Чтение онлайн

Внутри так же аскетично. Деревянные столы, скатерти в клетку, стулья «поел – и уходи». Похоже, интерьер сохранился таким, каким был двести лет назад. Кафане этой действительно столько.

Кстати, кафана – это не кафе, не кофейня, не ресторан. Это… кафана. Изначально – такое специфическое мужское место. Своего рода клуб с кофе, кальяном и бухлом. Мужья убегали туда отдохнуть от занудных жен, деловые люди делали дела, игроки просаживали состояния. Позднее там появилась музыка, еда и проститутки.

Находим место в зале, где круглые столы без скатертей, а вместо стульев табуреты. Тут точно не до вдумчивого гурманства. Оценил атмосферу, забросил что-то в желудок – уступи место следующим.

Меню на сербском, английском и русском. По нынешним временам мало где встретишь, во всяком случае, в Европе. Заказываем кофе и вишневый пирог.

Данька берет из вазочки бумажную салфетку с вопросительным знаком, обводит его пальцем, смотрит на меня – вопросительно.

Да – или нет?

Я знаю, о чем он спрашивает. И слов никаких не надо. Все и так понятно.

И все-таки страшно. А вдруг мне это только кажется? Вдруг я все выдумала?

Нет. Не выдумала. Тогда мы просто не пришли бы сюда.

Знак вопроса…

Отпиваю большой глоток кофе – и киваю, зажмурившись.

Да. Я хочу быть твоей женой. Как только разведусь с бывшим мужем. А если я все-таки поняла тебя неправильно… Ну не знаю, придумай тогда сам, с чем я согласилась и на что подписалась.

Он берет мою руку, целует и надевает что-то на палец. Разумеется, я тут же открываю глаза – ну надо же посмотреть, что там.

Ого! В ювелирке я абсолютно не разбираюсь, но, кажется, фраза Илоны о том, что такие ручки требуют украшений, попала в цель. Это очень красиво и на вид здорово дорого. Цветок из синего камня и россыпи мелких прозрачных. Сапфир и бриллиантики? Да хоть бы и стекляшки – все равно.

Наверно, у меня очень глупый вид, потому что Данька поясняет:

– В Подгорице купил, пока ты по магазинам шастала.

– А как в самолет протащил? Его же декларировать надо?

– Да прям! Надел перед контролем на палец камнем в ладонь и прошел, а потом сразу снял, пока ты не увидела. Золото не пищит. А даже если бы и запищало – вот оно, обручальное кольцо.

– Ну ты и жук! – смеюсь я.

– Ну а ты, значит, будешь жучиха. Или жучка.

Дурацкое предложение – как и он сам. А мне нравится. Наверно, потому, что я сама такая же дурында. Или потому, что люблю его.

Нет, я что – правда выйду за него замуж?

Ну да. Я же согласилась.

А салфетку с вопросом забираю с собой. Когда-нибудь покажем детям. Или даже внукам. Если они будут. Но я надеюсь на это.

Как он сказал? Волкособы?

Господи, ну и ужас! И спасибо тебе за это!

Александра

Произошло – но явно хорошее, потому что оба светились, как лампочки.

Хм, это то, о чем я подумала?

Казалось, что я через все это уже прошла. Девочка выросла, влюбилась, вышла замуж. Не сказать чтобы была этому очень рада, но приняла ее выбор. И вот пожалуйста, попытка номер два. Правда, сейчас все как-то совсем иначе. Не только по событиям – по ощущениям. Как будто тогда – это была пробная версия, а сейчас по-настоящему. Хотя чисто по событиям тогда все было стандартно: познакомились, повстречались, поженились. А сейчас – дурдом какой-то на выезде.

И все равно ощущение, что именно сейчас правильно, а тогда – нет.

Мама тоже как-то напряглась, посмотрела на меня, снова на них.

– Будете ужинать? – спросил Зоран, когда Лика с Данилой подошли ближе. И промурчал себе под нос по-сербски: - Лепо прстенче*.

Колечко?! Лика никогда не носила колец – кроме обручального.

– Да, - ответил Данила. – Мы как раз торопились. К ужину.

А Лика опустила глаза. Прямо невинная школьница.

Колечко действительно было… милое. И – насколько я могла судить – наверняка стоило как крыло боинга.

Ну давайте уже, колитесь! Хотя и так все ясно.

Мама тоже заметила и посмотрела на меня, приподняв брови. А Лика – на Данилу. А тот брови, наоборот, сдвинул. И нос наморщил.

Театр пантомимы!

– Ну… в общем… - Он запнулся, и Лика вцепилась ему когтями в бок, стимулируя продолжение. – В общем, мы решили пожениться. Вот.

Пока мы с мамой хлопали глазами, Зоран взял все в свои руки – в самом буквальном смысле. Сгреб их обоих и гаркнул во всю мощь, спугнув ворону на крыше беседки:

– Честитам!**

Мы с мамой встрепенулись, отмерзли и тоже бросились обнимать-целовать.

– Заберешь ее в Питер? – спросила мама, когда мы наконец сели за стол..

– Ага, - вместо Данилы ответила Лика. – Только не заберет, а я сама туда поеду. Но сначала развестись надо. Мам, ты ведь с адвокатом будешь? Разводиться?

Спасибо, доченька, напомнила. От одной мысли сразу настроение… не испортилось совсем, конечно, но на пару градусов понизилось.

– Да, с адвокатом. То есть пусть адвокат этим занимается, по доверенности.

– А можно к тебе подцепиться? Чтобы и меня развел? Ой… нет, - огорчилась она. – Тебе же подольше нужно, а мне побыстрее.

– А почему нет-то? Это же не в одном флаконе. Меня долго, тебя быстро. Приедешь ведь?

– Да, на пару-тройку дней. Дела всякие, квартира, вещи. По диссеру поговорю – останусь там или переведусь.

– Ну вот. Встретишься заодно с Глебом, обсудишь, подпишешь договор.

Глебом звали мужа моей приятельницы Инны, он как раз занимался семейными делами. Я с ним по своему разводу еще не встречалась, но по вотсапу мы предварительно уже все обговорили.

Поскольку в загс заявление мы с Олегом через Госуслуги так и не подали, он наверняка пошел в суд. Может, даже уже пришла повестка. Я собиралась тянуть так долго, как только возможно. Для этого и нужен был адвокат. Ну и чтобы с Олегом не встречаться.

– Хорошо, - кивнула Лика. – Я на неделе приеду.

Данила закатил глаза, вздохнул и поволок с блюда чевапчину. Мама это заметила.

– Девочки, ну вы нашли о чем разговаривать! – покачала головой укоризненно. – Мужчины сейчас с голоду помрут. Зорь, тащи сам знаешь что. Будем праздновать.