Твоя постоянная
Шрифт:
— Мое любимое место, — мстительно улыбаюсь, а сам наблюдаю за метанием черных зрачков. — Впрочем, ты права. Со вкусом у меня проблемы в последнее время.
Несмотря на упорное динамо со стороны Марины я, точно одержимый, нарезаю круги в попытке вновь занять законное место. Прямо между стройных ножек рыжей дряни. Но игра идет по ее правилам, правда, меня в них не посвятили.
— Прости, — растерянно хлопает неестественно загнутыми ресницами невеста и игриво щекочет ладонь. — Настроение мерзкое. Что посоветуешь?
«Сходить на вечеринку свингеров с вагинальными шариками», — мстительно думаю про себя, а вслух выдаю: — Не хочу портить первое впечатление о месте своими предпочтениями. Закажем вслепую, а потом сравним?
Лика кокетливо прикусывает губу, на скулах проступает смущенный румянец. Невинный цветок с нераскрывшимся бутоном. Девушка-загадка. Будто не ее выдрали во все щели на подземной парковке бизнес-центра двадцать минут назад.
Да, я умею в романтику. Так же успешно, как в анал.
Первое доставляло ленивое удовольствие: я наблюдаю за тупой овцой и веселюсь от души. А вот второе разочаровало полностью. Секс с Ликой похож на плохой порнофильм с кучей рекламы всяких онлайн-казино, где между роликами про баснословные заработки стонут и корчатся актеры.
Только искренности в них ноль.
Для получения оргазма пришлось хорошенько придушить сучку, пока не запищала. Для верности даже открыл фотографии Марины во время процесса. Иначе прибил бы искусственную до кончиков волос куклу.
Ничего, перевоспитаю.
Лика не расслабляется, я не оттягиваюсь.
В итоге чувствую себя ебанатом, который не способен удовлетворить бабу. Не знаю, кто вбил ей в голову, что однообразное неритмичное всхлипывание приносит мужику удовольствие. Мне такое счастье даром не сдалось.
Вот Марина совсем другая: гибкая, отзывчивая, стеснительная, но при этом искренняя. Когда что-то идет не так — она затихает. Если все в порядке — пронзительно всхлипывает и выносит крышечку под ноль.
Марина с опаской принимает новые удовольствия, но всегда идет на эксперименты с энтузиастом юного исследователя. Достаточно вспомнить, как решительно она обхватила член губами и…
Трясу головой, чтобы сбить паломничество рыжих муравьев со знакомой тропинки, и концентрируюсь на Лике. Нормальная девчонка. Тупая, правда, но ничего. Это не ее вина. Видно, что делает, как научили.
Подумал бы, что мама, однако родители Лики много лет в разводе.
Разберусь. Нам еще строить семью. Теперь точно.
После ужина отец и Юрий Павлович помирились. Едва я заверил будущего тестя, что мы — одна семья. Мама, естественно, расплакалась, папа изобразил счастливую улыбку. А вот отец Лики уж слишком обрадовался такому исходу.
Очень странно для человека, который от партнерства с отцом только проигрывал. Или выигрывал. Лика же ничего не поняла или сделала вид. В любом случае колечко для будущего предложения руки и печени я прикупил.
Заморачиваться с местом не стал, потому что лень. Выбрал ближайший к офису приличный ресторан и все.
— Лик, а Юрий Павлович с Лазаревым никогда не работал? — спрашиваю наугад.
По неизвестной причине Александр Самуилович влез в бизнес дяди Семы. Олег не говорил про мотивы, но нутро подсказывало, что он тоже не разобрался.
Вдруг Женин отец и здесь постарался?
Правда, пока непонятен один момент. Зачем сначала разрывать партнерство, а потом перезаключить договора через левых людей?
— Нет, — Лика с укоризной косится на меня. — Хочешь поговорить о бизнесе, позови на свидание моего папу.
«В следующий раз так и поступлю», — чуть не бросаю в ответ, но вовремя прикусываю язык. Виновато складываю ладони вместе и отвешиваю шутливый поклон.
— Прошу прощения. Больше не буду. Только ты и я, принцесса. Да?
Смех у Лики приятный, теплый и немного растерянный. Впервые за весь вечер чувствую ее эмоции. Из-под тонны филлеров проглядывается нечто настоящее, отчего внутри зарождается отклик.
Наконец-то, блядь.
— Тебе идет улыбка. Знаешь?
Подмигиваю и тянусь к руке. Прохладные пальчики с легкостью тонут в моей ладони, а Лика смущенно морщит носик.
— В тебя очень легко влюбиться, Саш, — шепчет, и я слышу отголосок ледяной тоски.
— Это же хорошо. Разве нет?
— Если ты любишь в ответ.
Лика растягивает губы в улыбке, затем тянется к спасительному бокалу с водой.
— А что я здесь делаю? — отвечаю уклончиво, чтобы тут же съехать с темы. — Кажется, понимаю твое впечатление о месте. Куда испарился официант с нашими заказами?
— Не терпится узнать, насколько мы похожи?
— Ага, — кручу головой в поисках работника. — Вроде того.
Едва уловимый аромат апельсинового печенья долетает до столика. Меня мгновенно бросает сначала в холод, потом в жар. Как будто я искупался в бурлящем потоке горной реки, после которой нырнул в теплое озеро.
Взглядом скольжу по посетителям в поисках источника моего любимого запаха. Во рту все пересыхает от жажды и желания вновь ощутить вкус сладких губ Марины.
Похоже, я сошел с ума.
— Саш?
— Погоди, — отмахиваюсь от жужжащего рядом голоса.
Замечаю знакомую рыжую макушку со светящимся ореолом тоненьких волосков.
Как там в романах? Сердце пропускает удар?
Не-а, оно, точно молот, выворачивает ребра наизнанку. Во рту скапливается слюна, а горло сковывает болезненный спазм.
Я так соскучился.
Дыхание медленное, размеренное. Еще чуть-чуть, и мои легкие получат отек Квинке. Внезапная аллергия на приторно-сладкий парфюм Лики гонит от нее прочь. Прямо туда, где сидит моя рыжая мечта. Гордо вскинув подбородок, рассматривает счет с плохо скрываемым ужасом под бдительным взглядом официанта.
— Что за ебанат тебя привел? — шиплю зло, а сам ищу ее кавалера.
— Саш?
— М?
Все ясно.
Марину пригласили на свидание в приличное место. Когда речь зашла о счете, оказалось, что каждый платит за себя. Я тоже так поступал, если девочка не нравилась. Или желал поиграть. Иногда заставлял баб платить за меня.
Что такого? Они видят во мне только кошелек и член, а у меня есть душа.
Где-то.
— Ты здесь?
— Ага, извини, знакомых увидел. Лик, пару минут подожди, — подхватываю ладонь и нежно целую. При этом старательно не дышу.