Чтение онлайн

– Не было, - согласился Де Анджелис, - и это значит, что мы должны его срочно придумать.

"Мы должны срочно что-то придумать", - еще раз повторил про себя Де Анджелис, когда Гвидо уже отключился. Блиц-операция "Артефакт" с высадкой группы захвата на контролируемый пиратами сухогруз была запланирована на послезавтра, когда русское судно должно было по расчетам находиться у южного побережья Португалии. Пропажа корабля путала все карты и заставляла начинать операцию по поиску Артефакта с чистого листа, в то время, как он уже заверил Хольцхауэра, что последнее недостающее звено во всем его расследовании - мистический Объект Д - был фактически у них в кармане.

Черт, должно быть успех развращает. Он был непозволительно самонадеян и по обыкновению впал в грех гордыни. Освобождение Ван Хоха неоспоримо, стало его звездным часом, и, увлекшись им, поддавшись стремлению погреться дольше в лучах мимолетной славы, он совсем упустил из виду проклятый корабль. Артефакт, который казалось бы, сам шел в руки, был потерян, и теперь Де Анджелису предстояло выяснить в самые кратчайшие сроки, насколько фатальной была эта потеря, и что можно было сделать, чтобы как можно скорее исправить ситуацию.

8 августа 2009 года

Москва, Кремль

Российская Федерация

За массивным дубовым столом просторного кабинета с видом на золотые купола кремлевских соборов сидел президент Российской Федерации Анатолий Евгеньевич Зайцев и машинально крутил бумажные шарики, отрывая тоненькие полоски бумаги от лежавшего перед ним доклада под грифом "Совершенно секретно". Утром, еще даже не приступив к чтению и только заметив, что автором донесения выступал Андрей Занозин, постоянный представитель РФ в НАТО, Зайцев почувствовал, что ничего хорошего в этом докладе не будет, и не ошибся.

Президент соскользнул правой ногой со скамеечки, которую референт каждое утро подставлял под его рабочее кресло, и принялся нервно ей трясти. Он ненавидел август, богатый на всяческие неприятные события в истории современной России, более того - он ненавидел конкретно этот проклятый день, 8 августа, когда ровно год назад он вынужден был ввязаться в ту гнилую кавказскую авантюру, после которой весь мир стремительно разлюбил его и засомневался в его самостоятельности. И вот теперь снова - август, восьмое число и несносный Занозин. Мало того, что завалил его в последние несколько дней секретными донесениями, так еще приперся в Москву и заставил президента тащиться на работу сегодня, в выходной день, чтобы снова и снова грузиться проблемами, решения которых Зайцев не знал.

Анатолий Евгеньевич вздохнул, отложил доклад в сторону и нажал на кнопку внутренней связи:

– Занозин там?
– поинтересовался он у референта.

– Здесь, Анатолий Евгеньевич, уже час, как здесь, - деловито подтвердил тот и, через минуту распахнул дверь, соединявшую кабинет президента с приемной. На пороге стоял энергичный самодовольный розовощекий Занозин и улыбался - то ли Зайцеву, то ли своему отражению в сверкающих декоративных панелях президентского кабинета.

Зайцев аккуратно отодвинул скамеечку, спустился с кресла, вышел из-за стола на шаг навстречу посетителю и посмотрел на него снизу вверх:

– Что у вас там стряслось, Андрей Юрьевич?
– Зайцев знал, что он крайне невыгодно смотрится в этом ракурсе, ведь Занозин был выше его почти на голову, но ничего не мог поделать со своими хорошими манерами - он привык лично встречать посетителей, а не скупо кивать им из-за стола, как любил это делать Герман Германович.

– Я уже в общих чертах все изложил в докладе, - у Занозина в руках оказался объемный пакет из которого он принялся доставать какие-то коробки и ставить на стол президента.

– Что это?
– остановил его Зайцев.

– Да презенты из Брюсселя, - хмыкнул Занозин, - шоколад ручной работы от Godiva и Neuhaus, специально для Ирины Александровны вез.

– Ну что вы, - смутился Зайцев, - зачем это? Не стоило вам утруждать себя...

– Кушайте, - Занозин отодвинул одно из кресел для посетителей, плюхнулся в него, немного откинулся назад и высоко, на американский манер, закинул ногу за ногу.

Зайцев решил, что беседа будет носить неформальный характер и потому садиться за стол ему не стоит. Он тоже отодвинул кресло, поставил его напротив Занозина, и только усаживаясь, сообразил, что совершил тактический просчет - в этом кресле ноги президента не доставали до пола. Занозин сделал вид, что ничего не заметил.

– Ну, и как погода в Брюсселе?
– спросил Зайцев, чтобы как-то сгладить неловкую паузу.

– Анатолий Евгеньевич, вы прочли мой доклад?
– Занозин проигнорировал вопрос про погоду.

– Да. И что вы от меня хотите?
– сразу же напрягся президент.

– Как что?
– удивился спецпредставитель РФ при НАТО.
– Надо что-то делать.

– Что?
– Зайцев тут же сообразил, что допустил непростительную оплошность, потому что этот вопрос следовало задавать силовикам, а не Андрею Занозину.
– То, есть, я хотел уточнить у вас, действительно ли ситуация столь серьезна, как вы ее описали?

– Анатолий Евгеньевич, ситуация крайне серьезна и может вообще стать катастрофичной, если вы вовремя не вмешаетесь. Пропал корабль с российским экипажем - это раз. Его якобы похитили пираты - это два. Эта информация уже просочилась в СМИ - это три, но это все цветочки...

– А ягодки?
– упавшим голосом выговорил Зайцев. Он уже представил заголовки западных газет "Русский президент ничего не делает для освобождения моряков из пиратского плена" или что-то наподобие того.

– Ягодки? Корабль перевозит оружие для Ирана в обход международных санкций - это четыре. НАТО об этом знает и уже вовсю ведет поиски судна в Атлантике - это пять.

– Нас морально уничтожат, когда они найдут этот корабль - это шесть, - потухшим голосом закончил за него Зайцев.

– Да погодите вы плакать, как по покойнику, - встряхнул головой неунывающий Занозин.
– Ключевое слово не "когда", а "если"!

– Вы думаете, НАТО его не найдет?
– с надеждой в голосе произнес Зайцев.

– Конечно, если наши доблестные военные моряки найдут его первыми и заберут груз!
– воскликнул Занозин.

– Да-да, вы правы, - радостно подхватил президент и нажал кнопку громкой связи, - вызовите, пожалуйста, ко мне министра Сундукова.

– Анатолий Евгеньевич, суббота сегодня, министр обороны отдыхает.

– Скажите, что это срочно, от этого зависит военный престиж России!
– твердо произнес Зайцев и хотел уже топнуть ногой, но не найдя твердой опоры, она повисла в воздухе.

– И правильно!
– в воодушевлении рубанул рукой воздух Занозин.

– Погодите-ка, - вдруг снова обмяк президент, - в вашем докладе не сказано, откуда у вас информация о том, что на судне Antarctic Sea груз оружия...