Чтение онлайн

Просто потому, что вы лучший из лучших, не означает, что вы лучший во всем. Любой оператор «Дельты» может поручиться за возможности боевых авиационных наводчиков ВВС и очень редко выходит на «дело» без людей, которые носят алые береты.

Возможно, они являются самыми разносторонними и уникально подготовленными операторами спецназа на планете. Начальное обучение «конвейера» боевой подготовки боевого авианаводчика эскадрильи специальной тактики ВВС стoит в два раза больше времени и пота, чем превращение в «морского котика» или оператора «Дельты». И прежде чем их обучение будет завершено, кто-то промывает мозги этим парням, заставляя их думать, что они могут лазать, как Человек-паук, плавать, как Тарзан, и летать, как Супермен, — а затем они должны доказать, что могут это сделать, если планируют окончить свою школу. И все это только для того, чтобы добраться до места, где они смогут выполнять работу, для которой они действительно обучены, вызывая эти смертоносные авиационные удары. Жизнь боевого авианаводчика разделена между работой вместе с «Дельтой» и спецназом ВМС, перемежаясь время от времени на работу с 75-м полком рейнджеров.

Их девиз трудно высказать прямо в лицо другому оператору с заявлением, что это не правда: «Первый там». В Тора-Бора мы считали, что нам повезло, что у нас есть Адмирал и Спайк, а также их возможности.

*

Вскоре после того, как группа «Шакал» впервые начала наводить бомбы на ранее невидимые пещеры и бункеры «Аль-Каиды», Бен Ладена снова поймали силами радиоразведки. Мы нанесли на карту местоположение, которое находилось всего в нескольких сотнях метров от текущих ударов, наводимых снайперами. К сожалению, большинство данных радиоразведки не поступают в реальном времени и часто не очень точны. Но мы снова услышали голос Бен Ладена по портативной радиостанции, которую ЦРУ сняло с убитого боевика «Аль-Каиды».

Адам Хан и джентльмен, известный нам как Билал, стояли на школьном дворе, слушая безошибочно узнаваемый голос лидера «Аль-Каиды». Билал, однажды появившийся из темноты в здании школы, американец арабского происхождения и бывший морской пехотинец, считался главным авторитетом ЦРУ в области идентификации арабской речи и голоса Бен Ладена. На самом деле, без ведома кого-либо из нас, последние несколько дней он находился в горах с бойцами генерала Али. Его личное и невероятно опасное задание состояло в том, чтобы служить в качестве своего рода офицера связи для ЦРУ, чтобы из первых рук сообщать об отношении, эффективности и подлинных усилиях людей Али в преследовании вдохновителя террористов.

В тот день два агента ЦРУ и бывшие морские пехотинцы прослушали то, что оказалось последней перехваченной передачей Бен Ладена своим бойцам. Они уловили что-то странное в этой конкретной радиопередаче. Бен Ладен больше проповедовал, чем отдавал приказы, и им стало ясно, что наша главная цель находится в движении и намеревается покинуть поле боя. Они также подумали, что передача могла быть записанной проповедью, которая создавала впечатление, что Бен Ладен все еще находился в центре боевых действий, тогда как он мог быть на пути к выходу.

*

Адмирал заметил нечто странное в одной из пещер, на которую он в тот день направил бомбы. Как правило, бомба у основания отверстия пещеры или на вершине бункера приводила к мгновенной огненной вспышке, буре горячих осколков и обломков, а затем к медленно вздымающемуся густому черному, серому и коричневому облаку. Этот же конкретный удар вызвал крупные вторичные взрывы чего-то, скрытого внутри пещеры. На него также ответили тщетными попытками атаковать американские самолеты высоко в небе несколькими ракетными пусками. В этой пещере было спрятано что-то ценное.

Примерно через час Мёрф появился в сети с захватывающим отчетом. Командир моджахедов с передового НП «Шакала» сообщил, что его силы захватили Бен Ладена! Мёрф, который находился там, на месте происшествия, был настроен скептически, и прерывание связи с его стороны помешало получить какие-либо подробные пояснения, поскольку они были без переводчика.

