Чтение онлайн

Эвапорабион в последнее время сильно напоминал шелк собственного производства - прочный и скользко-текучий. Остальные Dogeress-He*** вели себя гораздо сдержаннее, но и их сдержанность порой давала трещину - если кусок оказывался слишком лакомым. Соседи человеческой крови относились к подобной приспосабливаемости соответственно.

– Ес-сли Атонии с Элетерией удас-стс-ся уговорить Лорелай и Йанарс-ское княжес-ство, Берренайк окажетс-ся в тис-с-сках, - тихо сказал Нернемис, когда они с сестрой рука об руку входили в зал Совета.

В воздухе висело напряжение: на лицах всех присутствующих можно было легко прочесть неуступчивость. Договариваться никто изначально не собирался... ну, почти никто: только Лорелай еще наивно на что-то надеялись, и мареайский правитель был спокоен всем на зависть.

Этот Совет за последние шесть месяцев был четвертым. И единственным вопросом на все четыре была намечающаяся война между Элетерией, Атонией и Берренайком. Повод был пустячный, но болезненно принципиальный, Элетерия и союзная ей Атония уже настроились на захват территорий.

Громко ударил колокол, приглашая всех занять свои места за столом переговоров.

– Война неиз-збежна. Вопрос-с лиш-шь в том, сколько еще С-с-советов будет проведено... или уже ни одного.

– Я склоняюсь ко второму, кирия**** Дормиентес, - прошептала соседка диссы по левую руку, йанарская княжна Фелина, совсем юная темноволосая девушка с печальными глазами.
– Мои родители твердо решили поддержать притязания атони, а насчет Элетерии и сомнений нет...

– А как вы с-сами относ-ситесь к перс-с-спективе войны?

– Какая разница?
– Фелина горько усмехнулась и оглянулась на сидящую рядом мать, йанарскую княгиню Шентану. Та ничего не слышала, увлеченно беседуя с правящей четой Атонии.
– К сожалению, мое слово не сыграет никакой роли, у меня ведь нет таких прав, как, к примеру, у кронпринцессы Эржебет. Могу сказать лишь одно - мне жаль Берренайк и его граждан: если все-таки быть войне, страну попросту разорвут на куски.

Дормиентес невольно покосилась на Эржебет, вышеупомянутую кронпринцессу Элетерии, худощавую девушку с болезненно бледным лицом, серыми глазами и русыми волосами, убранными под жемчужную сетку. Она была бы симпатичной, если бы хоть слегка улыбнулась, но говорили, что она никогда не улыбается - так сурово ее вышколили в родном доме. Одного взгляда на Эржебет хватало, чтобы понять, почему ее за спиной называют Стальной Королевой - стали в глазах внешне хрупкой кронпринцессы хватило бы на добрую сотню шпаг.

Наконец все расселись. Правитель Берренайка, Каллум Бертан, затравленно косился на всех подряд, вжимаясь в спинку своего кресла. Выглядел он крайне неважно, и неудивительно: над его головой висел меч, и было только вопросом времени, когда его опустят.

Правители Атонии, супруги ДАвилье, уже привычно, отточенными словами потребовали от Берренайка вернуть спорные территории возле Светочивого леса, угрожая отбить их силой. Каллум вяло огрызался и тут же плакался, жалуясь на мятежи и разного рода сектантов, то есть намекая на некоторую цену за упомянутые территории. Атония не прониклась, так как считала территории принадлежащими ей по праву истории и принялась искать поддержку. Элетерия поддержала притязания без разговоров, просто так, за красивые глаза. Элетерийская кронпринцесса явно была недовольна таким решением отца, но открыто недовольство не выказала. Лорелай вмешиваться в войну не собирались: они требовали от своих соседей сбавить промышленные обороты, поскольку большая часть ядовитых отходов от получения УНДО-энергии из кристаллов попадали именно в их водяные леса, но их услышал только Йанар. Эвапорабион ненавязчиво намекал на общую заинтересованность дисс в смене берренайкской власти, заставив Каллума побледнеть еще сильнее. Сурения и Самрин предлагали еще несколько решений, но их не восприняли всерьез. И только Мареа ожидаемо остались в стороне, равнодушно взирая на происходящее.

