Чтение онлайн

Да и, в принципе, что страшного может случиться? Быстро, без лишнего шума, зайдём в город, возьмём необходимое – и уйдём до темноты. Если Серебряный Ключ пуст, худа от этого никакого не будет. Если нет – хотя бы выясним, кто здесь прячется. Заплатим им звонкой монетой, в конце концов.

Южные ворота Серебряного Ключа оказались открыты настежь. Тяжёлые створки, обитые железом, стояли недвижимо. Между ними и каменной аркой успела прорасти весенняя трава. Я въехал первым, если не считать разведчиков, которые, как и положено, проскочили вперёд. Копыта перехана зацокали по каменным плитам. Их отзвук заметался под сводами арки, отражаясь от стен многократным эхом, куда более громким, чем в предместьях.

И в этот момент с одной из боковых улочек, ведущих вглубь, выскочила женщина. Она неслась к нам, размахивая руками, и на бегу что-то кричала. Сначала её слов было не разобрать. Но, приблизившись на полсотни шагов, она выкрикнула так громко, что услышали все:

– Разворачивайтесь! Уезжайте! Быстрее!

Я вскинул руку, приказывая колонне остановиться. Разведчики, заметив мой жест, начали спешно возвращаться. Женщина бежала из последних сил. Волосы у неё были растрёпаны, на лице – выражение животного ужаса. Она спотыкалась, падала, поднималась… И продолжала бежать.

А потом за моей спиной раздались удивлённые возгласы, и я обернулся.

Вокруг города поднималась стена тумана. Она росла из земли – или, вернее, из воды, потому что наползала со стороны озера. Серая, клубящаяся, неестественно плотная, она поднималась всё выше и выше, заслоняя солнце, стены, горизонт. В этом движении чувствовалась чужая воля –направленная, неумолимая. Туман смыкался над городом, будто защитный купол, который я и Ферт научились ставить над лагерем. Вот только спокойствием от него даже не пахло.

Женщина, добежав до ворот, увидела то же, что и я. Она остановилась, тяжело дыша. Её лицо исказилось отчаянием, ноги подкосились. Незнакомка рухнула, не щадя колени, прямо на каменные плиты. И, закрыв лицо руками, зарыдала. Громко и обречённо, как плачут люди, только что утратившие последнюю надежду.

– Не успела… – донеслось до меня сквозь рыдания. – Я не успела…

Я спешился, бросил поводья подоспевшему воину и быстрым шагом подошёл к женщине. Она стояла на коленях, сгорбившись, закрыв лицо руками, и её плечи вздрагивали от громких отчаянных рыданий. Будто миг назад она видела перед собой спасение, а потом надежда вдруг умерла.

Я присел рядом, так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, и заговорил. Негромко, спокойно, как говорят с испуганными детьми или с ранеными:

– Меня зовут Ишер. Я воевода этого войска. Мы не разбойники и не враги. Слышишь? Мы не причиним тебе вреда, – может она и не этого боялась, но надо ведь было с чего-то начинать. – Слышишь меня?

Женщина не ответила. Она рыдала, раскачиваясь вперёд-назад, и пальцы её, вцепившиеся в волосы, побелели от напряжения.

– Тебе нечего бояться, слышишь? – снова заговорил я. – Успокойся, не плачь…

Женщина вскинула опухшее от слёз лицо, посмотрела на меня красными глазами, замотала головой… И снова уткнулась в ладони.

– Всё хорошо, – повторил я. – Слышишь? Со мной много воинов, они могут справиться с любой напастью. Почему ты плачешь?

Я приобнял её и принялся гладить по голове. Не торопил. Дал ей выплакаться, дождался, когда рыдания станут тише, и плечи перестанут сильно вздрагивать. А следом повторил, всё так же ровно и без нажима:

– Меня зовут Ишер. Ты в безопасности. Понимаешь? Как тебя зовут?

Пока успокаивал, обратил внимание, что женщина одета в мужские штаны и высокие сапоги. А ещё длинную, почти до колен, рубаху, перетянутую на поясе кожаным ремнём. Сбоку на ремне висел длинный кинжал – боевой, к слову. С рукоятью, обмотанной потемневшей от пота кожей.

Женщина не была пухленькой, но и изящной её вряд ли назовёшь. Крепкая, ладная, с широкими плечами и сильными руками. Лет тридцати, может, чуть больше. Такие женщины, как я успел заметить за годы странствий, легко не ломаются. Однако сейчас она была на грани. И пришлось очень постараться, чтобы бедняга перестала задыхаться от рыданий.

Наконец, незнакомка уткнулась мне в плечо, ещё два раза всхлипнула и отстранилась. Я мягко улыбнулся ей и, глядя в глаза, спокойно повторил:

– Давай знакомиться. Меня зовут Ишер. Я наёмник Гильдии наёмников Илоса под номером триста пятнадцать. Воевода этого большого войска. Как тебя зовут?

Она заморгала, всхлипнула в последний раз, вытерла нос тыльной стороной ладони. И ещё дрожащим, но хотя бы уже осмысленным голосом произнесла:

– Меня зовут Салана… Я… Я хотела выбежать, но не успела… И вас не смогла остановить…

– Ты про этот туман? – уточнил я, кивком указав назад, себе за спину.

– Это не простой туман… Это граница, которую нельзя пересечь! – протерев опухшие от рыданий глаза, сказала она. – Никто ещё не смог…

– И давно этот туман появился? – не выдавая беспокойства, уточнил я.

– Первый раз десидолю назад… – вновь ссутулившись, ответила женщина. – Пришёл со стороны озера, ночью заполнил улицы. Он только до дворца тогда не добрался… Туман почему-то не может попасть во дворец. Но мы тогда не знали этого… Многие ушли в туман и не вернулись.

– И так каждую ночь? – задумчиво спросил я.

Кое-что мне это напоминало. Что-то, встреченное мной ещё до осады Илоса.

– Каждую ночь… – всхлипнув, кивнула Салана. – Туман приходит, а люди пропадают. Наместник Урунсих приказал собираться на ночь во дворце. Там мы все прятались. А потом стали приходить те, кто ушли… Они звали родных и близких. Некоторые ломались и выходили. Нас осталось несколько сотен. В последние три ночи те-кто-ушли выходят из тумана и пытаются пробраться… От них больше нет спасения и во дворце… А убитый распадается туманом и возвращается вновь.

– Очень похоже на горных демонов Ржавого Кряжа, – заметил Ферт, который, приблизившись, расслышал последние слова женщины. – Харин туда уходил…

– Я знаю, – прервал я шептуна, взглядом попросив его замолчать.

Это, конечно, полезные сведения, но их можно и позже выслушать. А сейчас только новых женских истерик на тему демонов не хватало.

– Я увидела вас… Думала, успею выскочить… – проговорила Салана, снова начав раскачиваться взад-вперёд. – И вы уйдёте, и я смогу город покинуть… Но не успела…