В поисках красного дракона
Шрифт:
— Ну спасибо.
Как и в случае с дорогой с Убежища на Центра-Терру, проем в самом конце расщелины соединялся со следующим островом мостом, хотя этот мост не был даже отдаленно так же надежен, как первый. Мост был сплетен из толстых тягучих веревок, которые вполне могли быть паутиной, поскольку ноги застревали на каждом шагу. Пока друзья шли по мосту, каждый новый шаг требовал все больше и больше усилий, и все испытали облегчение, когда наконец снова ступили на твердую землю.
— Помните, это еще и остров Цирцеи, — предупредил Берт. — Он может быть опаснее всех прочих, вместе взятых.
Остров, согласно «Истории» носивший имя Ээя, на вид не отличался от любого средиземноморского острова. Оливы, низкорослый кустарник, скорпионы, нежившиеся там и сям на теплом песке.
А впереди стояло огромное зловещее здание. Крепость во всех смыслах.
Она не была нарочитой, но зубчатые стены и башни явно давали понять, что за ними кроется. Башни венчали круто изогнутые крыши, а внешнюю стену прорезали арки. В ближней к путникам стене были три огромные дубовые двери, окованные металлом, в каждой из которых имелось окошко примерно в десяти футах от земли.
— Постучимся? — спросил Чарльз. — Что на этот счет говорится в «Истории», Джон?
— Ничего, — ответил Джон. — Так что, мне кажется, вполне можем и постучаться.
— А что, если на стук выйдут новые враги? Не хотелось бы лезть в драку, если можно не лезть.
Эвин закатила глаза и громко постучала в дверь.
— Ну, будь что будет, — вздохнул Чарльз.
Ответа не последовало, и Эвин постучала снова. Наконец заслонка на оконце отодвинулась и раздался робкий голос.
— Что вам надо?
Друзья переглянулись, Эвин подтолкнула Джона локтем.
— Э-э, мы ищем нашего друга. Малыша по имени Джек.
— Хм-м-м, — протянул привратник. — Нет здесь таких. Нет, здесь только дети. Извините, ничем не могу помочь. — Заслонка задвинулась.
— Эй! — закричала Эвин, колотя в дверь. — Джек и есть ребенок. Впустите нас!
Заслонка снова отодвинулась.
— Так что же вы сразу не сказали? Думаете, я должен догадаться, что «Джек» — тоже ребенок. У меня есть обязанности, знаете ли. Не могу же я за всем уследить.
Послышался шум шагов, лязг отпираемых засовов. Дверь отворилась, и вместо почти великана, которого друзья смутно ожидали увидеть, им на глаз явился привратник четырех футов росту.
Сей необычный субъект был горбат, имел панцирь, как у жука, и шесть рук. На голове у него было два диска, которые выглядели так, словно когда-то это были рога, а потом они вросли в череп. Один его глаз слезился, вместо другого зияла пустая глазница. Привратник был угрюм.
— Где Джек? — спросил Джон. — Можете нас к нему проводить?
— Извините, — печально ответил шестирукий. — Надо заполнить бумаги. Я не могу никого отпустить, пока вы не заполните документы.
Чарльз шагнул вперед и поднял палец.
— Я могу этим заняться, — вызвался он. — Я редактор. Канцелярская работа мне не в диковинку.
Странное маленькое создание повело их по коридорам, не умолкая всю дорогу. Очевидно, гости в этом месте были редкостью, так что он вовсю пользовался представившейся возможностью завязать знакомство.
— Меня зовут Астерий [64] , и, уверяю вас, все, что вы слышали обо мне, вранье, — не глядя назад, говорил горбун.
— А что мы о вас слышали? — удивился Берт.
— Поймите, я могу уйти отсюда в любой момент, просто сам не хочу, — ответил Астерий. — Также я благородных кровей, вы знали? Заметно? Да, — сам же ответил он на свой вопрос. — Да, благородных кровей. Это же очевидно.
Чарльз поглядел на Джона и покрутил пальцем у виска. Джон ухмыльнулся и кивнул.
64
Астерий — судя по всему, Минотавр. По греческому преданию, чудовище с телом человека и головой быка, происшедшее от неестественной любви Пасифаи, жены царя Миноса, к посланному Посейдоном (в некоторых источниках Зевсом) быку. По преданию она прельщала быка, ложась в деревянную корову, сделанную для неё Дедалом. Т.е. наш затейник Дедал подрабатывал изготовлением секс-игрушек.
