Чтение онлайн

– Застелить белье слоями, - бормочет Райдер.
– Так просто и логично. Почему я об этом не подумал?

– Недостаток сна - настоящая пытка.

– Мой ребенок мучил меня больше четырех лет. Садистка.

Не могу удержаться от смеха.

Он быстро поворачивает голову, оглядывая помещение.

– Я не это имел в виду.

– Знаю.
– У меня возникает желание взять его за руку, утешая. Это безумие.

Люди так не знакомятся. В наше время так не заводят друзей. Но с Райдером все просто.

За то короткое время, что мы здесь сидим, я уже не чувствую, что разговариваю с Райдером Кеннеди из «Одиннадцать».

Я сижу с измученным родителем. Он все еще выглядит виноватым из-за того, что сказал.

– Побольше снисходительности к себе. Быть родителем тяжело. Я всего лишь дядя Чейза, и иногда мне бывает тяжело с ним.

Он смягчается.

– Ты прав.

– На будущее, я всегда прав. Значит, я получаю работу?

Райдер фыркает.

– Работы нет, но если бы была, я позвонил бы тебе первому.

– Это не очень помогает в моей нынешней ситуации.

Райдер поджимает губы и выглядит растерянным.

– Если тебе нужны связи в лейбле, просто попроси. Не нужно притворяться, что тебе интересно стать няней моего ребенка.

Ух ты. Ладно. Похоже, все идет не так, как я думал.

– Думаешь, это уловка, чтобы обзавестись связями в индустрии?
– Не могу сказать, что виню его, но это немного ранит. Не то, чтобы он знал меня. Определенно.

– Это не первый случай, когда кто-то пытается завязать разговор только для того, чтобы показать свое истинное лицо.
– Райдер пожимает плечами.
– Я пытаюсь перейти сразу к сути.

Я еще не познал славы. Даже близко никогда не был к ней. Но уныние в глазах Райдера просто душераздирающее.

Каково это - жить так? Не зная, кто в твоей жизни ради тебя, а кто просто чего-то хочет.

– Можешь оставить свои связи себе. Я хочу добиться успеха в этом бизнесе самостоятельно. Хочу, чтобы моя музыкальная карьера была построена на заслугах, а не на знакомствах.

– Это достойно восхищения - правда, достойно – но, в то же время, немного наивно. Индустрия работает так не.

– Если буду и дальше двигаться вперед, отрабатывать свое, однажды я добьюсь успеха.
– Вижу, что Райдер хочет сказать больше, но молчит.

Вместо этого он бросает взгляд на лабиринт туннелей и горок.

– Как думаешь, с ними там все в порядке?

Он говорит, что дочь сводит его с ума, но отцовским инстинктам не требуется много времени, чтобы пробудиться.

– Чейз - хороший мальчик. Он присмотрит за ней. Кроме того, думаю, Кейли доказала, что закричит, если что-то не так.

Райдер гордо улыбается.

– Да, закричит.

Мое внимание привлекает движение на улице, и, блядь…

– Это не я. Я все это время был с тобой, и прикасался к телефону только для того, чтобы написать тебе письмо.

Бедняга думает, что я использую его как контакт для лейбла, и теперь папарацци ждут его снаружи.

Райдер выглядит растерянным, пока не оборачивается. Он бледнеет, когда видит камеры и двух любопытных папарацци, пытающихся заглянуть внутрь.

– Наверное, кто-то из персонала или посетитель, узнал тебя и написал об этом в Твиттере или где-нибудь еще.

Я чувствую себя виноватым, хотя ничего такого не сделал. Я же обещал ему, что никто здесь его не узнает. Не то чтобы я мог контролировать других людей.

Он тут же вскакивает со своего места.

– Где Кейли?

– Идём, найдём ее.

Мы оба бросаемся к ступенькам, чтобы вернуться в туннели, когда из горок раздаётся громкий смех, принадлежащий Чейзу. Он спрыгивает вниз, приземляясь в огромный бассейн с шариками, а через несколько секунд Кейли вылетает из нижней части второй горки.

– Сюда, - говорю я Райдеру.

– Кейли, милая, нам пора.
– Райдер пытается скрыть панический тон, но у него не совсем получается.

Я жаждал славы с тех пор, как научился петь. Я бы убил за то, чтобы эти камеры следили за мной. Возможно, из-за того, что не планировал заводить собственных детей, я никогда не думал, что придется иметь дело с папарацци, пытаясь защитить ребенка.

– Мне весело!
– кричит она.

– Знаю, дружок, но здесь уже камеры.

Она фыркает.

– Опять?
– Ее голос звучит не по возрасту раздраженно.
– Скажи им, чтобы они ушли.

– Ты же знаешь, это так не работает.

Ой-ёй. Я знаю это выражение лица. Её нижняя губка отвисает, а глаза наполняются слезами. Не знаю, из тех ли Кейли детей, что закатывают истерики, или она просто тихонько поплачет, но если папарацци снимут это на камеру, уже через час TMZ[1] будет обсуждать родительские навыки Райдера.

Она всё ещё сидит в сухом бассейне, поэтому я подхожу к краю и опускаюсь на колени, оказываясь с ней на одном уровне.

– Кейли, вам с папой пора уходить, но я дал ему свой номер телефона; так что, если ты когда-нибудь снова захочешь поиграть с Чейзом, попроси папу позвонить мне, ладно?

– Можно мне поиграть с Чейзом?
– спрашивает она Райдера.

Райдер смотрит на меня сверху вниз; хмурая гримаса искажает его потрясающе красивое лицо. Его губы выглядят так, словно он сделал инъекции филлеров, а линия челюсти - просто произведение искусства. Все парни из «Одиннадцать» очень горячие, в этом нет никаких сомнений, но в Райдере есть нечто, особенно притягательное.