Чтение онлайн

— Красивую женщину не должны смущать комплименты, — сказал Эдгар и, заглянув в глубину моего декольте, пробормотал, — как интересно!

— М-м… — я в замешательстве попыталась отстраниться, но в результате оказалась еще ближе к нему.

— У вас там цветочная фея, — заметил он, — мои поздравления! Вы не только прекрасны, но и остроумны. Должен заметить, что ничто не привлекает мужчин так, как сочетание этих двух качеств…

Издав невнятное мычание, я наконец вырвалась из его объятий — и тут же ощутила, как на моем локте сомкнулись чьи-то крепкие, очень горячие пальцы. Вальс разразился последними аккордами и умолк.

— Ваше величество, — Эдгар галантно поклонился, — кажется, я безмерно виноват перед вами за то, что осмелился пригласить на первый танец леди Агнессу.

У меня по коже мурашки побежали: король Светлого леса явно пребывал в состоянии раздражения.

— К сожалению, — сухо ответил он, — леди Агнесса еще не стала моей законной супругой, и не в моих правилах ограничивать ее свободу. Но, сдается мне, это дурная примета, когда первый танец на королевском балу девушка танцует с послом из Некрополиса.

Все поплыло перед глазами. Некрополис — этим все сказано. Кто же тогда Эдгар? Оборотень? Или еще того хуже — вампир?..

Я послушно вложила пальцы в изящную королевскую руку. Но в тот, последний момент, когда я оглянулась на Эдгара, меня словно мешком по голове огрели.

Я его узнала! Это ведь он, точно он — стоял, облокотясь спиной о дверной косяк. И это именно ему принадлежали слова «Не страшно ходить по ночам одной?».

Кто мог предположить, что приключения этой ночи только начинаются?

Его величество, в полном молчании покружившись со мной по залу, в скором времени потащил меня прочь.

— Вы все еще сердитесь? — пролепетала я, боясь взглянуть в сверкающие королевские очи.

Он, как и положено монарху, был самым нарядным на этом балу: камзол, кружевная блуза, штаны, туфли — все сверкало белизной первого снега. При этом, конечно же, грудь и отвороты рукавов королевского одеяния были украшены — совсем скромно — сотнями настоящих бриллиантов.

— Ничуть, — ровным голосом ответил эльф, и мне стало ясно, что — да, он действительно не гневается. Почему? Да потому, что я ровным счетом ничего не значила для правителя Светлого леса. Политический брак, гарантия лояльности эльфов, не более.

— Но вы, леди Агнесса, должны проявлять осторожность, — тут же добавил он, — правитель Некрополиса отозвал прежнего посла и прислал нам этого. Я не знаю его, и не знаю, чего вообще можно ожидать от вампира.

Я промолчала. Затылка коснулся неприятный холодок — воспоминание о пятидесятой жене Эльфира.

— Сейчас я намерен представить вас своим законным женам, — словно издалека, доносился голос короля.

— А разве они не на балу?

— Нет, конечно же нет. Им это… как бы это сказать… неинтересно.

И по бледным эльфийским губам скользнула недобрая усмешка. Лей высунула голову из-за лифа — но тут же, тихо ойкнув, спряталась.

Тем временем мы подошли к высоким дверям, деревянные створки которых были сплошь покрыты искусной резьбой и перед которыми, вытянувшись в струнку, стояли два вооруженных до зубов эльфа. В тот миг у меня мелькнула мысль, что — позвольте, что-то мне не очень хочется стать сто первой затворницей, охраняемой королевскими гвардейцами! Затем я вспомнила, что ближайшие сто три года я буду обладать статусом королевской невесты и успокоилась: к тому времени, когда меня посадят под замок, мне в самом деле будет уже не до танцев.

— Прошу вас, Агнесса, — мягко сказал король и толкнул двери.

Я невольно поежилась, представляя себе сотню одинаковых эльфиек в прозрачных одеждах, выстроенных шеренгами — но, к счастью, мои страхи не оправдались. Передо мной открылся вид на просторную и со вкусом украшенную залу. Длинный стол ломился от яств, кто-то нежно перебирал струны арфы. Жены короля Эльфира, разодетые в шелка и бархат, преспокойно расхаживали, собирались небольшими стайками, выходили на широкую террасу, ведущую в сад и розарий.

Впрочем, едва мы переступили порог, все они побросали свои занятия и окружили нас пестрой толпой, как любопытные и очень нарядные бабочки.

— Мои прекрасные леди, — начал Эльфир, — я хочу представить вам девушку, которая очень скоро присоединится к вам.

Пестрое море заволновалось и зашуршало; кто-то осторожно потрогал меня за руку, и нежный эльфийский голосок удивленно проворковал:

— Это же человек!

— Да, человек, — король улыбнулся, — это необходимо для того, чтобы жить в мире с соседями.

— А когда же состоится свадебный ритуал? — поинтересовался еще кто-то.

— Леди Виолетта советовала объединиться в год Ледяного Быка, — сдержанно ответил Эльфир, — но мне хочется, чтобы леди Агнесса уже сейчас стала вашей подругой.

Он отпустил мою руку и легонько подтолкнул к блистательным красавицам. Я в панике отшатнулась — но было поздно. Эльфир ускользнул, а вокруг сомкнулось недружелюбное кольцо жен.

Надо сказать, это было странное ощущение. Нечто подобное мне уже довелось однажды испытать, когда на восемнадцатилетие матушка повезла меня в ювелирную лавку. Старый и сморщенный как сушеный гриб ювелир выставил на обозрение свои богатства: со всех сторон меня обступили тонкие и толстые кольца, перстни, серьги, браслеты, заколки, пояса, броши… Все сверкало, переливалось драгоценными камнями — и при этом оставалось холодным и бездушным в своем великолепии.

Эльфийки чем-то походили на товар старого ювелира. Они были изысканы, прекрасны, у каждой из их были пышные золотые локоны и яркие голубые глаза — но все это может быть и у дорогих кукол. Ничто не оживляло их нежные лица, и ничто, казалось, не могло потревожить их дремлющие души.

Они начали меня поворачивать из стороны в сторону и разглядывать, как будто я была путешественником, открывшим новые земли и встретившим там племена людей с двумя парами глаз.

— Да она просто толстушка, — обронила одна эльфийка.

— Да-да. И запястья вон какие широкие. Фи.

— А я слышала, что люди не живут больше ста лет, — добавила еще одна златовласая красотка, — а к ста годам становятся некрасивыми и сморщенными.

— Ну тогда его величество попросту ее выгонит, — высказала свое мнение другая эльфийка.

— А почему вы не на балу? — спросила я, проглотив обиду.

— Дорогая, — снисходительно ответила мне вечная красавица, — первая тысяча балов еще кажется интересной и забавной, но когда количество торжеств переваливает за пять тысяч, понимаешь, что делать там нечего. Впрочем, вряд ли тебе понять, ты, верно, попала на свой первый бал?