Чтение онлайн

С девушкой из Лас-Вегаса Уильям сначала пользовался презервативами, но она пила противозачаточные, и последние несколько недель они занимались сексом без презервативов. Через неделю после последней проведенной вместе ночи у Уильяма появились боли, которые сам он описал как «вспышки молнии» в тазу. Переболевший гонореей уже четыре раза, Уильям привык прислушиваться к своему телу и сразу понял, что с ним что-то не так. Он попытался обратиться в местную клинику, но с него запросили 80 долларов за первичный прием плюс оплатить лечение, если оно потребуется.

С деньгами в тот момент у Уильяма было туго, так что он отправился домой, не посетив врача. Молодой человек промучился еще одну ночь, но когда появились выделения из члена, он понял, что дело плохо. Тут он вспомнил, что в Сан-Франциско есть бесплатная клиника лечения ИППП, и понял, что нужно делать. Уильям надел чистое белье, прыгнул в машину и направился на запад.

До Сан-Франциско он добрался рано утром. Была пятница Страстной недели, до городской больницы он добирался по улочкам обновленного района к югу от Маркет стрит. В больнице было немноголюдно, и вскоре он уже сидел в смотровом кабинете без штанов передо мной, абсолютно незнакомой женщиной.

Из головки члена сочилась желтоватая жидкость, которая не была похожа ни на гной, ни на гнойные выделения, если использовать медицинский термин. Я аккуратно собрала жидкость на ватную палочку, нанесла ее на предметное стекло и быстро осмотрела пациента. Не обнаружив на нем ни волдырей, ни язв, ни сыпи, я направилась с образцом биоматериала Уильяма в лабораторию, а он остался ждать в смотровой.

Я быстро нагрела стекло, закрепив на нем содержимое, а затем окрасила его, чтобы как следует рассмотреть под микроскопом. Этому процессу уже больше ста лет, и называется он окрашиванием по Граму.

Я закрепила стекло на предметном столике микроскопа, включила подсветку на максимум и навела окуляр. Даже под не самым мощным увеличением было ясно, что иммунная система Уильяма с чем-то борется. Стекло было покрыто сотнями белых кровяных клеток, указывающих на наличие воспаления, которое развивается, когда организм защищается от вторжения бактерий и вирусов. Во время окрашивания по Граму белые кровяные клетки становятся бледно-розовыми – именно на основе этого показателя ставят диагноз. Внутри дюжины таких клеток я заметила множество пар ярко-розовых круглых бактерий – гонококков (Neisseria gonorrhoeae).

Считается, что название этой древней болезни дал греческий врач Гален (130–220 годы н. э.) – оно состоит из греческих корней gonos (сперма) и rhoia (течь). Задолго до того, как стало известно, что болезнь вызывает бактерия, в английском языке за ней закрепилось обиходное название clap[28], которое произошло, вероятно, от французского les clapiers – «конура, свинарник, убогое заведение (где принимали клиентов парижские проститутки)». По другой версии, название заболевания связано с одним из примитивных способов лечения, предполагавшим сжимание незадачливого члена деревянными веслами, ладонями или книгами, чтобы избавить его от скопления гнойных масс[29]1.

Даже после того, как в 1879 году немецкий врач Альберт Нейссер (Albert Neisser) открыл гонококк – возбудителя гонореи, методы лечения этого заболевания оставались драконовскими: металлический зонд нагревали до 43 °C и выше и на несколько часов помещали во влагалище или прямую кишку либо вливали в уретру соединения, содержащие такие металлы, как серебро и ртуть2. В общем, несмотря на неутешительный диагноз, Уильяму повезло заболеть гонореей в наше время, когда антибиотики могут вылечить его всего за несколько дней и ему не придется страдать неделями.

Я вернулась в смотровую, села и без обиняков объявила: «У вас опять гонорея». Часто я извиняюсь перед пациентом, которому приходится сообщать о наличии у него ИППП, как будто говорю: «Простите, что принесла вам дурные вести». Поскольку я лишь подтвердила то, что Уильям и так подозревал, мне показалось, что можно обойтись без извинений. Кажется, этот диагноз его вполне устроил: «Я так и знал. Говорю же, я свое тело знаю».

И как же, по его мнению, он заразился в этот раз? «Мне просто не везет в сексе, особенно оральном». Что ж, вполне возможно. Мужчина может заразиться гонореей во время орального секса, правда, я не могла определить, как именно он заразился и от какой из двух своих партнерш.

Как только я поставила диагноз, Уильям, кажется, расслабился. Я не преминула напомнить ему о главном: «Вы наверняка знаете, что вскоре вам станет легче, но вы с вашим членом в ближайшие семь дней вне зоны доступа». За семь дней антибиотики расправятся со всеми возбудителями гонореи, и повторно заразиться от одной из своих партнерш он не сможет.

Он кивнул: «Обещаю в ближайшем будущем с этими дамами не видеться».

О том, что он заразился гонореей, Уильям планировал рассказать обеим женщинам, хоть это и было непросто, так как до сих пор о существовании друг дружки его подруги не знали. Нет, он не врал им, просто ни одна из женщин не спрашивала, встречается ли Уильям с кем-то еще, а он инициативы не проявлял. Кроме того, он предполагал, что в его отсутствие женщины встречаются с другими мужчинами.

Я проводила Уильяма к медсестре, которая дала ему два антибиотика – сделала укол в плечо и дала четыре таблетки, которые он сразу же принял. Уильям сомневался в том, что его партнерши сразу же побегут к врачу, поэтому медсестра дала ему несколько доз антибиотика в отдельных бумажных конвертах – от гонореи, с собой, пожалуйста. Мы знали о том, что если ускорить лечение его партнерш, просто дав ему с собой лекарства, они не будут распространять гонорею – это один из самых эффективных способов профилактики3.

Если партнерши Уильяма сразу же начнут принимать антибиотики и воздержатся от секса с мужчиной, которого делят, а также с другими мужчинами хотя бы на неделю, цепочка заражения будет разорвана и у этой истории будет счастливый финал, но именно потому, что одно из этих условий обычно не соблюдается, наша клиника и существует вот уже 70 с лишним лет.

Поначалу казалось, что в истории Уильяма все ясно: у него был незащищенный секс с двумя партнершами, и он заразился гонореей. Но как быть с тем обстоятельством, что он так часто болел этой инфекцией за последние два года? Уильям считал, что ему просто не везет, и случись это лет десять назад, я бы с ним согласилась. Но в тот же день в клинику пришел Ксавье, и ситуация несколько усложнилась.

Ксавье был ровесником Уильяма, только латиноамериканцем, гомосексуалистом и совершенно не моногамным – ни с географической точки зрения, ни с какой-либо другой. В последнее время романтических встреч у него было много. Когда я спросила, сколько сексуальных партнеров у него было за последние три месяца, он, чтобы сосредоточиться, уставился на потолок и начал загибать пальцы. Дважды загнув пальцы на обеих руках, он, кажется, вспомнил всех и ответил: от 20 до 25. Никаких симптомов у него не было, на ИППП он проверялся регулярно, каждые три месяца.