Чтение онлайн

– Посмотрите на это, - сказал Хорн.
– Тела.

Их свет отразился от покрытых мехом конечностей и замороженных лиц, замерзших в том, что выглядело как агония или ужас. Койл насчитал шесть, но внизу могло быть больше. Так или иначе, они находились там десятилетиями, просто куча мумифицированных существ с усохшими, скелетообразными телами и лицами, с почерневшей кожей, которая раскололась во многих местах, обнажив блестящие кости.

– Посмотрите, как они одеты, - сказал Койл.
– Меховые костюмы... сапоги финнеско[77]. Господи, они тут с 1930-х годов... как минимум.

Гвен продолжала смотреть на них.
– Они, должно быть, умерли ужасной смертью.

– Пошли, - сказал Дейтон.
– Мы здесь не как историки.

Он двинулся дальше, но Койл, Гвен и Хорн просто стояли там.

– У этого парня что-то на спине, - сказала Гвен.

И вот на что они все смотрели... странный мясистый комок на открытой спине одного из трупов, прямо между лопатками. Он был похож на паука или краба. Большого.

– Никки, - сказала Гвен.
– Маме это не нравится.

И ему тоже. Потому что в тот момент он думал о многих вещах, и ни одна из них не было хорошей.

– Давайте, люди, - сказал Дейтон.
– Мы должны идти.

– Но эта штука...
– начала говорить Гвен.

– Нас не касается, - сказал ей Дейтон.

И Койл сразу понял, что Дейтон знает больше, чем говорит. Больше, чем он хотел признать, потому что его это не удивило. Как будто он ожидал чего-то подобного.

– Нас это вообще не касается, - повторил он.

Реджа и Дейтон повели их дальше в расщелину, следуя за извивающимся электрическим шнуром, и Койл начал чувствовать, как в нем нарастает напряжение. Потому что в глубине души он знал, что то, что они только что увидели, было довольно безобидным по сравнению с тем, что им предстояло увидеть. Угроза была густа внутри него, извиваясь и заполняя, пробегая по его артериям и оседая в костном мозге.

Он начал задумываться, не было ли согласие на что-либо из этого колоссальной ошибкой.

Реджа внезапно остановился на повороте расщелины.
– Слушайте, - сказал он.

Да... вот оно: капание. Звук капающей воды. И из всех звуков, которые они могли услышать там внизу, звук капающей воды был самым поразительным. Но пока они стояли там, они также почувствовали намек на тепло, а вместе с ним и прогорклую, бродящую вонь гниющих вещей и бактериального разложения. Койл чувствовал что-то похожее на NOAA Полярис в тот день.

И вот снова... резкий, отвратительный, влажный фруктовый запах.

– Идем, - сказал Дейтон.

Реджа двинулся по повороту, бутсы звенели по льду, его карабин Colt был в оборонительной позиции. Он был готов ко всему. И когда вонь усилилась, а звук капель стал громче, отдаваясь эхом, они все были готовы. Потому что это приближалось.

Впереди.

Они следовали за Реджа, лучи фонарей дрожали и подпрыгивали, и нашли углубление во льду, откуда, по-видимому, что-то было извлечено. Никто не высказал догадку, что это могло быть.

Вперед.

Звук капель стал еще громче, отдаваясь эхом, как будто они находились в глубине какой-то подземной пещеры. Никто не сказал ни слова. Койл, Гвен и Хорн сбились в кучу на холоде. Дейтон что-то бормотал себе под нос, подняв оружие. А сзади Лонг держал свой огнемет наготове.

Реджа, конечно, добрался туда первым.

Он нашел камеру, и когда она открылась перед ним, он снова остановился. Остановился как вкопанный, и они могли чувствовать, как шок волнами исходит от него. "СТОП! СТОП, ИЛИ Я СТРЕЛЯЮ!" - закричал он.

Осторожно, остальные двинулись вперед...

33

НА ВЕРШИНЕ ХРЕБТА, Барнс думал: "Почему, блять, так долго?"

Они должны были вернуться, выйти из расщелины десять минут назад. Он стоял там, дрожа. Вдалеке, около Полярной Гавани, он видел, как МакКерр ходит взад-вперед со своей винтовкой. Чертов идиот, как будто он был на карауле, а не здесь, не в этом ужасном месте, этом рассаднике кошмаров.

Барнс поднял глаза.

Там, наверху, среди миллионов торчащих сосулек, он видел что-то, что-то призрачное и газообразное, что растекалось, как дым, окутывая. Туман. Это был туман. Там наверху рождался ледяной туман, сгущаясь, закипая, и теперь распространяясь, опускаясь. Это было невероятно. И страшно... потому что на один безумный момент он подумал, что в тумане есть что-то. Формы. Формы, которые плыли каким-то неземным движением.

Барнс моргнул.

Но этот ледяной туман все еще был там. Он не только был там, но и расширялся, теперь выходя, как пар из котла. Там, наверху, эти ряды сосулек на сосульках, как блестящие зубы дракона... их больше не было. Просто не было.

Барнс снял очки.

Может быть, они запотели, может быть...

Нет, он все еще видел это.

И ему было холодно.

Не просто замерз, как тогда, когда они выбрались из ледяного ветра, а онемел. Руки болели от холода, и он не чувствовал ног. В своем теплом полярном костюме он не должен был так замерзнуть. Он не замерзал так пять минут назад.

– МакКерр! МакКерр!
– крикнул он в гарнитуру.
– Здесь что-то происходит... Я, блять, онемел! Видишь туман там наверху? Видишь?

В динамике МакКерр просто сказал: - Ничего не вижу, мужик. Здесь очень хорошо. Чертовы тропики, просто...

Барнс посмотрел в его сторону, а МакКерр ходил взад-вперед.

Он даже не говорил.

"...мне это нравится. Да, сэр".

"С кем, блять, он разговаривал?"

Барнс почувствовал укол боли в голове.

А потом что-то похуже, ползучее чувство, будто черви извивались в его мозгу. Он мог их чувствовать. Тысячи толстых, извивающихся червей скользили и ползали, а теперь... теперь рыли. Да, вгрызались в мясо серого вещества, пробирались глубоко в его разум горячим, инвазивным движением, заражая.

"Ты представляешь себе это дерьмо! Этого не происходит!"

Но боль была сильной, нарастающей до какого-то пронзительного крещендо раскаленной добела агонии. Черви жрали его мозг, высасывали извилины и складки серого вещества, осушали его, наполняясь кровавыми комками нервной ткани. И по мере того, как они это делали, они делились на большее количество червей, а затем снова делились, каждый из которых жирел и толстел, раздуваясь в огромную слизнеподобную форму, которая продолжала есть и есть...