Чтение онлайн

— Молодец.

Прикусываю язык, потому что ругаться не хочется. Лучше засунуть гордость подальше, чтобы не отсвечивала ближайший час или два. Тяжелый день, голова распухла от работы, и свидание накрылось медным тазом. Нормальный парень на поверку оказался настоящим мудаком.

Но многие современные мужчины и женщины со мной бы не согласились.

— На хуй ты вообще пошла с этим уебком в ресторан? Кто он? — неожиданно интересуется Левицкий как бы между делом.

— Начальник отдела инновационных технологий в компании Олега Константиновича, — отвечаю спокойно.

Поставленный на зарядку смартфон разрезается во второй или третий раз мелодий вызова от абонента по имени Арсений. Отворачиваюсь, ловлю напряженный взгляд Левицкого в окне и жму плечами.

— Что?

— Это он?

— Какая разница, Саш?

Он удивленно приподнимает брови, а я внезапно понимаю, что назвала его по имени. Без отчества и всей прочей официальной шелухи. Просто так. Будто мы тысячу лет знакомы, общаемся и находимся в более-менее дружеских отношениях.

— Саша? — повторяет странным голосом. Хрипотца в его интонации заставляет меня сглотнуть и покоситься на пролетающий за окном тротуар.

— Мне вернуться к Александру Николаевичу?

Нервно облизываю губы и замечаю, что Левицкий смотрит. Причем смотрит так, что мне стыдно. Всякие пошлости лезут в голову. Запястья начинают чесаться от желания вновь ощутить чертов шнурок, низ живота сковывает сладкая истома. Непроизвольно свожу колени вместе и стискиваю зубы.

Мудак и его волшебный парфюм.

Наверняка напичкан афродизиаком, поэтому моя крыша проваливается в подвал. К жадным демонам, которые только и мечтают о прикосновениях наглого, хамоватого козла за рулем.

А я хорошая девочка. Очень.

Все эти выходки последних дней принадлежат другой Марине. Не мне. Я не такая.

Совсем.

Вообще.

— Или ты пошлешь его на хуй, или я возьму трубку, — хрипит Левицкий и вырывает мое сознание из потока самоубеждения.

— А?

— Телефон, Мари.

Смартфон вновь разряжается истошным визгом, потому что Арсений не отстает. Чат с сообщениями тоже постепенно пополняется. Тянусь, чтобы смахнуть их, но запястье неожиданно оказывается в заключении.

Одной рукой Левицкий сжимает оплетку руля, а другой тянет меня к себе.

— Что ты…

— Шли его на хуй! — рычит и скалится, словно дикий зверь. — Сейчас же!

— Да не буду я! — выворачиваюсь в попытке освободиться из стального захвата, но куда там. — Оставь меня в покое! Приказывай своей курице!

Повышаю голос, не замечая, как тлеющие угольки ярости в черных глазах ярко вспыхивают. Неведомая сила тащит меня вперед к Левицкому. Нет ни возможности сопротивляться, не спрятаться от него.

Дурманящий аромат окутывает с головы до ноги и проникает в легкие, отчего я на мгновение теряю концентрацию. Не понимаю, когда моя ладонь оказывается на внушительном бугре под тонким слоем деловых брюк. Жадная слюна скапливается во рту, и я с трудом проглатываю ее, а сама непроизвольно сжимаю пальцы и слышу бархатистый стон.

— Сука, — шипит Левицкий сквозь зубы, — не хотел же!

— Так и валил бы к своей девушке, — выдыхаю на автомате, потому что не в состоянии оторвать взгляд от чертовой Лысой горы под слоем ткани.

Можно уже все снять? Я согласна!

У меня стресс, и вино в крови бушует. Или крыша провалилась ниже чердака в древний тоннель. Толком не соображаю, что творю. Приникаю к тяжело дышащему Левицкому, хватаю смартфон с панели и принимаю звонок.

— Алло?

Собственный голос кажется чужим.

— Марина? Ты где? Куда пропала?

Беспокойство Арсения насквозь фальшиво, но мне плевать. Я любуюсь огненными вспышками в черных омутах.

— Еду домой, — мурлычу игривым тоном и слышу тихое рычание, которое сопровождается моими бесстыжими поглаживаниями члена через брюки. — Соседка позвонила, сказала, что у меня дым из квартиры валит.

— Господи! Она вызвала пожарных?

Кто эта бесстыжая девчонка, которая врет и не краснеет? Игриво проводит языком по губам, дует на дергающийся мускул на лице Левицкого и нагло лапает его?

Не узнаю саму себя. Невидимый тумблер переключается, и во мне просыпается настоящая дьяволица. Она хочет разорвать этого чертовски красивого козла и изнасиловать одновременно. Маньячка.

— Конечно-о-о… — тяну сладким голосом и неожиданно убираю руку с ширинки Левицкого, затем выпрямляюсь в кресле. — Потом созвонимся!

Конечно, никому я звонить не собираюсь. Как-нибудь объяснюсь перед Арсением позже, когда поиск крысы закончится, и мое заявление об увольнении ляжет на стол Олега. Портить отношения с начальником айтишников пока не стоит.

— Ладно, — тянет мой несостоявшийся кавалер, и я ойкаю, когда у меня из рук вырывают смартфон.

— Еще раз, блядь, позвонишь ей, я твое ебало раскатаю по асфальту в блин! — рявкает взбешенный Левицкий.

Игра становится интереснее, когда рыжая фурия сопротивляется.

Но когда она, дрожа от возбуждения, огненная и распаленная, обвивает меня ногами в лифте — это непередаваемое ощущение. Ее ловкий язычок неустанно скользит по линии челюсти, губам, задевает шею и отдается сладкой вибрацией где-то на ментальном уровне.

Нирвана, блядь.

Медовый рот страстно принимает мой язык. Марина стонет, тянет за волосы, вылизывает меня в ответ.

Мы морской узел, чьи волокна слиплись сахарной ватой.

Не разберешь.

Она ловит кончик моего языка, прикусывает, затем скользит ладонями по груди и раздирает вымокшую ткань рубашки с оглушительным треском взрывающихся в моей голове фейерверков. Еще секунда, и я увижу Будду.

Член, затисканный Мариной, готов повесится на резинке боксеров от гипервентиляции… Чего-то. Если у Левицкого-младшего есть мозг, то и легкие имеются. Но приспособлены они к дыханию только в одной среде.

Именно туда мой дружок нацелился с момента, как мы вошли в подъезд и завиляли в темном лабиринте коридора.