Чтение онлайн

Свадьбу назначили на 3 июня. К Страстной седмице Сергей вернулся в Россию, и теперь уже, судя по всему, с нетерпением ожидал приезда невесты. После встречи Пасхи приготовления к торжествам развернулись с большим размахом. Для благословения заказаны образа Федоровской иконы Божией Матери и Спаса Нерукотворного. Еще 2 марта «Всемилостивейше пожаловано государю великому князю Сергею Александровичу из удельных сумм 400 тыс. рублей, в добавок к 600 тыс. рублям, выданным его императорскому высочеству в 1877 году на устройство помещения». Итого – миллион! По тем временам сумма астрономическая. А сверх того для молодоженов в Петербурге на деньги из царской казны куплен один из наилучших дворцов на углу Фонтанки и Невского проспекта, мимо которого не пройдет равнодушно ни один гость сказочно красивого города на Неве – это тот брусничного цвета красавец с белыми колоннами и атлантами, на фоне которого так великолепно смотрятся конные статуи Клодта на Аничковом мосту. Он принадлежал князьям Белосельским-Белозерским, но последний его владелец князь Кочубей сильно нуждался в деньгах и продал дворец казне, а государь тотчас дал ему новое наименование – Сергиевский. Построенный в 1846 году архитектором Штакеншнейдером в стиле пышного барокко, он располагался вблизи императорского Аничкова дворца. Не меньшей изысканностью, нежели фасады, отличались интерьеры, украшенные скульптурами, лепниной, ажурным литьем. Следует добавить, что в непосредственной близости от дворца, отныне Сергиевского, располагалось подворье Троице-Сергиевой лавры.

Тем временем в Дармштадте играются сразу две свадьбы. В один и тот же день выходит замуж старшая сестра Виктория и… женится отец! Вопреки сильнейшему негодованию родственников и, прежде всего, королевы Виктории, Людвиг взял в жены Александрину Гуттен-Чапскую. Его отговаривали все, включая Эллу. Он не послушался. Придет время, и настанет черед ей не послушаться воли отца, когда встанет вопрос о ее переходе в Православие.

Отгремели две дармштадтские свадьбы, настало время собираться в дальнюю дорогу, прощаться с родным Дармштадтом, в котором прошли ее девятнадцать с лишним лет – годы, полные и счастья, и горя, и радостей, и тревожных волнений.

«Дорогой Саша! Отправляюсь сегодня на границу для встречи дорогой Эллы, но перед отъездом хотел просить тебя, чтобы в день ее приезда в Петергоф она была встречена с крестом и со святой водой, как это всегда делалось. Не помню, бывал ли при этом молебен или нет?!» – написал Сергей старшему брату 25 мая 1884 года из Питера. Тем временем Элла вместе с отцом, сестрами и братом едет в поезде, и на каждой станции ее вагон переодевают в новое свадебное платье из белоснежных цветов. Так распорядился жених.

Встреча с суженым произошла на границе с Россией, на станции Вержболово, куда пришла и телеграмма от императора: «Твоя просьба будет исполнена… От всей души приветствую твою милую невесту с ее первым шагом на русской почве. Крепко обнимаю и благословляю вас обоих. Саша».

Приезд Эллы в Россию состоялся 27 мая, и в тот день был переходящий великий церковный праздник – день Святой Троицы. Знаменательный день!

В России не только широкие просторы, но даже и железная дорога шире на пару десятков сантиметров, еще по особому и загадочному распоряжению Николая I, про которое даже есть неприличный анекдот. В те времена приходилось пересаживаться в другой поезд. От Вержболово поехали вместе, и всюду их встречали толпы народа, всюду раскачивались гирлянды цветов и развевались черно-желто-белые флаги – именно такой расцветки были национальные триколоры в эпоху правления Александра III. А это значило, что происходило событие государственной важности.

Какая она – эта огромная страна, устрашающая умы европейцев своей непредсказуемостью, размерами, нарастающей мощью? В отличие от своего жениха, Элла не так много путешествовала, чаще всего – в Англию, а восточнее германских пределов не бывала ни разу. Она впервые ехала в Россию, которая отныне и на долгие 34 года станет ее второй родиной. Треть жизни в Германии и две трети в России – такова ее судьба. Англосаксонке и лютеранке предстояло стать русской, потом православной, и не просто русской православной, а русской православной святой! Вот бы она удивилась, узнав о такой грядущей участи.

Но пока она едет со своим женихом, и сердце ее трепещет от волнений и ожиданий, она с тревогой всматривается в мелькающие за окном пейзажи, наслышанная о суровой русской природе, совсем не такой, как европейская. Но мимо мелькают веселые зеленые пейзажи, все цветет, все приветствует ее радостью начинающегося лета.

Города, станции, а особенно деревни и села не отличаются привычной взору немецкой аккуратностью, то и дело можно видеть обшарпанные, а то и полуразвалившиеся строения. Увы, разительные контрасты между дворцами и хижинами в России были всегда, есть и, скорее всего, будут.

