Великий Йог Тибета Миларепа
Шрифт:
Ближайшие ученики Джецюна, скорбя от разлуки со своим гуру, одновременно утешали себя надеждой и верой в то, что в каком бы месте Джецюн ни достиг состояния Будды, они будут его первыми последователями. Они не сомневались в том, что Джецюн своим примером вложил новый дух и импульс в религиозную жизнь и в жизнь всех существ вообще, и все они были убеждены, что тайное учение и мантра, которые они получили и должны применять на практике, будут приносить благо им и остальным.
Теперь им предстояло исполнить волю Джецюна и извлечь то, что хранилось под очагом. Зная жизнь Джецюна, они никогда не могли даже помыслить о том, что он владеет золотом, но так как о золоте он упоминал особо, они решили поступить так, как он им велел.
Выкопав очаг, они нашли под ним квадратный кусок тонкой хлопковой ткани, которую носил Джецюн. В ткань был завернут нож, острие рукоятки которого служило шилом, тупая часть ножа – огнивом, а лезвие, которое было хорошо наточено, предназначалось для резки. Вместе с ножом был завернут кусок желтого сахара и письмо следующего содержания: «Сколько бы кусков ни отрезалось этим ножом от ткани и сахара, они никогда не уменьшатся. Отрежьте как можно больше кусков от них и раздайте людям. Все, кто вкусит этот сахар и коснется этой ткани, будут спасены и никогда не попадут в нижние миры. Они служили пищей и одеждой Миларепе, когда он находился в самадхи, и их благословили все прежние Будды и Святые. Тот, кто услышит имя Миларепы даже один раз, не родится в нижних мирах в течение семи жизней и в течение семи жизней будет помнить свои прежние воплощения. Об этом пророчество Святых и Будд прошлого. Пусть прольется грязь на уста того, кто скажет, что у Миларепы было золото».
Прочитав последнюю фразу, ученики не могли не рассмеяться несмотря на переживаемое ими горе. Письмо заканчивалось стихами:
«Пища, которую я, йог, вкушал, Когда пребывал в самадхи, Двойное приносит благо. Те, кому посчастливится отведать ее, Закроют плотно дверь рождения в Прета-Лока. Кусок этой белой хлопковой ткани [331] , Носимый на теле или на шее, Во время медитации, рождающей Жизненное Тепло, Закроет двери в ад, горячий и холодный. А те, кто вкусит эту благословенную пищу, Никогда не родятся в Трех Нижних Мирах. Те, кто связан со мной узами религии, Никогда не родятся в низших мирах, Но постепенно достигнут цели на Пути к Бодхи. Те, кто мое имя слышал даже один раз, И обратился к Вере, В течение семи жизней будут помнить свои прежние имена и касты. Для меня, Миларепы, наделенного энергией, Вся Вселенная трансмутирована в золото, И нет мне нужды держать его в суме. Я призываю моих духовных сыновей и последователей исполнять мои заповеди. Поступая так, они уподобятся мне И достигнут блага и цели».331
Белая хлопковая ткань, которую носят йоги Каргьютпа, символизирует Духовную Силу.
Исполняя волю Джецюна, они разрезали сахар на множество кусков, и каждый имел величину первоначального, который в то же время не уменьшался. Так же и ткань была разрезана на куски, которые вместе с сахаром были розданы всем пришедшим. Болезни и невзгоды оставляли людей, когда те ели сахар и носили ткань как талисман. Имевшие порочные наклонности и порабощенные страстями, переменились и стали последователями, преданными, искренними, рассудительными и сострадательными, и благодаря этому избежали рождения в низших мирах. Сахар и ткань не убывали в течение жизни каждого, кто их получил.
В день погребальной церемонии сыпались дождем цветы самой различной окраски, и некоторые из них были четырех и пяти цветов. Но не все цветы достигали земли. Оказавшись совсем близко от людей, большая часть из них поднимались снова вверх и исчезали. Те, которые упали на землю, были особенно красивы, но они таяли, как только к ним прикасались. Некоторые, трехцветные и двуцветные, были миниатюрными и неживыми, как крылья пчел. В долине Чубара небесные цветы лежали слоем по щиколотку, а в других местах их выпало достаточно много, чтобы земля вся покрылась ими и приобрела их окраску. Как только церемония закончилась, цветы исчезли, и радужное сияние на небе постепенно угасло.
В каждую годовщину небо было необыкновенно ясным, и на нем блистали радуги. Нескончаемо падали с неба цветы, воздух был напоен божественным ароматом, и повсюду, как и в день ухода Джецюна, звучала небесная музыка. Эта дарованная всему миру благодать слишком велика и многообразна, чтобы можно было написать о ней подробно. Ограничимся лишь упоминанием о том, что цветы расцветали даже зимой, и повсюду на Земле собирали богатые урожаи, и не было ни эпидемий, ни войн.
Когда Величайший из Йогов ушел в Чистые Сферы, те, о ком упомянуто в Приложении к этой книге, продолжали жить и свидетельствовать о том, что написано в ней. Учеников, достигших святости по его великой любви и милосердию, было столько, сколько звезд на небе. Как песчинки на Земле, не счесть тех, кто никогда не вернется в сансару [332] , как и тех мужчин и женщин, кто ступил на путь, ведущий к состоянию архата [333] .
332
Буквально: «тот, кто никогда не вернется» (или анагами).
333
Первый шаг на Пути к достижению состояния архата называется на санскрите шротапатти, т.е. «вхождение в поток»; тот, кто входит в этот «поток», именуется «шотапанно», т.е. «тот, кто вошел в поток» (или ступил на Путь).
