Чтение онлайн

В день приезда родителей я просыпаюсь рано, слишком уж рано, еще до восхода солнца. Завариваю кофе на общей кухне. На самом деле, здесь есть еще несколько пациентов помимо меня, они читают газеты и занимаются другими своими делами. Мы желаем друг другу доброго утра.

Следующие три часа я занят тем, что выкуриваю одну сигарету за другой и выпиваю слишком много кофе. Понятия не имею, о чем я буду говорить с родителями. В 9:30 у нас состоится встреча с Энни, а потом, до конца выходных, мы будем ходить на специальные занятия, предназначенные для семей. С нами будут работать два психотерапевта.

Как правило, на эти занятия приезжает по три семьи за раз, но на этой неделе будет четыре. В первый день все составляют список целей на выходные, а потом каждая из семей отправляется на сеанс арт-терапии. Во второй день члены каждой из семей по очереди занимают место в центре круга и в течение часа делятся своими историями с остальной группой. В это время никому из присутствующих нельзя ничего говорить, но по истечению часа любой может поделиться своими мыслями. На третий день запланированы физические упражнения, а потом состоится еще какая-то встреча, там нам помогут определиться с планами на будущее. Я уверен, что занятия будут напряженными и, ну, слегка побаиваюсь.

Сегодня холодно. Ветер завывающий в горах пустыни пробирает меня до костей. Такое чувство, что я никогда уже не смогу согреться.

Я просто продолжаю курить одну сигарету за другой.

Вижу, как папа подъезжает первым, в машине взятой напрокат. Он приехал в большом голубом минивэне и припарковался прямо рядом со мной.

Когда он выходит из машины, я молча гляжу на него. Он выглядит старше. Волосы стали жидкими и почти совсем поседели. Он кажется усталым. Одет довольно консервативно (рубашка застегнута на все пуговицы и все такое). Заметив меня, он тут же идет ко мне. Я опускаю взгляд. Мне так жаль, меня переполняет раскаяние.

Папа говорит:

— Ох, Ник.

И крепко обнимает меня.

Я чувствую его запах. Привычный запах моего отца, который я никогда не забуду. Я не могу вымолвить не слова. Хочу плакать, но слишком напуган и поэтому слезы не идут.

— Как твои дела? — спрашивает папа.

Я качаю головой.

— Сам не знаю. Наверное, хорошо. В смысле, с учетом всех обстоятельств.

— Да, — соглашается он, — ты отлично выглядишь. Снова стал похож на живого человека.

Я обнимаю его.

— Спасибо, пап. Пойдем, я тебе все тут покажу.

Мы вместе шагаем по территории комплекса, и я знакомлю его с разными людьми. Расспрашиваю его про Джаспера и Дейзи. Он говорит, что с ними все в порядке, но не хочет развивать эту тему. Карен мы даже не упоминаем.

Я отвожу папу в офис к Энни. Мама еще не приехала, но меня это совсем не удивляет. Поприветствовав нас, Энни говорит отцу, что у нее такое чувство, словно с ним она уже знакома, ведь они много раз разговаривали по телефону. Энни и раньше упоминала, что мой отец ей звонит. Возможно, он таким образом пытается «держать руку на пульсе». Я просил его бросить это дело, но он не послушался.

Как бы там ни было, мы все садимся и Энни улыбается мне.

— Итак, — говорит она, — какие у тебя эмоции от встречи с отцом?

Я смотрю на нее, не на папу.

— Мне грустно. Но в то же время и очень радостно тоже. Я по нему скучал. Он мой друг.

— А что чувствуете вы? — Обращается она к отцу.

Он смотрит на меня, потом переводит взгляд на пол, и снова на меня.

— У меня те же эмоции, — отвечает он. — Я скучал по Нику. Он мой друг. Но большая часть моей души для него полностью закрыта. Я ему не верю и не хочу снова доверять, потому что это приведет к новой боли. Я вообще сомневаюсь, что смогу когда-нибудь ему довериться. И, по правде говоря, у меня есть сомнения насчет целесообразности пребывания здесь. Я все это уже пробовал, пользы не было.

Я судорожно сглатываю. Разумеется, ничего другого я не ждал и прекрасно могу его понять, но это не делает ситуацию менее печальной.

— Так и думал, — произношу я. — И, знаешь, я понятия не имею, как тебя переубедить. Надеюсь, ты сам увидишь, что в этот раз все по-другому. Надеюсь, ты дашь мне шанс.

— Ник, — вздыхает он, — я уже столько раз их тебе давал.

— Но все же вы здесь, — вмешивается в разговор Энни. — Вы приехали поддержать своего сына, а значит не совсем потеряли надежду.

— Да, — кивает папа. — Похоже на то.

Раздается стук в дверь и Энни поднимается, чтобы открыть ее. Одна из помощниц наставников, девушка по имени Лаура, привела к нам мою маму. Зайдя в кабинет, мама извиняется за опоздание. Я вскакиваю на ноги и обнимаю ее. На ней темные очки и вязаное пончо, джинсы заправлены в высокие сапоги. Она выглядит очень молодо, красиво и стильно. Интересно, что сейчас думает папа.

Мама садится рядом с нами и Энни вводит ее в курс дела.

— Отец Ника только что выразил свою обеспокоенность тем, что выходные здесь могут оказаться пустой тратой времени, а Ник не изменится. Что вы об этом думаете?

Мама вздыхает.

— Я с ним согласна. У меня те же опасения. Ник, я люблю тебя, правда, но мы уже столько раз это все пробовали.

— Понимаю, — говорю я, ни на кого не глядя.

— Сомневаюсь, — говорит отец. — Не думаю, что ты это понимаешь. У меня есть своя жизнь. Джаспер и Дейзи нуждаются в отце. Карен нужен муж. И у меня есть работа. Но когда ты употребляешь наркотики, то я только и делаю, что беспокоюсь о тебе. Я не в состоянии жить нормально. Поэтому я вынужден был оттолкнуть тебя. Мне пришлось закрыться от тебя, иначе я бы не выжил. Это просто несправедливо.

Я стараюсь дышать медленно, глубоко. Меня подташнивает. Когда я вновь заговариваю, то мой голос дрожит.

— Папа, мама, я все понимаю. Правда. Я говорил Энни, что не хочу, чтобы вы приезжали, потому что не хочу вас напрасно обнадеживать. Я боюсь брать на себя ответственность и, ну, я ничего не могу обещать. Но мы все часто причиняли боль друг другу, и, может быть, если мы просто обсудим это, то нам станет легче. Типа того. Ну, Энни мне так говорила. И я не знаю, сможем ли мы когда-нибудь снова наладить отношения. Мне бы этого хотелось. Я считаю, что все может получиться, но решать не мне.

— Правильно, — говорит Энни. — На этих выходных вы получите возможность освободиться от гнета прошлого, начать процесс излечения. Но никто не может предсказать, что из этого получится.

Мама все время ерзает на своем стуле.

— Ладно, — произносит она, — раз уж мы тут откровенно обсуждаем прошлое, то я прямо сейчас скажу, что уверена: если Ник вернется обратно в Л. А., то умрет. Не думаю, что у него есть хоть малейший шанс выжить, если он останется с Зельдой.

— Согласен, — быстро выпаливаю я. — Это один из тех выводов, к которым я пришел, будучи здесь. Я осознаю, что у меня есть склонность к нездоровым отношениям и работаю над этим.