Чтение онлайн

Но Захар оказывается дотошным и снова набирает меня.

– Я же сказал! – начинаю свою речь, но он перебивает:

– Пап, блин! У меня тут ЧП!

За «ЧП» машинально цепляюсь.

Хотя, какое ЧП может быть в его возрасте? Бабло на карте закончилось?

– Училка упала, я не знаю, что делать!

– В смысле упала? Какая училка? – Захару удается полностью завладеть всем моим вниманием.

– Да долго объяснять! Просто скажи, что делать? Она без сознания, кажется!

Блядство!

– Пульс проверь, – рявкаю на него. Это же элементарно!

– Вроде есть, – слава яйцам, хоть с этим сам разобрался! – Диана Игоревна, вы меня слышите? – продолжает Захар, и до меня окончательно доходит!

«Какого хрена?» – хочется спросить. Но не до этого сейчас.

– Вы где? Скорую вызывай, я сейчас приеду, – выдаю друг за другом.

– Да дома у нее.

Охренеть!

– Диану на кровать и скорую быстро! – снова повторяю, а затем сбрасываю звонок.

Мне до нужного адреса не меньше получаса добираться.

– Галина Александровна, – обращаюсь к главбуху, – завтра к утру, чтобы все исправили.

– Но Ва…

– К утру! – повторю для особо одаренных, а сам пока хватаю со стола свой телефон.

У меня разговор с людьми в принципе короткий. И невдомек, когда Галина успела об этом забыть.

Даже не знаю, что сейчас больше меня напрягает: то, что сын попал в неприятную ситуацию (хотя какого хрена он по квартирам молодых учительниц таскается?), или, что мой трах-вечер с Дианой Игоревной неожиданно переносится на неопределенный срок.

В том, что она пришла бы, я не сомневаюсь. Она же не дура. Хотя, даже дура поняла бы, ведь я доходчиво объяснил все.

Всю дорогу не оставляет вопрос, что Захар у нее делал?

Он у меня парень горячий. Моя копия того возраста. Различие одно – я лет с четырнадцати старался заработать. Брался за все. Даже стекла в тачках мыл и фары протирал. Убирал говно за коровами на ферме, недалеко от города. Все это не приносило нормального дохода, но я не сдавался. Мне нужен был стартовый капитал, который я усердно копил.

А потом понял – дерьмо это все. Ввязался в криминал. А там пошло-поехало. Уже в двадцать два я ощутимо поднялся, воротил такими делами, что гордиться нечем.

Но мне нравилось, если честно. Тогда я был на своем месте, а сейчас… порой клонит в ту сторону.

По дому до сих пор распиханы стволы. Наверное, потому, что я не признаю охрану. Если кто-то и может постоять за меня и Захара, то это я сам.

Хотя, кончено, я не хочу подобной судьбы для своего ребенка. И он никогда не должен узнать, какой багаж я несу за своими плечами.

А теперь я бизнесмен, блядь!

Так это называется.

Белоснежная рубашечка без капли крови. Дорогие часы. Тачки, шлюхи – что пожелаешь. Одного нет – эмоций, что могли бы дать понять, что внутри я живой.

В квартире учительницы меня встречает Захар.

– Рассказывай! – приказываю ему с порога.

– Ну, я это… пришел, а она, сказала, что плохо, и вот.

– Красноречиво, – оцениваю мастерство сына пересказывать истории.

– Я охренеть, как испугался! – признается Захар.

– А чтобы не пугаться, нужно меньше по домам училок шляться!

Пока прохожу, невольно оцениваю обстановку в квартире. Чисто, но бедно. Совсем просто. Теперь моя мысль о том, что дожму учительницу, только укрепилась.

– Да она меня позвала с заданиями помочь, – Захар идет за мной вслед, пока я прохожу вглубь квартиры. – А ты знаешь, у нас траблы, согласиться пришлось.

Вот сучка.

– А, ну, на меня смотри! – останавливаюсь и заглядываю Захару в глаза. – Надеюсь, в трусы ей не лез?

Хотел бы я сейчас, чтобы во мне играло отцовское начало и чувство приличия, но я отдаю себе отчет, что дело вовсе не в этом. Не люблю, когда мое трогают.

– Я же сказал! Хотел с заданиями разобраться! Тебе, что, тетрадь показать?

К этому моменту мы как раз доходим до комнаты, где спит Спящая Красавица. Замираю и смотрю на нее.

– Скорая сказала, ничего страшного нет, надо просто дать отдохнуть. Но я обосрался реально!

Беру в руку хрупкое запястье учительницы. Пульс ровный, хорошо прощупывается.

И ручка такая у нее маленькая… нежная прохладная кожа…

– Ладно, домой дуй. Сам здесь посижу.

– В смысле?! – не втыкает отпрыск.

– В прямом! Нечего тебе тут делать. Девчонка придет в себя, объясню ей все.

– Ну… ладно, – Захар соглашается с неохотой. Хотя и понимаю, что протухать в квартире со Спящей Красавицей – вовсе не то, чем он хотел бы заняться. – Но, если че, я оценку собирался исправлять… Если она там то-то другое начнет говорить, это сильно ударилась потому что… Сорри, – сыну кто-то звонит, и он быстро переключает внимание на входящий вызов. А потом и вовсе уходит из квартиры, как я и попросил.

14

Диана

Вооружаюсь лампой, потому что больше ничего подходящего в глаза не бросается, ведь мою квартиру каждый день миллионеры не захватывают, и, тихо ступая, иду в кухню.

– А, спящая красавица, – Громов рассекречивает меня быстро, с усмешкой оценивая мой, скорее всего, несвежий вид и «опасное оружие». – Чай будешь?

Такое ощущение, что у меня рот в этот момент забивается ватой, потому что я хочу ему ответить, и ответить очень жестко, но не выходит.

Только сильнее хватаюсь за настольную лампу, которую принесла. Мне кажется, у меня даже пальцы белеют от напряжения.

Чуть выше приподнимаю ее, на что Вадим усмехается, но его тут же отвлекает телефонный звонок.

Громов сразу же меняет выражение лица на сильно недовольное. Но на вызов все же отвечает. А я теперь чувствую себя еще более неловко. Очень тупо смотрюсь с этой лампой. Вроде пришла нападать, но стою и послушно жду, когда бизнесмен закончит со всеми своими делами.

– Я так понимаю, вы звоните сказать, что отчет исправлен? – грубо выплевывает он в трубку.