Минос скрывал его в построенном Дедалом Кносском лабиринте, куда ему бросались на пожирание преступники, а также присылаемые из Афин каждые девять лет (то есть раз в восемь лет) 7 девушек и 7 юношей (либо каждый год 7 детей). Тесей был (по Диодору) из второй группы (по Плутарху, из третьей). По некоторым источникам, пленникам выкалывали глаза. По истолкованию, пленники умирали сами, блуждая и не находя выхода.
Тесей, явившись на Крит в числе 14 жертв, убил Минотавра ударами кулака и при помощи Ариадны (единоутробной сестры Минотавра — дочери Миноса и Пасифаи), давшей ему клубок ниток, вышел из лабиринта.
На троне в Амиклах Тесей изображен ведущим Минотавра связанным и живым.
В своей хронике Евсевий со ссылкой на Филохора излагает другую версию про Минотавра. Минотавр был учителем критского царя Миноса по имени Тавр и жестоким человеком. Минос учредил состязание, предлагая афинских мальчиков в качестве приза. В состязании Тавр побеждал всех соперников, пока не был побежден в борьбе десятым царем Афин Тесеем, на основании чего афинян освободили от уплаты дани мальчиками, как говорили сами жители Кносса. Евсевий отнёс победу Тесея на 1230-е гг. до н. э.
Согласно историку Демону, полководец Тавр завязал в гавани бой с Тесеем и был убит. Плутарх приводит сведения от разных историков, из которых можно почерпнуть, что у царя Миноса был такой военачальник Тавр, погибший в войне с афинянами, а все остальные подробности, видимо продукт мифотворчества, как считали ученые поздней античности.
По Павсанию, его настоящее имя было Астерий («звёздный») — сын Миноса, побежденный Тесеем.
На вазах его тело усеяно звездами, либо испещрено глазами, на монете из Кносса изображался в маске быка.
— Я обычно не общаюсь с кем попало, у меня и времени на это нет, — продолжал Астерий. — Здесь всегда полно работы.
— Где именно «здесь»? — уточнил Джон.
— У меня дома, — удивленно ответил горбун. — А вы разве не знали? Вы же пришли меня навестить.
— Ну, вообще-то мы пришли за Джеком, — мягко напомнил Чарльз.
— А, да, верно, — слегка поник Астерий. — Ну, вернемся к документам.
— У вас очень большой дом, — заметил Берт.
— Разумеется. Большой, как само Сущее.
— Такой большой? — удивился Чарльз.
— О, да. Может, и больше.
— У вас бывает много гостей? — спросил Берт.
— Нет, — ответил Астерий. — Немного. О, каждые девять лет приходят тут всякие, кому охота подраться, а так почти никого.
Коридор уперся в просторную комнату, полную книжных полок, старых костей и свитков папируса. Карлик уселся на высокий стул и принялся рыться в пачке документов.
— Да, — чуть не плакал он, — как только этот мальчишка Тесей лишил меня глаза, я застрял здесь, как... как... канцелярская крыса. А должен бы разгуливать повсюду, сеять страх и ужас... — Астерий вздохнул. Взглянул на Чарльза мутным глазом: — Вы мне не верите. Думаете, я не способен сеять страх и ужас, а? Вечно меня никто не уважает.
— О, уверяю вас, вы довольно страшный, — ответил Чарльз, пихнув Джона локтем.
— О да, — поддакнул тот. — Страшный. Вселяете ужас. Я бы ночами не спал, если б хоть краешком глаза вас углядел.
— Правда? — просиял горбун. Он прямее сел на стуле (насколько позволял его панцирь) и,кажется, выпятил грудь колесом. — Ну что ж, теперь, когда все ясно, чем могу помочь?
— Джек, — раздраженно ответила Эвин. — Мы пришли за Джеком.
— Хм-м-м. Здесь у меня только негодные. Джек — негодный?
— Негодный для чего? — не понял Джон.
— Для сражения, — ответил Астерий. — Чтобы сражаться в Великом Крестовом походе. Все годные ушли с королем, а негодные попали сюда. Да вы вообще необразованные, как я погляжу.
Найдя все документы, которые ему требовались, Астерий снова повел друзей лабиринтами залов и коридоров, болтая по пути без умолку.
— Ну вот и добрались, — объявил он, водрузив лампу на подставку, чтобы лучше осветить просторную комнату, в которой они оказались. — Библиотека.