После долгих, нудных и бесполезных разговоров Совет с треском разорвавшейся кристальной бомбы провалился. Не было принято ни одного официального решения. От неофициальных же было не продохнуть.

– Значит, еще одному С-совету вс-с-се-таки быть, - заметил Нернемис, пока все, грохоча стульями, вставали и расходились.

Совсем как дети - разбились на кучки и воюют между собой. Только вот дети не бывают настолько влиятельными и амбициозными.

– К сожалению, кириос Нернемис, - устало отозвалась Фелина.

К ним подошла прямая как натянутая струна Эржебет.

– Не беспокойтесь, госпожа Фелина, - сказала она.
– Боги все видят.

– Вы набожны?
– Фелина удивленно посмотрела на нее и тут же спохватилась.
– Ох. Прошу прощения за бестактность, монна...

– Что вы, какая там бестактность! Нет, я не настолько набожна, как могло показаться. Мне нравится думать, что каждый рано или поздно получит то, что заслуживает. Жаль только, что иногда это случается слишком поздно.

– Вы говорите о войне?
– осторожно уточнила Фелина.

– Эта война, боюсь, разразится до того, как появится возможность ее остановить, госпожа Фелина.

– Кирия Эржебет, но ведь вы с-с-смогли бы...- медленно начала Дормиентес. Нернемис не встревал в женский разговор, но внимательно слушал, притворяясь предметом обстановки.

Кронпринцесса Элетерии покачала головой.

– К сожалению, нет. Прошу прощения за бестактный вопрос, но... Вы ведь жрецы Лаэрта, так?
– стальной взгляд быстро пробежал по лицам близнецов, словно сравнивая их. Непостижимым образом хрупкая человеческая кронпринцесса показалась такой же высокой, как и диссы. Фелина пугливо съежилась, явно почувствовав себя маленькой и лишней.
– Вы говорите с Серым Богом. Скажите мне - слышит ли он нас? Или память богов короче человеческой? Ведь наверняка даже у него есть свои интересы в этом...
– она презрительно оглянулась, - ...обществе?

– Но ведь вы не нас-с-столько набожны, чтобы так легко поверить наш-шим с-с-словам, кирия Эржебет, - с лукавством поддела Дормиентес.
– Лаэрт - не религия, но учение, с-с-свод определенных правил, с-с-соз-зданных даже не для наш-шего народа. Легенда о Чертовом Городищ-ще, думаю, вам прекрас-сно из-звес-стна. Только в Элетерии ее могут подавать под другим с-с-соус-сом...

– Легенды - всего лишь легенды, - осторожно вставила Фелина.

Близнецы синхронно покачали головами.

– Не вс-сегда, кирия Фелина, - мягко заметил Нернемис.
– Далеко не вс-с-сегда. И Чертово Городищ-ще - с-самое яркое тому подтверждение.

Строгая иерархия Эвапорабиона сыграла с ними злую шутку - как их вдвоем втравили в политику, так и вдвоем отправили в Элетерию, по личной письменной просьбе кронпринцессы Эржебет. Быть может, отчасти в этом был повинен и странный обрывочный разговор на последнем Совете. И теперь летающий корабль - огромная стальная рыба с крыльями, двигающаяся благодаря УНДО-топливу - нес близнецов на север, прочь от родного дома и храма, которому они собирались посвятить жизнь. Их ожидало испытание - Реценсария*****. По сути, отречение от догматов избранной религии и посвящение себя в ненавистное дело.

Стальной рыба-корабль тихонько гудел и плавно, чуть уловимо покачивался в такт воздушным потокам. Из коридора доносились приглушенные шаги рабочих и изредка - их же негромко переговаривающиеся голоса.

Дормиентес на самом деле никогда не отличалась разговорчивостью, за двоих говорил Нернемис, а за первые два дня полета вовсе не произнесла и десятка слов. Все больше сидела на своей койке в каюте, смотрела в иллюминатор и хмурилась. Внизу проплывали рваные облака, а еще ниже - по-весеннему тусклое серо-зеленое море Светочивого леса с вкраплениями полей, поселений и дорог.