Чтение онлайн

– Но вы действительно ведете себя неразумно, Нина, – ответил бизнесмен. В его голосе звучало не раздражение, а какая-то бесконечная усталость. – И Виктор, и следователь уже неоднократно сообщили вам, что вы в качестве наследницы своего мужа и единственного представителя вашего несовершеннолетнего ребенка можете заинтересовать преступника. Вы должны быть аккуратнее, а вы направо и налево рассказываете чудесную историю приобретения вами портрета Петра Токменева, являющегося точной копией вашего сына. Зачем вы рассказали об этом Кисловским? С чего вы взяли, что им нужно это знать? Нина, это так глупо, что просто в голове не умещается.

– Значит, я глупая. – В голосе Невской слышался явный вызов. – Но вам-то что до этого? Какое это к вам имеет отношение?

– А вот какое.

На глазах у изумленного Дорошина Горелов сделал шаг к качелям, нагнулся и поцеловал Нину в губы. Она, видимо, изумилась не меньше, задергала ногами, пытаясь освободиться из его рук, вывернулась, вскочила с качелей и отбежала в сторону.

– Вы с ума сошли, что ли?

– Может, и сошел, – буркнул Горелов. – Нина, ну мы же с вами не дети. Может быть, пора перестать носить траур по умершему мужу? Почти четыре года прошло. Или я настолько вам противен?

– Дело не в этом! – воскликнула Невская. В голосе у нее звучали слезы. – Дело в том, что я не могу вам доверять. Вадим, вы обманули меня, нас с картиной. Вы соврали, что не разбираетесь в искусстве. Вы были здесь, когда Дорошины принесли в дом второй портрет кисти Никанорова. И после этого убили Эдика. Никто, кроме вас, не имеет отношения к этим двум портретам одновременно. И к Рыбинску тоже. Как я могу вас целовать? Что со мной потом будет, если выяснится, что вы имеете отношение к убийствам Эдика и моего мужа?

– Но я не имею к ним отношения!

– Вы так говорите. Но я не могу быть в этом уверена.

– Какие страсти, – фыркнула Елена. – Муж, а тебе не говорили, что подслушивать нехорошо?

– Нехорошо, – согласился Дорошин и закрыл окно, – но иногда полезно. А девочка-то права. Мы действительно слишком мало знаем об этом бизнесмене, да и то с его слов. К сожалению, выяснить его подноготную у Эдика уже не получится. Одно можно утверждать твердо. Горелова не было изначально в числе приглашенных. Он свалился Эдику на голову в день торжества по довольно надуманной причине, остался на вечер, а потом и на ночь. И про рыбинское прошлое Никанорова и его жены мы знаем только со слов Горелова, как и историю портрета Петра Токменева и его семьи. Другими словами, мы знаем то, что Вадим Горелов счел необходимым нам изложить.

– Будешь копать в этом направлении? – спросила Лена.

Своего мужа она знала очень хорошо.

– Покопаю, – кивнул Дорошин. – Лишним в любом случае не будет.

Он задернул тюль и отошел от окна.

– Попрошу у Татьяны разрешения поработать за компьютером Эда в его кабинете.

– А я предложу свою помощь в приготовлении обеда, – согласилась Лена.

Они спустились вниз. Дорошин, получив полный карт-бланш, скрылся в кабинете, Лена присоединилась к Татьяне, колдующей у плиты.

– А где все? – спросила она. – Как-то это неправильно, что мы свалили на тебя все домашние хлопоты. Тебе и так тяжело.

– Ты знаешь, мне так легче, – покачала головой Татьяна. – Невозможно же целый день лежать и гонять в голове тяжелые мысли. Я так вам благодарна, что вы остались и я не одна.

– Но давай я тебе хотя бы помогу.

– Давай, – согласилась Татьяна. Голос у нее был сухой, безжизненный, надтреснутый. – А то одна я долго провожусь. Павла уехала детей проведать, Гришка на работе, у Нади сегодня выходной. Я ее отпустила, потому что у нее мама болеет. Вадик в галерею пошел. Злющий как черт. Не знаешь почему?

– Знаю, с Ниной поссорился, – улыбнулась Лена.

– Помирятся. Ты знаешь, на мой взгляд, они очень подходят друг другу. Ниночка совсем зачахла после смерти мужа, а она же еще молодая, девочка совсем. Что такое тридцать четыре года? Ей давно пора уже оживать. А что касается Вадика… Он, конечно, человек непростой. Все люди, добившиеся чего-то в жизни самостоятельно, обладают непростым характером. Но настоящий.

– Любитель замужних женщин, – покачала головой Лена.

Ханжой она не была, но распущенности в людях не любила.

– Ты про Гелену? – понимающе уточнила Татьяна. – Леночка, тебе не понять, но Петина жена принадлежит к тому типу женщин, которые сами предлагают себя любому потенциально выгодному мужчине. Она увела Петю из крепкой семьи, потому что позарилась на его деньги и положение в обществе. Однако, как и любой другой женщине, ей хочется любви, страсти, понимаешь? А с деньгами и с положением в обществе они, как правило, мало совместимы. Петя не молод, тучен, далеко не красавец и вообще похож на одышливого мопса. А Вадик при своих капиталах еще и молод, красив, остроумен и невероятно харизматичен. Достаточный перечень качеств, чтобы вскружить Гелене голову.

– Если бы у них сложилось, Петр мог бы вернуться к этой Ирине, своей первой жене. Тебя бы, наверное, такой расклад устроил.

– Я бы предпочла, чтобы у Вадика срослось с Ниночкой. – Татьяна пусть и невесело, но все-таки рассмеялась. Их разговор отвлек ее от постоянных мыслей о непереносимом горе. – Петя пусть несет свой крест. Это его расплата за предательство. И Ирке он давно уже не нужен. Она прекрасно живет и без него. Защитила докторскую, преподает, ходит на концерты и ездит в путешествия. К тому же и не могло бы у Вадика с Геленой сложиться. Вадик не такой дурак, как Петя, на дешевые понты из балетной жизни не клюнет. Попользоваться тем, что само плывет в руки, – это по-мужски. Да и то, как видишь, недолго. А строить серьезные отношения – нет. И не просите.

Как бы цинично это ни звучало, но Лена понимала, что Татьяна права. Закончив этот разговор и перейдя к другим, ничего не значащим темам, они в четыре руки приготовили обед и начали накрывать на стол. Татьяна сказала, что вот-вот вернутся Гриша и Павла и можно будет садиться обедать. Часы показывали без десяти четыре, и Лена чувствовала, что проголодалась. Припозднились они сегодня с обедом.

Дорошин все еще работал в кабинете, Горелов не возвращался из галереи, а Нина из сада. Кажется, стукнула калитка. Или показалось? В доме работал кондиционер, поэтому из-за закрытых окон звуки доносились смазанно, как через вату. Окна в этом доме были сделаны качественно, на совесть.

– Ма-а-а-ам, это мы!!! – Гриша Киреев был голосистым парнем, поэтому его оповещение о том, что они с женой вернулись, прорывалось даже через плотно закрытые окна.

Через мгновение тройные стеклопакеты не удержали и еще один звук. Громкий надсадный вопль ужаса. Кричала Павла. Лена и Татьяна, не сговариваясь, бросились к окну. Во дворе возле качелей лежала Нина Невская. Вокруг ее головы расплывалась большая лужа крови.