Чтение онлайн

– А сам-то ты?! Сам?! – возопил какой-то старик, выступая вперёд. – Стоит весь, сияет, как фонарь колдовской! Что, отсиделся в своей башне, пока мы свою кровь проливали?!

Я с улыбкой смотрел на старика, когда он говорил. Но стоило ему замолчать, чтобы перевести дух, перехватил инициативу:

– Вот ты кровь точно не проливал! Разве что дерьмо… Но вот он, мой топор, смотри!

Я вытащил оружие из петли на поясе и протянул вперёд:

– Вот топор, который убивал демонов. Кто хочет, проверьте!

Чтобы всё было честно в моей истории, надо признаться, что в этот момент я привирал. Ни разу за эту ночь я не поднял топор. Даже ахалга убил рукой. Но чёрной пыли было предостаточно что на топоре, что на моём новеньком доспехе. Зная примерно, о чём буду говорить, я позаботился о том, чтобы доказать участие в бою. Учитывая, что сами кочевники – те ещё врули, этой лжи я стыдиться не стал.

– Ну что?! Кто тут смелый, чтоб проверить?! – спросил с улыбкой.

И старик охотно шагнул вперёд. А, проведя пальцем по моему топору, тут же выставил толпе чистый палец. С очень торжественным и злорадным видом.

– Он… – начал было обвинение старик, но лезвие топора у шеи быстро остудило его пыл.

– Ты провёл средним пальцем! – расстроенно сказал я. – А показываешь указательный! Покажи средний палец, старик!

– Ах ты старый трус! – взвыла старушка, пробившаяся вперёд.

Вот по ней я точно мог сказать: эта сегодня рубилась, как зверь. На ней мало того, что живого места не было, так ещё и с ног до головы в чёрном песке. На поясе здоровенный нож, весь в мелких царапинах, за плечом лук и пустой колчан.

– Значит, ты ещё и лгун?! – возмутилась старушка. – А ну делай, что тебе воевода велел!

Старик, конечно же, умирать в расцвете старости не желал. Не для того он до седин дожил, чтобы теперь стать всеобщим посмешищем. Но если сильно сдавить человеку запястье, то у него рука сама собой раскроется.

А у меня пальцы сильные. И уже через пару ударов сердца ревущая толпа втянула в себя жалобно блеющего вруна и труса. А затем где-то там, в своих недрах, его пережевала и переварила. И нет, я не образно выражаюсь. Когда толпа уйдёт, труп старика наверняка будет выглядеть пожёванным и переваренным. Толпы вообще жестоки, особенно к слабым. Такие вот многорукие и многоногие чудовища.

Я же, пользуясь тем, что это опасное чудище временно занято, вернулся обратно к крыльцу и поднялся по ступенькам. Говорить с толпой на равных я не собирался. Решат ещё, что я один из них – потом не отмахаешься. Посветил лицом, и хватит с меня.

– Кочевой народ!!! – заревел я, пресекая дальнейшие надругательства над телом старика. – Послушайте меня! Воеводу Ишера из Кечуна! Прошедшего Долгую Осаду! Убившего за два года тысячи демонов!..

Я не считал, если честно. Может, пара тысяч и в самом деле была. А может, и тысяча. Но – помните? – кочевники такой народ, который без бахвальства жить не может. Поэтому информация, которую они слышат, всё равно делится надвое, едва достигнув их ушей.

– … Пережившего Илос, павший под ударами демонов! Видевшего последний бой Пыльного Игса! Сражавшегося в эту ночь в башне, на стене вашего города!..

Да, формально, город ещё не их. Да и вряд ли станет. Очень уж дикий народ сюда пришёл. Не знает, куда ночные горшки положено опустошать – льют прямо на улицы. Но лесть – штука полезная. Особенно если хочешь, чтобы тебя наконец-то услышали.

– … Ведущий за собой тех, кто готов сражаться с ордой! – продолжал я, стараясь не сбиться с волны. – Вы думаете, всё закончилось этой ночью?! Вы думаете, вы в безопасности?!

Я набрал в грудь побольше воздуха, а потом открыл ужасную правду:

– Нет!!!

Люди шарахнулись от моего рёва на шаг назад. Вот она, сила тренированных лёгких.

– Ночью они придут снова! Ночью демоны восстанут из чёрного песка! Ночью трупы ваших близких и родных окутаются псевдоплотью и пойдут против вас! А что делаете вы?! Пытаетесь убить своих ханов и их хана?! Не видите трусов среди вас?! Кто соберёт людей?! Кто направит их на сжигание трупов?! Кто соберёт разбежавшийся скот?!

Скота с гарантией выжило больше, чем людей. Это я к чему? Да всё к той же патологической жадности. У кочевников сейчас в голове счёты застучали, сколько танаков и переханов можно присвоить, пока никто не заметил. А в том, что скоро заметят, можно не сомневаться. Ещё не все племена подтянулись, которые Мгелай к себе призвал. К полудню наверняка, как минимум, два доберутся до города.

– … Кто разрешит сложить в надёжные закрома оставшиеся припасы?!..

Да-да… Жадность. Снова она. И я, к слову, в стороне от дележа стоять не собирался. Как только вернусь в башню, сразу отряжу людей, чтобы искали переханов, еду, кожу и ценные вещи. Пусть шатры бесхозные тоже к нам уволокут. Я не собирался вечно у Мгелая просить каждую мелочь. Он очень быстро снова начнёт думать, что это я ему должен, а он – мой личный благодетель.

Боги, вероятно, покарают этого дурака за нарушение клятвы. Но как бы это событие не случилось слишком рано… Он ведь ещё мне нужен был. Кто этих кочевых дикарей против орды поведёт, в конце концов?

– … Чьи слова и приказы признают другие ханы?! А кто принесёт богатые дары вновь прибывшим?! Вот это трусливое тело?! – я указал на истыканный стрелами труп здоровяка. – Или ханы ваши и их хан?! Так что же вы творите, кочевой народ?! Что вы замыслили?!

– Нет!..

– Всё не так!..

– Что ты, воевода!..

– Мы за ханов, это самое!..

– Хан ханов Мгелай!..

– Помутнение это было!..

– Да я просто посмотреть!..

– Всё! Я ухожу!

– Хан ханов Мгелай!

– Да мы!..

– Да я!..

– Хан ханов Мгелай!

– Хан ханов Мгелай!

Всегда находится правильный лизоблюд, если не сказать грубее. В общем, тот самый человек, который вовремя крикнет нужную фразу. А дальше обязательно присоединится тот, кто решит прокричать её вторым. Они потом ещё устроят драку между собой. На тему того, кто именно был самым первым.

Я-то точно знаю, кто это был. Загодя отправил гонца к соседям, чтобы заслали своего человека в толпу. И вот уже над площадью прокатывается слитный хор голосов:

– Хан ханов Мгелай! Хан ханов Мгелай! Хан ханов Мгелай! Хан ханов Мгелай!

Я посмотрел на ликующую толпу, покачал головой в такт выкрикам… А потом спустился с лестницы и встал рядом с чествуемыми.

– Я вернул тебе власть, хан! Иди и не просри её! – тихо сказал я, чтобы один Мгелай меня и услышал. – И помни о своей клятве. Ты сам отдал себя в руки старых богов. Не исполнишь, и они убьют тебя мучительным образом. Поверь, я видел, как это случается!..