Чтение онлайн

Эдгар подмигнул себе в зеркало. Не вампир, конфетка! Даже если не очень-то нравится мазать лицо какой-то мерзостью под названием «маска», результат того стоит.

А затем Эдгар отправился… навестить посла королевства Всех Людей с целью узнать, что думают об убийствах потенциальные жертвы.

День медленно угасал. Было тепло, как бывает в середине весны, в саду жужжали пчелы — к этому жужжанию примешивался писк цветочных фей, затеявших игру в догонялки.

Шагая по крытой галерее, Эдгар вежливо раскланивался с каждым встречным. Упаси Бездна оскорбить своей непочтительностью какого-нибудь именитого вельможу — в Некрополисе таких промахов обычно не прощали. Несколько раз приходилось кланяться и эльфийским дамам в весьма пикантных нарядах (в полуночном царстве предпочтение отдавалось черному бархату и кружевам, а здесь — легчайшему светлому шелку, который вообще мало что скрывал). Потом Эдгар понял, что заплутал и забрел близко к апартаментам его величества.

«Как там дела с предстоящей свадьбой? Ох, да брось ты… какая тебе разница?»

Спросив дорогу у улыбчивых гвардейцев короля, Эдгар наконец добрался до приемной людского посольства при дворе Эльфира. Никем не охраняемой приемной, что казалось странным — учитывая последние события.

Эдгар постоял-постоял, ожидая ну хоть малейших признаков присутствия стражи, а затем постучался.

Тишина.

Вампир постучал еще — уже чуть менее почтительно и чуть более громко.

Снова тишина.

«Может, и этого уже загрызли?»

Эдгар внимательно огляделся — он был совершенно один в коридоре. Так что, если сейчас войти без приглашения… И если ТАМ уже лежит хладное тело очередного посла… Есть шанс, что удастся незаметно улизнуть к себе и притвориться, будто ничего и не было. Если, конечно, это не ловушка, подстроенная специально для посла Некрополиса!

— Гхм. Хорош тянуть, — сердито сказал себе вампир. Еще раз огляделся и дернул на себя позолоченную дверную ручку.

Опять тишина.

Эдгар сунулся в приоткрытую дверь и позвал:

— Прошу прощения! Есть кто живой?

На сей раз что-то щелкнуло в глубинах посольских покоев и раздались тихие шаги, словно некто крался на цыпочках.

«А если и правда ловушка?» — Эдгар сделал еще один — крошечный — шажок внутрь, тихо прикрыл за собой дверь и на всякий случай извлек шпагу из ножен.

Правда, воспользоваться ей Эдгару не дали: откуда-то сверху упала шелковая сеть, разом лишив посла возможности маневрировать, а из-за угла с воплем —

— Ага!!! Попался!!! Думал, небось, что меня так просто взять, да? — выскочил совершенно голый мужик.

Эдгар вдруг с необычайной ясностью осознал, что незнакомый эксгибиционист в одной руке сжимает полупустую бутылку «старого доброго бордо», а в другой — остро заточенный осиновый кол. Кроме того, в сознании вампира зародилось нехорошее подозрение, что кол-то готовили специально для него, для посла Некрополиса.

За что, спрашивается?!! Ведь ничего еще не сделал!

Едва не взвыв от обиды, Эдгар изогнулся рыбкой и откатился в сторону, позволяя агрессору стукнуть колом о каменные плитки пола. И стоило так прихорашиваться? Ноготки подпиливать да маску накладывать?

Хрясь! Судя по силе удара, незнакомец не был расположен к шуткам.

«Вот бы головой своей так о камешек грохнул!» — вконец огорчился Эдгар и стал возмущенно кричать о том, что, мол, как смеете нападать на уполномоченного посла самого Мессира, да как смеете вообще вести себя как нецивилизованный дикарь.

Эксгибиционист с минуту смотрел на него, бешено вращая глазами.

— Вы, сеньор, как себя ведете? — корил его Эдгар, судорожно выпутываясь из сети, — да еще где? При дворе его светлейшества! Да вы, вы… Извращенец просто какой-то! Стыдно, сеньор, стыдно!

И тут, видимо, настал долгожданный момент просветления: «извращенец» выронил оружие и с тихим «ой» опустился на колени рядом с брыкающимся и ругающимся Эдгаром. Стало заметно, что кое-где к белым ляжкам субъекта прилипли розовые лепестки.

За неделю до прибытия посла королевства Всех людей в Светлый лес.

Его величество Людовик Первый и Единственный проснулся на рассвете. Это было событие из ряда вон выходящее, ибо сей достойный правитель раньше полудня обычно не вставал. Но сегодня он плохо спал, всю ночь ворочаясь и сминая шелковые простыни, а когда сон наконец приходил, то вместе с ним приходили и чудовища Некрополиса. Жуткие вампиры в непременно черных балахонах, не менее жуткие зубастые оборотни в звериных шкурах и серые полупрозрачные призраки — само воплощение ночных кошмаров. Они водили хороводы вокруг кровати монарха, пели скабрезные частушки и показывали на Людовика пальцами.

Итак, его величество проснулся, сел на постели и, нашарив шелковый шнур, принялся изо всех сил за него дергать.

Прибежал первый министр короля, имеющий привилигею подавать его величеству ночную вазу.

— Нет, не сейчас, — отмахнулся Людовик, зевая и потирая припухшие веки, — скажи лучше, мой верный де Брю… Этого, третьего посла в Светлом лесу… Также съели, как и предыдущих двух?

Де Брю низко поклонился, сверкая лысиной.

— Ваше величество, позволю себе заметить, что не съели, а загрызли. Смерть наступила от кровопотери и отсутствия сердца.

— Хм, — удивился Людовик, — а что, до этого печального случая сердце было в наличии? Что-то не замечал.

— Судя по всему, оно было, сир, и исправно гнало кровь, — де Брю опять распластался в поклоне, — если ваше величество изволит высказать мудрую мысль, то я должен взять бумагу и перо…

— Оставь, — устало промямлил король, — это не для записи. Скажи, де Брю, замену послу уже нашли?

Министр опечаленно вздохнул.

— К сожалению, сир, до сих пор нет. Никто не хочет ехать в Светлый лес, после трех убийств-то.

— Но моя верная леди Вьенн уже там, — возразил Людовик, — что же, мои храбрые мужи боятся того, чего не боится слабая женщина?

Де Брю счел за лучшее промолчать. А король, гневаясь, вскочил с кровати и принялся бегать по спальне, путаясь в длинных полах ночной сорочки. Он мелкой рысью миновал мраморную статую обнаженной девушки в полный рост, на плече которой до сих пор висел кружевной предмет нижнего белья его величества… Обошел изящный трельяж, уставленный бальзамами и притирками, затем вернулся к постели и пнул некстати подвернувшуюся под ноги ночную туфлю.

— Я приказал де Льону отправиться к эльфам! — слова горошинами рассыпались по полутемной спальне.

— Но он предпочел удрать на войну, ваше величество.

— Какую еще войну? Мое королевство ни с кем не воюет!

— Усмирять непокорных вассалов, сир.

— Ну, а граф де Коршетт? Где этот бездельник?

— Отправился в паломничество, сир, к Святой Горе.

— Что-то не припомню за ним излишнего благочестия!

Людовик замолчал, мысленно перебирая кандидатов в послы. А затем, когда наиболее подходящий был найден, принял величественную позу монарха размышляющего и, пронзив пальцем воздух в направлении де Брю, прогремел: