Чтение онлайн

– Я настолько прозрачен?

– Да, но всё хорошо. Нам всем нужно научиться доверять друг другу, а на это нужно время. Меня сюда не агентство отправило, у меня нет рекомендаций или чего-то подобного. И теперь я, наверное, отговариваю тебя от того, чтобы нанять меня. Молодец, Лирик.

Райдер смеётся.

– Нет, я остаюсь при своём решении. Не могу объяснить, почему интуиция подсказывает мне, что это правильный шаг. Наверное, я падок на парней, что меня оскорбляют.

Клянусь, я слышу в его голосе флирт, но потом напоминаю себе, что это, скорее всего, слышит мой член, а не уши.

Я останавливаюсь у двери.

– Все будет хорошо. Войти в ритм не займет много времени. Обещаю.

Глава 5. Райдер

Если уж огромный бардак, который устроила Кейли, пока мы обсуждали контракт, не отпугнул Лирика, я был уверен, что мои невольные намеки и комплименты могут это сделать.

Как будто для тебя невозможно найти себе пару.

Мне становится неловко, когда об этом думаю, и я постоянно пытаюсь выбросить из головы, но это прокручивается снова и снова.

Весь день, пока я вяло работаю над новым синглом Кэша, прислушиваюсь к ним. У меня надеты наушники, одно ухо всё ещё открыто, чтобы я мог слышать.

Каждый раз, когда из коридора доносится тихий смех Кейли, мне хочется побежать туда и посмотреть, что ей показалось смешным, но я этого не делаю. Не хочу быть тем властным отцом, который использует любой предлог, чтобы проверить, как они. Это правда, что говорят о родительском инстинкте. Я всё время волнуюсь, и это изматывает.

Я должен сосредоточится на сексуальном хриплом голосе Кэша, но вместо этого мне хочется пойти в коридор и посмотреть, что они делают.

Когда я, наконец, сдаюсь и делаю перерыв на обед, то нахожу Кейли, которая сидит и терпеливо ждет за маленьким столиком рядом с кухней, пока Лирик готовит ей сэндвич.

Эта картина ужасна по многим причинам. Во-первых, моя дочь тихая, во-вторых, того места, где сегодня утром взорвалась бомба, больше нет, и здесь теперь чисто и аккуратно, все игрушки на своих местах. Но самое главное - это улыбка Лирика, пока он готовит моей дочери еду.

Меня никогда не привлекали другие няни Кейли. Они были симпатичными женщинами и флиртовали со мной, что скорее раздражало, чем очаровывало, но хотя я отношусь к более гомосексуальной части шкалы Кинси[1], не думаю, что именно поэтому с Лириком все иначе.

Начинаю жалеть, что использовал его номер, чтобы нанять его, вместо того, чтобы пригласить на свидание. Хотя я бы всё равно с ним не пошел.

Это была ошибка.

Взгляд Лирика встречается с моим.

– Я спросил, есть ли у неё аллергия, и она сказала, что нет. Я решил, что наполовину пустая банка арахисового масла означает, что она права.

– Да, никакой аллергии. Вообще.

– Рад слышать. Попасть в больницу в первый же день не входило в мои планы.

– Хорошая цель для достижения. Если сможешь её придерживаться, буду благодарен.

Губы Лирика изогнулись в улыбке.

– Могу я приготовить что-нибудь тебе на обед? У меня потрясающие навыки приготовления сэндвичей.

– Обычно на обед я ем замороженные блюда, а на ужин что-нибудь готовлю.
– Я иду к морозилке.
– Здесь полно всего, если тебе нужно что-то, кроме арахисового масла.

– Ты придерживаешься постной кухни?

– Это просто, полезно и вкусно.

– Если тебе нравится вкус картона, - бормочет он, - то меня вполне устраивает сэндвич с арахисовым маслом и джемом. Говорил же, что я, по сути, как ребенок. Мои пищевые привычки тоже это отражают.

– Почему я не удивлен?
– Я ставлю еду в микроволновку и прислоняюсь к столу, наблюдая, как он доедает сэндвичи.

Черт возьми, почему прогулять работу, чтобы провести полдня здесь, с ними, кажется мне привлекательнее, чем делать то, о чем я умолял лейбл мне разрешить.

Я хотел вернуться к работе, потому что после двух лет не только хотел отдохнуть от родительских обязанностей, но и скучал по музыке. Я скучал по работе в студии и сотворению искусства. Даже если Лирик считает, что то, что я делаю, не считается искусством.

Музыка - это разрядка, полезная для души, и она должна быть связана с эмоциями, и хотя в «Одиннадцать» этого было немного, это не значит, что у меня нет блокнотов, полных «настоящей» музыки, которую я хочу когда-нибудь записать или спродюсировать.

Однажды, когда Кейли повзрослеет и выйдет замуж.

Когда микроволновка пищит, я подхожу к ним и сажусь за стол. Лирик запихивает хлеб в рот.

– Наслаждайся своим картоном.

Кейли выглядит растерянной.

– Папочка не ест картон.

– Ммм, овощи, - говорю я и откусываю кусочек.

– Фу, гадость, - говорит Кейли.

– Дай пять!
– Лирик поднимает руку, и Кейли не колеблется.

– Часть твоей работы - заставить её есть овощи, понимаешь?
– говорю я ему.

– Ничего страшного. У меня есть один секрет.

– Какой секрет?
– спрашиваю я.

– Я не могу раскрыть все свои секреты.

– Арахисовое масло и джем!
– кричит Кейли.
– Никаких овощей.

– Не волнуйся. Я не буду мучить тебя овощами, - обещает Лирик, но подмигивает мне.

Мой желудок делает сальто. От одного ебаного подмигивания.

Я определенно совершил ошибку, наняв его, но жалею ли об этом? Ни капельки.

***

Заставляю себя вернуться к работе после обеда, потому что у меня такое чувство, что Лирик думает, что я его проверяю. Что, ладно, технически так и было, но суть не в этом. Я хотел быть там не только из-за безопасности моей дочери, и это нехорошо.