Первым делом жених и невеста прибыли в Петергоф. Поезд прибыл в 17: 15. На станции их встречали император и императрица. Службу нес почетный караул от лейб-гвардии Конно-гренадерского полка. Среди встречающих было много офицеров лейб-гвардии Преображенского полка, в котором командовал Сергей Александрович. Как только вагон остановился, заиграл германский гимн.

О появлении Эллы великий князь Константин Константинович написал в своем дневнике: «В Петергофе недолго пришлось ждать на станции, скоро подошел поезд невесты. Она показалась рядом с императрицей, и всех нас словно солнцем ослепило. Давно я не видывал подобной красоты. Она шла скромно, застенчиво, как сон, как мечта».

Выйдя из вагонов и поздоровавшись со встречающими, отправились в малую церковь Александрии. Там духовник их величеств протоиерей Иоанн Янышев благословил невесту святой водой и крестом, отслужил торжественный молебен. Далее отправились в Большой Петергофский дворец, где молодым предстояло провести шесть ночей. Целыми днями Сергей занимался последними приготовлениями к свадьбе и почти не виделся с невестой. Тем временем Элла с отцом, сестрами и братом осматривала Петергоф, восхищалась водным каскадом с золотыми статуями, по красоте своей значительно превосходящим многие подобные сооружения, да и весь комплекс дворца не уступал Версалю, если не сказать, что превосходил его.

В один из дней Элла писала королеве Виктории: «Моя дорогая бабушка… я рада сообщить, что наше путешествие совсем не было утомительным, и сегодня, хотя я и вернулась после визитов, я чувствую себя вполне свежей. Вся семья так добра к нам… Этими днями у нас будет только семейный завтрак, а выезды – вечерами, когда еще вполне светло. В субботу будет торжественный въезд, и мы останемся на ночь в Петербурге. Я думаю, что свадьба будет в 12 часов дня на следующий день».

И в эти же первые дни ее пребывания в России родилась еще одна будущая свадебная пара – Аликс и Ники. Николай и Александра. Ему было шестнадцать, ей двенадцать, но уже 31 мая Ники вписал в свой дневник судьбоносное: «Мы друг друга любим».

Субботним утром 2 июня Сергей зачитал невесте телеграмму от императора: «Еще раз от всей души обнимаю тебя, милый Сергей, и да будет над тобою благословение дорогих Папа и Мама, и в особенности на завтрашний великий для тебя день. Будь счастлив со своей милейшей Ella и да будет благословение Божие на вас обоих. Крепко, крепко обнимаю тебя. Христос с вами! Твой брат Саша». В тот же день состоялся торжественный переезд из Петергофа в Петербург. Около 2 часов дня прибыли на Николаевский вокзал. Сергей Александрович, возглавляя почетный караул от Преображенского полка, выставленный на дебаркадере железной дороги, украшенном зеленью, цветами, вензелями и флагами. Невеста приехала в платье из серебряной парчи и в мантии со шлейфом пурпурного цвета. На Невском проспекте негде было яблоку упасть. Не так уж часты подобные зрелища. Элла и Минни – невеста и императрица – ехали вместе в позолоченной карете Екатерины Великой, запряженной шестеркой белых лошадей с плюмажами на головах, форейторы одеты в расшитые золотом ливреи. Рядом верхом на лошадях ехали жених, император Александр и отец невесты. Народ громко кричал «ура!», как некогда восклицал: «осанна!», а потом: «распни его!» И через 20 лет этот народ будет радоваться чудовищной гибели сегодняшнего жениха, а через 34 года живьем сбросит в глубокую шахту невесту…

Когда около 3 часов пополудни через посольский подъезд все входили в Зимний дворец, в Петропавловской крепости был произведен 101 пушечный выстрел. В соборной церкви отец Иоанн вновь совершил молебен, после чего прибывшие разбрелись по своим апартаментам. Остаток дня Сергей провел в кругу невесты и ее семьи. Свою новую жену Людвиг на свадьбу дочери не взял.

На следующий день отмечался праздник Всех Святых. С утра жених отправился в Петропавловку, молился у гробов отца и матери, как бы испрашивая у них благословения. В отличие от отца он никогда не будет иметь любовниц, останется верным своей жене до самой смерти. А невеста тем временем села перед зеркалом императрицы Анны Иоанновны, и придворный парикмахер из прекрасного делал прекраснейшее, завивал локоны, спускавшиеся по плечам, приводил в порядок лицо. Ему помогала императрица Минни, вместе они прикрепили бриллиантовую диадему и маленькую великокняжескую корону, надели ожерелье. Тяжеленные серьги Екатерины II, в которых после ее смерти венчались все невесты дома Романовых, прикреплялись золотой проволокой к ушам, и их хотелось поскорее снять. Зато невесте не придется думать: «Хоть бы этот счастливый день не кончался и не кончался!» Платье из серебряной парчи в русском стиле с большим декольте и длинными разрезными рукавами довершала пурпурная мантия, отороченная горностаем. В правую туфлю под пятку положили на счастье золотую монету. Всё, невеста готова!