Чтение онлайн

— Допустим. А вместо этого они винят Соль. Ну и какая разница? Злились бы на тебя, а так злятся на нее. Что меняется? Наоборот, так лучше, на мой взгляд. Соль в любом случае выключена сейчас из работы. И то, что они злятся на нее, ничему не мешает, тогда как негатив к тебе точно помешал бы. Я не пойму, из-за чего ты завелся.

— Да потому что она нас спасла! Парни должны знать, кому обязаны своими жизнями. Они должны быть благодарны ей, а не винить ее и оскорблять. И ты в первую очередь должен был быть ей благодарен.

— Я благодарен ей, — тихо сказал Бледа. — И тебе я благодарен тоже. Если бы не ты, Соль одна не справилась. И я не хотел ни на одного из вас возлагать вину именно потому, что считал это неправильным. Ну да, ошибся. Я не думал, что ребята так воспримут мои слова и начнут искать виновного. Но теперь-то что делать, раз так получилось?

— Что делать? — Джойс пожал плечами. — Если бы я был на твоем месте, как только понял бы, что их мысли приняли нежелательное направление, сразу расставил бы все точки над «и».

— То есть?

— Признался бы, что виноват. Ну или в крайнем случае сказал бы, что виноват ты, если бы ты предложил мне такой вариант.

— Ты считаешь меня трусом? — набычился Бледа. — Ты же сам говорил, что они должны верить мне, потому что я их командир. Утверждал, что это будет самый лучший вариант. Еще упрекал меня за невовремя проснувшуюся совесть! Серьезно, я не понимаю, что меняется от того, на кого я возложил свою вину, на тебя или на нее?

Джойс сложил руки на груди и наклонил голову набок, разглядывая Бледу, словно он был неизвестным науке насекомым:

— Если ты не заметил, она — девчонка.

— И что? Она такой же член экипажа, как и все. Почему я должен относиться к ней иначе, чем, например, к тебе?

— Потому что она спасла тебя, идиот! — не выдержал Джойс. — И ей это было сделать гораздо сложнее, чем любому из нас. Я просто снял бы тебя с пульта, и дело с концом. У меня это заняло бы несколько неприятных секунд. Да, я опасался бы за здоровье ребят, но ни я, никто другой из парней не пережил бы столько ужасных часов, выбиваясь из сил, чтобы стащить твою тушу или разбудить хоть кого-нибудь, кто смог бы ей помочь. Ты вот сейчас чувствуешь беспомощность, не зная, как обуздать коллектив, правда? Но им сейчас не грозит прямая опасность. А представь, каково было Соль, оставшейся одной на корабле и понимающей, что люди могут погибнуть из-за того, что она недостаточно физически сильна, и ненавидящей себя за это?

— Я думал, она сразу пошла и разбудила тебя, — пробормотал Бледа.

— Где там! Она точно так же в отчаянии билась надо мной, пытаясь привести в чувство, потому что Джейн сказала, что я единственный, кто еще способен реагировать.

Они помолчали.

— И все же я не понимаю, — глухо начал Бледа. — Ты сейчас ее так защищаешь, хотя еще буквально пару часов назад сказал, что не будешь с ней разговаривать ни при каких условиях. Я думал, ты считаешь ее в чем-то виноватой…

— Слушай, не мешай все в кучу, — поморщился Джойс. — Это к делу не относится. Разумеется, она тоже… может что-то натворить, и я… ну да, я на нее зол… за ее некоторые конкретные действия. Но я не стал бы взваливать на нее свою вину, даже если бы она сама мне это предложила бы.

— Так что теперь делать? Пойти к ним и признаться, что я виноват?

— Честно? Не знаю, — пожал плечами Джойс. — Возникла патовая ситуация. Какое ты ни принял бы решение, оно окажется неудачным. Если признаешься, это будет полная катастрофа. Ребята не простят тебе, что ты их сначала обманул… Да-да, я помню, что ты ни слова не сказал про Соль. Но ты и не разубедил их сразу. А твои призывы «никого не винить» теперь будут выглядеть трусостью. Одно дело, если бы ты защищал Соль или меня, а так… словно пытался отвести от себя подозрение. Признавшись сейчас, ты потеряешь доверие еще больше, чем если бы сразу сказал, что виноват.

— Тебя обвинить я тоже не могу, я ведь уже сказал, что ты, наоборот, всех спас.

Джойс кивнул, подтверждая слова командира.

— Поэтому я самоустраняюсь. Наша экспедиция накрылась медным тазом, и я не в силах на это смотреть.

— Почему сразу — «накрылась»? Я понимаю, что ты меня не уважаешь из-за того, что я подставил Соль. Но на данном этапе это вынужденное решение. Обещаю, что я во всем признаюсь, когда мы выполним задание и вернемся.

— А зачем, Бледа? — покачав головой, поинтересовался Джойс. — Чего ты хочешь добиться, стремясь завершить эту миссию? Выиграть Золотую галактику? Допустим, тебе это удастся. Ты получишь ее. А потом признаешься, что подставил члена своего экипажа, возложил на него свою вину. По сути — предал. Даже если не пересмотрят итоги игры, ты потеряешь весь свой авторитет, перестанешь быть старостой курса. Думаю, станешь изгоем. И как считаешь, будет это отражено в твоей характеристике? Ты понимаешь, что в дальний космос дорога будет тебе закрыта, и никакая Золотая галактика тебе не поможет?

Джойс помолчал.

— Но ты предлагал возложить вину на тебя, — пробормотал Бледа. — Проверял меня? Откажусь я или нет?

— Нет, никоим образом. Я был абсолютно серьезен. Послушай, есть разница. Мы все допускаем ошибки, и иногда их нужно скрывать во имя достижения цели, если эта цель важна для всех. Ты же наверняка удивлялся, почему я остаюсь старостой и командиром курса, несмотря на сомнительное происшествие на корабле, повлекшее гибель твоего брата? А всё просто. Ребята согласились покрывать меня и молчать, потому что верили мне. Абсолютно все. А твои парни верят тебе?

Бледа не ответил.

— А ведь они еще не знают… — Джойс не договорил, но и так было понятно, что он хотел сказать. — Ладно, возвращайся, а то тебя там все потеряли уже.

— Идем со мной, — снова попросил Бледа.

— Нет, — покачал головой Джойс. — Можешь сказать им, что за неподчинение подверг меня аресту. Можешь даже приказать Джейн запереть дверь моей каюты, чтобы я не смог выйти. Меня это вполне устроит.

Есения не могла понять, какую цель преследовала Джейн, включая безо всяких объяснений прямую трансляцию с «Дракона». Особенно примечательно было то, что связь была односторонней. Девушка могла только слушать, но ни возразить, ни высказаться ыозможности у нее не было. Будь Джейн человеком, Есения посчитала бы, что та попросту издевается. Но ни один искусственный интеллект, каким бы высоко развитым он ни был, не станет тратить время на подобные бессмысленные действия. Из этого следовало, что Джейн хочет чего-то добиться. Но чего?

«Наверное, чтобы я наложила на себя руки», — угрюмо подумала девушка.

При этом Джейн очень выборочно поставляла информацию. Теоретически, искин мог передавать на челнок разговоры из любой точки корабля. Но почему-то один разговор до сведения девушки был доведен, а другой нет. Например, Джейн посчитала Есению достойной узнать о том, что Максим Берсар вынудил Джойса описать провал исследования Первой планеты. Было стыдно и неприятно слушать язвительные отзывы в свой адрес. Правда, неожиданным бальзамом на израненное эго пролился поступок Джойса, оборвавшего высказывание Гения. На секунду Есении даже показалось, что таким образом тот пытается заступиться за нее. Но на последующие высказывания он никак не отреагировал, а потом и вовсе ушел, и Есения в который раз убедилась, что старшему помощнику капитана нет до нее никакого дела.