардинали. Она освещает одну половину мироздания, а Арратасхатх, будучи её тёмным близнецом, – другую. Сейчас же выяснилось, что не только звезда Цитадели может сместить свою ось. Я знала, откуда-то я знала, что всё делаю правильно, крепче сжимая руку мужа и позволяя свету захлестнуть нас волной подобной цунами.

Кардиналь соединилась с Арратасхатхом. Прежнего мира больше не было.

Когда вспышка, лишившая меня зрения, погасла, первым, что я увидела, была лежащая на полу Мать. Странного цвета, серебристо-серая сила вытягивала из неё жизнь по капле и я подумала, что это должно быть весьма мучительно. Её прекрасного стройного тела больше не было. Была лишь демоническая оболочка, напитанная таким количеством Тьмы, что на это страшно было смотреть. Свет Кардинали не мог принять нечто настолько тёмное и страшное, а потому он просто сжигал Тьму вместе с её носителем.