Чтение онлайн

Ее глаза опять были полны слёз. Но мне уже надоел наш разговор, и я поднялась из-за стола.

— Если всё обстоит именно так, как ты говоришь, то ты должна порадоваться тому, что не вышла замуж за такого недостойного человека, который в вопросах брака ведет себя как базарный торговец. А если всё это лишь твои фантазии, то Ла-Гийон вернется, и вы поженитесь, пусть и немного позже, чем собирались изначально. Так что перестань реветь и отправляйся спать. Потому что рано утром ты должна будешь уехать домой.

— Дани, прошу тебя, позволь мне остаться! — Луиза вскочила следом за мной. — Я не могу сейчас вернуться домой! Ты не представляешь, что там началось, когда следом за письмом Эмиля до нашей семьи дошли все эти слухи! В воскресенье во время службы в церкви все прихожане смотрели на меня с жалостью. И шептались за моей спиной. Стоило мне подойти к кому-то, как эти шепотки стихали, и я понимала, что еще секунду назад они говорили как раз обо мне. Это так унизительно!

— Ты рассказываешь об этом мне? — усмехнулась я. — Поверь мне, всё это я уже прочувствовала на собственной шкуре.

Она тут же смутилась, и на ее щеках заполыхал румянец.

— Прости, Дани! Я и подумать не могла, что это может быть так больно. Я только сейчас осознала, как жестоко мы с его сиятельством с тобой поступили. Но поверь, мною двигала лишь любовь к Эмилю! Я уже давно любила его, и то, что он сделал предложение тебе, а не мне, стало для меня большим ударом. Я никогда не показывала этого, но все твои рассказы о нём сводили меня с ума.

Да, пожалуй, она обладала большой выдержкой, если за целый год в академии ни разу никак не обозначила своих чувств, выслушивая мои рассуждения о нашем с графом браке. Ведь я каждый день делилась с ней своими мечтами.

— Ты должна была честно сказать, что его любишь, — мой голос звучал не слишком уверенно.

— Зачем? — возразила она. — Что бы это изменило? Ты расторгла бы помолвку ради дружбы со мной?

Я задумалась и поняла, что нет, не расторгла бы. Разве что меньше изливала бы ей свою душу.

— Это лишь добавило бы тебе дополнительных переживаний, — продолжала она. — Ты чувствовала бы себя виноватой передо мной, и это в любом случае разрушило бы нашу дружбу. Потому что та неловкость, которую ты непременно бы испытывала, отдаляла бы тебя от меня.

— Но наша дружба так и так оказалась разрушена. И неужели тебя не удивило, что его сиятельство смог так легко переключиться с одной невесты на другую? Ты на могла не понимать, почему он это сделал. Им двигал исключительно корыстный мотив.

— Да, возможно, — признала она. — Но ведь многие браки заключаются по расчету, а со временем становятся подлинным союзом двух сердец. Ведь помимо пылких чувств основой крепкой семьи могут стать и взаимное уважение, и общность интересов.

В этот момент я даже испытала что-то вроде жалости. Бедняжка Луиза думала, что ее любви хватит на них двоих и готова была довольствоваться малым.

— Но если ты понимала это, то ты не должна удивляться тому, что и сейчас граф Ла-Гийон поступает точно так же, как поступил тогда. Он всего лишь нашел невесту с более богатым приданым, чем у тебя. И если ты считаешь, что он заслуживал прощения тогда, то и сейчас должна его простить.

Она вздохнула:

— О, Дани, но я и не держу на него зла. Его титул обязывает его вести тот образ жизни, который требует значительных средств. И не удивительно, что он пытается решить свои финансовые проблемы с помощью выгодной женитьбы.

А вот теперь я посмотрела на нее с изумлением. Как могла она оправдывать его недостойное поведение?

— Мне всего лишь нужно, Дани, какое-то время побыть вне дома. Чтобы общество вдоволь обсудило эту новость и переключилось на что-то другое. И чтобы родственники, которые прибыли к нам на эту свадьбу, разъехались по домам. И чтобы мои родители успокоились и перестали винить меня в этом переносе свадьбы.

— Винить тебя? — мне показалось, что я ослышалась. — Неужели кто-то в здравом уме может найти в этой ситуации счесть виноватым кого-то другого, а не граф Ла-Гийона?

— О, папенька предположил, что помолвка пока отложена, а после может быть и вовсе расторгнута из-за того, что я могла позволить жениху какие-то вольности в отношении себя, — голос Луизы задрожал от обиды.

— А ты действительно позволила Эмилю что-то? — осторожно спросила я.

Она замотала головой:

— Нет! Разумеется, нет! Хотя однажды он поцеловал меня совсем не так, как это подобает жениху. И я долго не могла прийти в себя, а мои губы горели так, что нам пришлось гулять по саду еще полчаса, прежде чем я смогла кому-то показаться.

При этом воспоминании она густо покраснела. А я разозлилась. Я вовсе не просила ее рассказывать об этом. И уж точно не хотела знать таких подробностей об их отношениях.

— А если так подумал папенька, то и другие могут подумать. И наверняка уже подумали. И если его сиятельство не вернется из Вудворта, моя репутация будет уничтожена. Все решат, что я оказалась слишком доступной, и граф, получив то, что хотел, уже не счел меня достойной быть его супругой. Когда была расторгнута ваша с ним помолвка, она хотя бы имела вполне конкретную причину, о которой все знали и которая не оставляла места для домыслов. Тут же такой просто для сплетен!

— Но почему бы тебе не написать графу в столицу? Пусть он определится с новым сроком свадьбы и назовет его. И если уж на то пошло, ваше бракосочетание может состояться и в Вудворте. И даже если оно будет более скромным, чем вы хотели, то какая разница? Главное, что вы станете мужем и женой.

Она обдумала эту мысль и кивнула.

— Пожалуй, ты права! Я ему напишу. Только позволь мне остаться в Мансфилде! Хотя бы до получения ответного письма!

— Давай поговорим об этом утром! — отмахнулась я. — Я устала и хочу спать. И если ты думаешь, что в Мансфилде тебя ожидают те же самые условия, какие были у тебя дома, то ты ошибаешься. Из всех слуг в доме осталась только экономка. И многое мне приходится делать по хозяйству самой. И когда мы сможем нанять хотя бы одну горничную, я понятия не имею.

— О, это совершенно неважно, Дани! — воскликнула она. — Если ты позволишь мне остаться, то я охотно буду тебе помогать! Ты же помнишь, что в академии мы обходились безо всяких горничных. Я вполне способна сама себе отпарить платье или заштопать чулки.