Учительница сына. Будешь моей
Шрифт:
Глава 12
12
Диана
– Плохая девочка, Диана… очень плохая девочка… – Вадим надвигается на меня с ухмылкой на лице.
Я отступаю. И отступаю до тех пор, пока не понимаю, что мои ноги приросли к полу. Я пытаюсь сдвинуть их с места, но они точно на «Момент» приклеились.
А еще я хочу закричать, но голос тоже подводит.
Громов уже близко. Стоит вплотную, тянет ко мне руки.
– Плохих девочек следует наказывать… – мужчина проводит пальцами по моему лицу, а затем заправляет прядь волос мне за ухо. Так нежно, что мои приросшие к ламинату ноги подкашиваются.
Словно в трансе наблюдаю за его лицом. Красивым, с четкими линиями. Но есть в нем и что-то запретное, к чему запрещено тянуться.
И меня манят его губы. На них нет улыбки. Лишь усмешка, поднятый кверху уголок рта, указывающий на его превосходство, победу надо мной.
– Потечешь, учительница? Хочу посмотреть, как ты потечешь…
Его пальцы мгновенно оказываются между моих ножек, и я стону.
Они утопают во влаге, которой так много, что она уже течет по ногам.
– Ммм… мокрая сучка… маленькая… а потрахать некому. Но я это исправлю…
– О, Боже… – шепчу, когда его палец неожиданно оказывается возле моей влажной дырочки.
Понимаю, что должна оттолкнуть, но я все еще связана каким-то невидимыми цепями. Все еще не способна шевелиться, лишь мириться с тем, что происходит. Чувствовать порочную близость и чужие пальцы.
– Вадим… – на выдохе произношу его имя.
С ума схожу.
Он дразнит дырочку. У меня, кажется, закатываются глаза.
– А могла бы по-быстрому дать мне в раздевалке, – слышу его слова, сказанные каким-то другим, совершенно незнакомым голосом. – А теперь придется отрабатывать каждый сраный час моего ожидания!
Пока пытаюсь понять, что происходит, замечаю, что не могу разглядеть лица Громова. Оно размытое и нечеткое, а вместо его рук вообще какие-то щупальца.
Я хочу закричать, но голос снова предает. Раскрываю рот в безмолвном звуке, и вдруг вижу Захара. Он стоит прямо в дверях:
– Да вы не отвлекайтесь, не отвлекайтесь, – смеется парень. – Я на кухне пока кофе допью.
А за ним следом появляется целая толпа моих учеников, а я лежу на кровати с распахнутыми ногами и мужчиной между ними.
– Не одобряем! – кричит кто-то из учеников, и я тоже, наконец, могу закричать, а потом…
Открываю глаза и понимаю, что нахожусь у себя в спальне.
Выдыхаю.
Слава Богу, сон!
Никаких нервов не хватит с таким стрессом.
Пытаюсь отдышаться, потому что мое дыхание сбившееся, а губы пересохли настолько, что покрыты сверху сухой коркой.
Снова закрываю глаза. Голова какая-то мутная.
Пытаюсь вспомнить, как вообще уснула. Вечер почему-то сильно затуманен в памяти. Помню, как собиралась в душ, разделась… а вот как принимала его – уже не помню. А как оказалась в кровати – тем более.
Замечаю, что лежу я прямо в халате. Со мной такого не бывает. Обычно я не ложусь на расправленную постель в чем-то кроме пижамы или ночной рубашки.
Пока осматриваю комнату с такой дотошностью, будто впервые вижу, замечаю на тумбочке стакан воды.
Жадно набрасываюсь на него. Пью, точно не пила лет сто. И только на середине меня осеняет! Откуда он здесь?
Не помню, чтобы приносила. Я вообще никогда так не делаю. И воду не люблю. Предпочитаю чай или кофе.
От беспокойства жажда быстро пропадает. Мне даже кажется, что меня начинает сильнее мутить. Потому что я уже напридумывала себе всякого.
С другой стороны, ну, кому надо меня травить?
Из мыслей меня вырывает звук кипящего в кухне чайника.
– Какого…? – проговариваю тихо, и уже собираюсь, вставать, чтобы выключить его, как вдруг кто-то неизвестный делает это за меня. Слышу шаги в кухне.
На секунду все внутри меня леденеет, а потом лавиной на мою уставшую голову сходит осознание. Захар. Он приходил ко мне! А потом мне стало плохо!
Да! Так и было! Я вспомнила!
В глазах потемнело, и после я очнулась. Вот сейчас.
Наверное, это Громов переложил меня сюда, а сам остался караулить. Хотя, не ожидала от него такого.
И воду он поставил.
Но все мои догадки сыпятся так же беспощадно, как неуклюже задетый карточный домик, когда из кухни раздается совершенно иной голос:
– Макар! Я тебе сколько раз уже сказал, что не надо присылать мне эту ересь! Если ты не можешь отличить соленое от острого, то я найду на твое место того, кто сможет! – недовольно отчитывает кого-то Вадим.
Первая мысль, что у меня возникает – нужно убежать. Но быстро соображаю, что куда я убегу, если я у себя дома!
– И я не знаю, Макар! – продолжает ругаться Громов. – Если я буду делать эту работу за тебя, то и зарплату твою, пожалуй, буду забирать себе!
Снова осматриваюсь, соображая, чем бы вооружиться.
Конечно, бить Вадима я не буду. Только припугну. Покажу свои намерения. Нужно вообще выяснить, что тут происходит. Но в идеале просто прогнать его.
Или лучше притвориться спящей? Ему, в конце концов, надоест ждать, и он свалит. Свалит ведь?
Но в итоге понимаю, что не пролежу так долго.
Вооружаюсь лампой, потому что больше ничего подходящего в глаза не бросается, ведь мою квартиру каждый день миллионеры не захватывают, и, тихо ступая, иду в кухню.
– А, спящая красавица, – Громов рассекречивает меня быстро, с усмешкой оценивая мой, скорее всего, несвежий вид и «опасное оружие». – Чай будешь?
Глава 13
13
Вадим
Я как раз отчитываю главного бухгалтера, когда раздается звонок от сына.
– Захар, не вовремя сейчас! – огрызаюсь на парня, потому что не до него, честное слово!
Сбрасываю звонок, думаю, что сын поймет. Он прекрасно знает, что у меня в работе бывают такие вот моменты. Я вовсе не из тех людей, к кому можно с просьбами подкатить в любое время. Лучше с такими вещами за месяц записаться.