Чтение онлайн

Мне приходится собрать всю свою волю, чтобы не вздрогнуть от этого прикосновения. Его пальцы касаются основания моего колена, его тёплая ладонь касается моей кожи, и я чувствую, как по мне словно пробегает электрический разряд. Мои мышцы напрягаются от горячего желания, и это ощущение разливается по всему моему телу.

Я прикусываю губу и отворачиваюсь от него, чувствуя, как мои щёки краснеют. Мне почти неловко из-за своей реакции на его прикосновение. Я не подросток и не краснеющая девственница. Я не должна так волноваться и возбуждаться, когда мужчина касается моего колена. Но прикосновение Роуэна к моей коже ощущается как клеймо, словно я ещё долго буду чувствовать его пальцы после того, как он уберёт свою руку.

Если это простое прикосновение кажется таким...

Я сильнее прикусываю губу, отгоняя эту мысль. Я разберусь с этим, когда придёт время. Нет смысла думать об этом прямо сейчас.

Несмотря на все подшучивания Роуэна, его манера вождения не вызывает у меня страха. Он делает несколько быстрых поворотов в потоке машин, из-за которых я напрягаюсь и хватаюсь за край сиденья, а он смеётся над моей реакцией. Но в целом мы добираемся до ресторана без особого волнения, и мой пульс остаётся в норме.

Или, по крайней мере, не от его вождения. Каждый раз, когда его пальцы касаются моего колена, слегка забираясь под край юбки, словно дразня меня обещанием ночи, когда его руки скользнут ещё выше, я чувствую, как моё сердцебиение отдаётся в горле, где-то в ложбинке между ними. Я ощущаю, как у меня перехватывает дыхание, кожа горит, как будто я уже в постели с Роуэном, а не просто сижу рядом с ним в его машине.

Прошло много времени с тех пор, как я испытывала что-то подобное. Я даже не могу вспомнить, когда чувствовала это в последний раз. Я пытаюсь вспомнить, заставлял ли Крис когда-нибудь мой пульс биться быстрее, чем сейчас, ощущала ли моя кожа жар и покалывание от его малейшего прикосновения, но, если он когда-либо и заставлял, сейчас я этого не помню.

Роуэн паркуется у служебного входа в бистро и, обойдя машину, открывает мне дверцу. Он помогает мне выйти и подаёт костыли.

— Надеюсь, тебе не придётся пользоваться ими слишком долго, — бормочет он, кладя руку мне на поясницу, пока я ковыляю рядом с ним. Я снова чувствую этот жар, его прикосновения обжигают даже сквозь тонкий шёлк. — Я знаю, как ты их ненавидишь.

— Откуда ты это знаешь? — С сарказмом спрашиваю я, когда мы подходим к стойке официантки. Однако Роуэн не поддаётся на мою провокацию. Он просто смотрит на меня с невозмутимым выражением лица.

— Я внимательно слушаю, — это всё, что он говорит, прежде чем назвать своё имя хозяйке заведения.

Нас проводят в зону отдыха на открытом воздухе, которая всегда выглядит невероятно очаровательно. Столики расставлены по всему саду, украшенному гирляндами и благоухающему летними цветами. В центре расположен небольшой журчащий фонтан. Роуэн заказывает для нас бутылку белого вина, когда официант подходит с напитками, а затем бросает на меня взгляд.

— Я подумал, что нам было бы полезно лучше узнать друг друга, — просто говорит он. — Временное это или нет, но мы собираемся пожениться очень скоро. Мы будем жить вместе и проводить время вместе. — Его челюсть сжимается, и я замечаю, как на ней слегка подрагивают мышцы. — Мы вместе родим ребёнка.

Что-то переворачивается у меня в животе от того, как он это произносит. Кажется, он не может скрыть своего предвкушения, хотя и пытается казаться прагматичным и джентльменом.

— Мы могли бы получше узнать друг друга после свадьбы, — бормочу я, но на самом деле сейчас у меня нет желания с этим бороться. На самом деле, я начинаю с нетерпением ждать этого вечера. Компания Роуэна приятна, ночь прекрасна, и мы находимся в одном из моих любимых мест в городе. Сейчас мне трудно на что-либо жаловаться.

— Я хочу узнать тебя поближе. И чтобы ты узнала меня... если хочешь. — Роуэн берет у официанта бокал вина и наливает его. — Могу я спросить о балете? Или сейчас это слишком болезненная тема?

Я прикусываю губу, делая паузу, пока мы заказываем французский луковый суп на закуску и сырную тарелку.

— Все в порядке, — говорю я, когда официант уходит. — Когда-нибудь мне придётся поговорить об этом, верно? С таким же успехом это могло бы произойти сейчас.

— Я не хочу, чтобы тебе было неудобно, — говорит Роуэн, делая паузу и отпивая глоток вина. — Ты всегда мечтала стать балериной?

Я киваю. Мне легко ответить на этот вопрос, хотя он вызывает у меня острую боль в груди.

— С тех пор, как я была маленькой, — говорю я, — я попросила у мамы пару балеток, как только научилась говорить. Я умоляла её отвести меня на уроки, как только стала достаточно взрослой. Балет был моим миром, моей жизнью, моей мечтой.

Я чувствую, как перехватывает горло.

— В начальной и старшей школе уроки были центром моего мира. У меня были друзья, но я ни с кем не встречалась. В то время как все остальные подростки тайком уходили, чтобы выпить, заняться сексом и потерять девственность, я тренировалась каждый день по несколько часов после школы. Это было всё, что меня волновало.

Роуэн поджимает губы.

— Может быть, я и не очень хорошо разбираюсь в этом, но, когда я увидел, как ты танцуешь, мне стало ясно, что это нечто особенное. — Он медленно выдыхает. — Я сожалею о том, что случилось с тобой, девочка. И если я сыграл в этом какую-то роль...

Я с трудом сглатываю, не в силах ответить. Часть меня все ещё чувствует, что на нём лежит какая-то ответственность, и эта часть меня злится на него за это.

— Тебе следовало оставить меня в покое, — тихо говорю я. — Если бы ты это сделал, возможно, я бы не упала.

Выражение лица Роуэна становится более мрачным. Думаю, в глубине души он надеялся, что я сниму с него все обвинения.

— Но, — продолжаю я мгновение спустя, — я не знаю. Честно говоря, я не могу сказать. Мы с Крисом ссорились ещё до того, как встретились с тобой. Может быть, мы бы до сих пор спорили. Может быть, всё закончилось бы по-прежнему. Я действительно не знаю.

— Мне очень жаль, — тихо говорит Роуэн. — Я бы хотел сказать, что надеюсь искупить свою вину перед тобой, но не думаю, что это возможно.

Я качаю головой, когда официант возвращается с нашими закусками.

— Ничто не может сделать это лучше.

Наступает долгая пауза, пока мы изучаем меню, а затем отдаём официанту заказы на первые блюда. Не имея причин отказываться, я выбираю утиную грудку с черничным соусом, которую хотела в прошлый раз, когда была здесь, с чесночным пюре и запечённой морковью в меду. Роуэн заказывает острые мидии с картошкой фри, и я оглядываюсь на него, когда официант уходит.

— А как насчёт тебя? — Спрашиваю я, делая глоток вина и наслаждаясь ярким цитрусовым вкусом на языке. Я не собираюсь отказываться от него в ближайшее время, поскольку, возможно, забеременею. — Чем ты хотел заниматься всю свою жизнь?