Чтение онлайн

Я не преминула добавить ложку дёгтя и едко заметила, что ее приборы дают дуба после первого же применения.

Тогда Каролина на повышенных тонах сообщила, что исправила прошлые недочеты и уж на сей раз приборы не подведут.

Предвидя накал страстей, Фараон вклинился с предложением привлечь к охоте на "зомби" студентов академии. Предложение, конечно же, отвергли. Еще чего не хватало!

О том, чтобы привлечь жандармерию, никто даже не заикнулся. Всем было понятно: перед потусторонними силами зла жандармы — как дети: слишком слабы и беззащитны.

А потом вошел Тай Фун. Хотя вру. Не вошёл — влетел. И началась комедия с уклоном в сверхъестественное. Акт первый.

Наш профессор распахнул дверь в комнату отдыха и в черной струящейся мантии, как призрак, проплыл над паркетом, чем поверг всех в ужас.

Ну ладно, не всех. Мы с Мирой разве что глаза выпучили, а так, в общем и целом, самообладание осталось при нас. Фараон и Каролина отреагировали несколько более эмоционально.

Каролина ненадолго переквалифицировалась в катапульту и метнула в Тай Фуна пару зеленых апельсинов. А у Фараона случился припадок. Он залез под стол и расхохотался там, как гиена-истеричка.

В ответ на бурную реакцию Тай Фун грозно свел брови.

— Так вот, кто здесь прохлаждается! А я-то думаю, что за бездельники мне лекцию сорвать пытались. Да вы вообще в курсе, что мне пришлось в срочном порядке освоить левитацию, чтобы вас утихомирить? Студенты были в восторге. Теперь я местная знаменитость.

Так-так. То есть по потолку он стучал, воспарив над кафедрой. Оригинально, нечего сказать!

— Левитация? — подал голос Фараон и высунулся из-под стола. — Ой, хи-хи-хи! Значит, вот, какой номер ты отколола со мной в подземелье, крошка! Но как вы заполучили столь редкую способность? Признавайтесь, ребята. Вы что, провели запрещенный ритуал?

— Запрещенный? — ахнула я.

Тай Фун повернулся ко мне, и его взгляд полыхнул, как спирт при контакте с искрой.

"Что сделано, того не воротишь, — читалось в этом взгляде. — Даже не думай предъявлять мне претензии!"

Когда мы наконец перестали свирепо друг друга гипнотизировать и вернулись в реальность, обнаружилось, что на нас смотрят с примесью уважения и благоговейного трепета. Нарушители, чьи имена войдут в историю. Преступники, с которых не зазорно брать пример.

— Только никому не рассказывайте! — взмолилась я. — Это секрет.

— Да уж не расскажем! — хохотнула Каролина.

— Так, прогульщики, а сейчас марш на пару! — велел мистер Полтергейст и плавно опустился на пол. Мы с Мирой быстренько ретировались. Фараон уковылял за нами, держась за живот и продолжая безудержно хихикать.

Каролина развела руками. Мол, какие пары? Ты о чем, приятель? У меня форточка.

Как я поняла, договорились выдвигаться ночью. Всё-таки ночью. До чего же неразумно! Но делать было нечего. Перевес оказался на стороне большинства: четверо против одного. Тай Фун, предатель, примкнул к лагерю глупцов.

Пара, на которую он нас отправил, оказалась сущей каторгой. Практика с трехэтажными формулами, зубодробительными теоремами и паническим скручиванием внутренностей, когда профессор водит по журналу, чтобы выбрать из списка именно твоё имя и вынести приговор:

— Мелинда Крокс, к доске!

Ох, пронесло. Какое облегчение!

Я сидела, подперев щёку ладонью и уставившись в учебник. Но мысли мои витали далеко. Даже если Фараон и Каролина никому не скажут, думала я, даже если будут молчать в тряпочку, правда всё равно всплывёт. Потому что Тай Фун себя раскрыл. Мистер Совершенство допустил промах. А может… Может, он нарочно порисоваться решил?

Я дошла до этой светлой догадки и злобно зыркнула в его сторону. Но наткнулась на затылок. Профессор Душегуб изощренно пытал у доски Мелинду Крокс.

Что делать-то? Ох, что делать? Студенты запросто докопаются до истины. Даже ежу понятно: в ритуале участвуют двое. А кто второй? Правильно, кто-то из академии. Что называется, ищите женщину.

Возможно, подозрение падёт на Каролину. Но что ей насмешки и колкости от "мелюзги"? Передернет плечами, тряхнет копной волос — и отрясёт нелепые домыслы, как дорожную пыль с сандалий.

Но что если заподозрят меня? Мы с Тай Фуном в одном замке живём. Пара дней слежки — и все детали головоломки встанут на свои места.

А уж если догадается Иридиус Младший, тут и вовсе дело дрянь. Отчислит ведь. Точно отчислит.

Милостивые каракатицы, запрещенный ритуал! Ну как же так?!

Судя по всему, Тай Фун отлично расслышал вопли моего помутненного сознания. Он отпустил Мелинду с миром и перевел фокус внимания на меня. Его взгляд, как озеро в мороз, крепко сковало льдом.

— Сафро Шэридон, к доске!

Прозвучало это так, словно меня не к доске, а на расстрел вызвали. На моих щеках, кажется, проступили пунцовые пятна. По сердцу растёкся странный холод. Даже кончики пальцев онемели.

Я встала из-за парты, клацая зубами и одновременно пытаясь вести с Тай Фуном переговоры на ментальном уровне: "Мистер Палач, может, в другой раз, а? Ну пожалейте вы несчастную! Почему я-то?"

"Ничего не знаю, — мысленно отозвался тот. — Получи разминку для мозгов. А не справишься — пеняй на себя".

Он заложил руки за спину и, надувшись от гордости, стал расхаживать по кабинету взад-вперед, словно бы раздумывая, как лучше съесть меня на обед: в сыром виде или в вареном?

Его перемещения еще больше приводили меня в смятение и уж никоим образом не стимулировали умственную деятельность. Мысли скакали, как чокнутые кузнечики. Я добросовестно пыталась расшифровать входящие данные и хоть сколько-нибудь продвинуться в решении заковыристого уравнения. Но мозг показал мне неприличный жест и притворился, что его не существует.

Ошибка. Снова ошибка. Просчёт, неверно, подумай еще. Где твоя логика, Сафро? Ну же, включай извилины!

Меня муштровали, как солдата перед боем — никаких поблажек. Мне делали нелестные замечания и тонко намекали на то, чего я на самом деле заслуживаю. Я была унижена и раздавлена. Я ощутила себя полнейшим ничтожеством. И вернулась за парту, мечтая лишь об одном: дайте мне спокойно умереть!

Интересно, почему Тай Фун решил надо мной поиздеваться? Если для того, чтобы отвести подозрения и исключить из списков кандидаток на вылет из академии, то я, так и быть, прощу.