И воссияла, как солнце, Буддийская Вера, и все живые существа освободились от печали и обрели вечное счастье.
Это двенадцатая и последняя глава жизнеописания Джецюна.
ПРИЛОЖЕНИЕ
Среди шишьев или учеников Джецюна был ученик – Несравненный Двагпо-Ринпоче [334] . О нем предсказали Дакини, являвшиеся Джецюну в видениях, когда он встретился с Шива-Вед-Репой, что он будет, как солнце, затмевающее все светила. Вторым был Речунг-Дордже-Тагпа из Гунгтханга, который освещал мир, как луна. Созвездиям можно уподобить восемь ближайших учеников [335] : Нган-Дзонг-Тенпа-Бьянг-Чуб-Гьялпо из Чим-лунга (которого звали также Нган-Дзонг-Тенпа), Шива-Вед-Репу из Гьял-Том-мада, Себан-Репу из До-та, Кхьира-Репу из Ньи-шанга, Бри-Гом-Репу из Мюса и Сангьяй-Кьяп-Репу из Рагмы. Были еще тринадцать учеников [336] : Шаг-Гом, Лан-Гом, Ме-Гом, Ца-Пху, Кхар-Чунг, Ронг-Чунг, Стаг-Гом-Репа-Дордже-Вангук, Джо-Гом-Репа-Дхарма-Вангчук, Дампа-Гья-Пхупа, Ликор-Чарува, Лотен-Гедюн, Кье-Тен-Шакья-Гуна и Дретен-Трашибар, из которых последние шесть также удостоились звания Репа [337] . Из этих двадцати одного ученика йогами и бхикшу [338] были Двагпо-Ринпоче и пятеро из тринадцати, упомянутые в конце списка.
334
Другая форма этого имени – Двагпо-Лхардже. Он также известен как Дже-Гампопа.
335
Буквально: «духовные сыновья».
336
Буквально: «духовные сыновья».
337
Будучи невосприимчивы к холоду, они не нуждались в теплой одежде и носили одежду из тонкой хлопковой ткани.
338
Получившие полное посвящение в монашеский чин назывались бхикшу.
Среди учениц были Чо-нга Речунгма, Сале-Вед из Ньянама, Палдар-Бум из Чунга и родная сестра Джецюна Пета-Ген-Кьит [339] .
Было еще двадцать пять йогов и йогини, значительно продвинувшихся на Пути. Анагами были сто, в том числе познавший Истину Дзиво-Репа (Пастух-Репа), и сто восемь Великих, приобретших с помощью медитации большой опыт и знания.
Отрекшихся от мира и живущих исключительно религиозной жизнью, садху и йогов, мужчин и женщин, была тысяча.
339
Отцы и святые буддийской церкви предоставляли женщинам возможность черпать утешение в религии наравне с мужчинами, и в этом состоит одно из главных достижений буддизма. Будда вначале не решался принимать в Сангху женщин не потому, что считал их в нравственном отношении ниже мужчин, а потому, что стремился оградить монахов от соблазнов пола, свойственного природе человека. Впоследствии он позволил, хотя и неохотно, основать орден буддийских монахинь Бхикшуни-Сангха, и как свидетельствуют записанные гимны монахинь, женщины разделили с мужчинами славу защитников и проповедников Учений Просветленного.
Кроме них огромное число преданных Джецюну учеников-мирян, мужчин и женщин, которые навсегда закрыли для себя дверь в низшие сферы.
А теперь скажем несколько слов о нечеловеческих учениках Джецюна.
Среди нечеловеческих учеников, стоявших выше и ниже людей, были Пять Сестер-Богинь, или Фей, называемых Пять Сестер из Дурги, и великанша-людоедка, жившая в скале близ Лингвы. Множество других духов также посвятили себя делу защиты Буддийской Веры [340] .
340
Буквально: «белой стороны», в отличие от «черной стороны» (или черной магии), т.е. религий, не приносящих Освобождения.
Все человеческие ученики, принимавшие участие в погребальных церемониях, посвященных их Владыке Джецюну, затем сразу же удалились в свои пещеры и пустынные прибежища и, исполняя заповеди Джецюна, проводили жизнь в медитации и религиозном служении.
Речунг тем временем пошел в провинцию Ю, чтобы передать Двагпо-Ринпоче (первому ученику Джецюна) вещи реликвии, которые ему завещал Джецюн. Хотя и с опозданием, он вспомнил о завещании Джецюна. Встретив Двагпо-Ринпоче в Ярлунг-Пхушаре, Речунг передал ему шляпу Майтри и посох из агару и рассказал о случившемся. Гампопа Двагпо-Ринпоче, выслушав его, на какое-то время потерял сознание.
Вернувшись в сознание, он обратился к гуру со скорбными молитвами, которые включены в житие Джецюна [341] , написанное Гампопой. Затем он пригласил Речунга к себе и получил от него всю Карна-Тантру [342] Демчога.
Передав Гампопе предназначенную ему часть реликвий и все религиозные учения (которые он должен был передать ему), он расстался с ним и пошел в монастырь Лоро-Дел, где пробыл в глубокой медитации всю оставшуюся жизнь. На небо он был вознесен с телом. Он не оставил на Земле и претворил в эфир свое физическое тело.
341
Автором нашего текста является Речунг – второй ученик Джецюна.
342
Карна-Тантра – Эзотерическое учение, передаваемое всегда устно, называется «истины, сообщаемые на ухо шепотом». Гуру, являющимся хранителями этих тайных знаний, запрещается их записывать, дабы они не оказались в руках непосвященных и недостойных.