Вернувшись в школу, мы схватили доверенного помощника Али Гульбихара и привели его в нашу комнату. Мёрф передал свою радиостанцию командиру моджахедов, а мы передали свою Гульбихару с инструкциями спросить командира, захватил ли он Бен Ладена. После нескольких минут двухстороннего обсуждения Гульбихар сообщил, что командир на самом деле не захватил бен Ладена, но «они очень близки к этому». Но быть близким — совсем не то же самое, что сделать это.

Тем не менее, для наших ребят, расположенных в передовых линиях, это была хорошая новость. В худшем случае это означало, что Бен Ладен не сбежал с поля боя. Интересно, что во время корректировки авиаударов группы «Шакал» мы получили еще одну перехваченную радиопередачу «Аль-Каиды», в которой очень четко рассказывалась эта история. Под очевидным давлением безымянный командир «Аль-Каиды» передал сообщение своему товарищу-боевику: «Мы окружены американскими коммандос сверху!»

Эти сообщения отрезвляли, потому что они напоминали нам, что после сотен тысяч долларов налогоплательщиков, потраченных только на бомбы, спустя недели бомбардировок одного и того же участка афганской горной цепи размером десять на десять миль, каким-то образом стойкий лидер «Аль-Каиды» Усама бен Ладен все еще был жив.

*

Пока группа «Шакал» терпеливо творила свое волшебство на восточном гребне, остальная часть ПО «Гринч» пробивалась прямо в центре. Каждый день, с Поупом, Лоублоу и четырьмя британскими коммандос во главе, группа союзников соединялась с силами моджахедов и поддерживала их продвижение, прокладывая себе дорогу с помощью бомбардировок ключевых участков местности, предполагаемых мест расположения противника, входов в пещеры и бойцов «Аль-Каиды».

Эти, казалось бы, простые встречи с силами «духов» сами по себе являлись приключением, так как наши дорогие и защищенные радиостанции были не совместимы с дешевыми, будто купленными в магазине «все по доллару», радиостанциями моджахедов. Даже когда это удавалось, это не имело большого значения, поскольку афганцы не говорил по-английски, и их не предупреждали о том, что они должны быть настороже из-за наличия американцев в каком-либо конкретном месте.

В частности, в одном случае группа дружественных моджахедов, возвращавшихся на поле боя, поднялась на высоту в сорока метрах от подгруппы «Браво» Стормина и ПО «Гринч». Местная одежда, в которую были облачены парни, озадачила и встревожила афганцев, и один из настороженных «духов» вскинул на плечо свой РПГ и направил его на спецназовцев. Чтобы избежать конфронтации, Адам Хан быстро выкрикнул фразу на пушту, но результаты могли быть трагическими. После соединения групп с силами «духов», моджахеды теперь могли продвигаться примерно на триста-девятьсот метров в день, заходя все глубже и глубже в горы.

Об этой битве было много чего написано в том ключе, что она велась исключительно с участием афганских бойцов при поддержке американских бомбардировщиков, подразумевая, что американские солдаты оставались на заднем плане, вне опасности. Факты говорят об ином. Моджахеды, которых нам было поручено поддерживать, наотрез отказывались оставаться в горах на ночь. После целого дня боев они зализывали раны, пересчитывали добычу, вскидывали автоматы Калашникова и покидали поле боя.

Подобное падение результативности повторялось в течение первых трех ночей в горах. Наши ребята с изумлением наблюдали, как «духи» покидали поле боя, каждый раз уступая с трудом заработанную территорию силам «Аль-Каиды». Рамадан, безусловно, играл свою роль, но для нас, жителей Запада, обученных сохранять динамику и закреплять успех, этот привычный танец племенной войны весьма раздражал.

Помимо того, что они оставляли «Аль-Каиду» в покое, чтобы та могла отдохнуть и восстановить силы за ночь, моджахеды также бросали позади парней из ПО «Гринч». Мы наотрез отказывались покидать поле боя, и не собирались возвращаться домой, пока так или иначе не решится исход битвы.

Сохранение своих позиций парней ни капельки не беспокоило, и к тому же, чем меньше численность, тем легче было укрываться.

Только когда люди из группы «Гринч» доказали, что они могут выжить в убежище «Аль-Каиды» после наступления темноты, моджахеды начали видеть преимущества.