Чтение онлайн

– Я знаю, - он все улыбался, - знаю, моя Рыжая Лиса. Так сказал человек небес, шаман. Значит, так и будет.

Менева уплыл на западный берег реки, а Констанца, искупавшись, шла к частоколу, что окружал форт. Она застыла и пробормотала себе под нос: «Какая же я дура! Он мне говорил, еще тогда…, Его отец встал на путь краснокожих, его сестру похитили белые…»

Констанца повернулась к огромному, багровому солнцу, что освещало бескрайнюю прерию. Она приставила ладонь к глазам, следя за одиноким всадником: «Менева. Брат Мораг. Кто бы мог подумать?»

– Иди ко мне, - шепнул сейчас ей Менева. Констанца, оглянувшись, - поселение спало, теплый, томный ветер дул с юга, - подняла подол юбки. Он прижал ее к стене. Констанца, царапая ногтями бревна, выдохнула: «Тебе…надо уехать…»

– Только вместе с тобой, - Менева наклонился, прижавшись губами к ее шее, вдыхая запах цитрона. «Пожалуйста, Рыжая Лиса, не мучь меня…»

– Скоро, - пообещала Констанца и вспомнила: «В августе пароход Фултона идет в первый коммерческий рейс. Мне надо быть на севере. Пусть Менева отвлечется на что-нибудь, забудет обо мне…»

Он тяжело, часто задышал: «Я люблю тебя, так люблю…». Констанца повернулась и обняла его за шею: «Я знаю, где твоя сестра!»

Она стояла, так и не высвободившись из его объятий. Менева, выслушав ее, задумчиво сказал: «Бостон. Спасибо тебе, - он прижался лицом к ее рукам, - спасибо…Я заберу ее, она моей крови, мы должны жить одной семьей. И буду ждать тебя».

– Я приеду, - легко пообещала Констанца, - я ведь теперь знаю, как тебя найти. Менева начертил ей карту. Констанца, глядя на нее, спросила: «Это ведь не так далеко на западе?»

– Дальше чем, то озеро, которые вы называете Великим, - ответил ей Менева. «Там холмы, горы, там чистые реки…, Я там вырос, любовь моя. Мы будем охотиться, ловить рыбу…»

Констанца нежно сжала его руку и повторила: «Приеду».

Она проследила глазами за его широкой, надежной спиной. Взбежав наверх, женщина проскользнула в боковую каморку. Наскоро помывшись, она разделась. Присев на подоконник, Констанца прикурила от свечи:

– Сюртук ему даже пойдет. Вряд ли он в Бостон поедет в таком виде, как будто только из типи вышел. Все же неглупый парень. Если Тедди его убьет, - а он может, - то все разрешится само собой. Или Мораг над ним посмеется. Не отправится же она в прерии».

Констанца затянулась сигаркой и вспомнила капризный, женский голос: «Тедди так часто ездит в Нью-Йорк, что я ему сказала - надо купить здесь квартиру».

Мораг сидела, откинувшись на спинку кресла, отпивая кофе из серебряной чашки. Она одобрительно оглядела парадную гостиную Констанцы. Та усмехнулась: «Дорогая моя, с вашими деньгами вы себе можете имение позволить, на Гудзоне. Как раз продается дом рядом со мной».

– Тедди надо быть в городе, - вздохнула Мораг, покрутив носком атласной туфельки. «У него клиенты…»

Констанца посмотрела на блеск аметистов на стройной шее: «Балует он ее, конечно. Лучшие портные, драгоценности, лошади у них отличные. Впрочем, он очень успешный адвокат. Опять же, брат Дэниела - это Тедди только на руку».

Она услышала сонный голос мужчины: «Дай-ка и мне покурить».

Берр присел в постели: «Иди сюда». Он пошарил у кровати. Найдя фляжку с виски, мужчина отхлебнул: «Сейчас появятся индейцы, проводят нас до границы. Там Мексика, там законов нет».

– Здесь тоже нет, - Констанца легко соскочила с подоконника и повертела в руках пистолет. «Только вот это».

Она устроилась рядом с Берром. Чиркнув кресалом, искоса взглянув на него, Констанца вспомнила летний вечер в Нью-Йорке и свой деловитый голос: «Вице-президент Берр, я понимаю, что вам надо уехать, иначе вас арестуют. Ответьте только на один вопрос - вы будете баллотироваться в президенты нашей страны?»

Он остановился посреди неубранного кабинета. Опираясь на заваленный бумагами стол, Берр хмыкнул: «Вчера я убил вашего любовника на дуэли, а сегодня вы просите меня об интервью?»

– Не только, - Констанца аккуратно оточила карандаш. Пройдя мимо него, задев его локтем, женщина высыпала очистки в серебряную корзину для бумаг.

– Я прошу разрешения стать вашей любовницей, вице-президент, - она повернулась и посмотрела на него темными, большими глазами.

Констанца потушила сигарку. Он одобрительно заметил: «Ты молодец, что помогла мне бежать из этого проклятого форта Стоддарт. Впрочем, я всегда знал, что ты меня любишь, - уверенно сказал Берр, переворачивая ее на бок. Констанца раздвинула ноги и усмехнулась:

– Помогла бежать. Все было подстроено капитаном Горовицем, по приказанию правительства США. Все эти два года, я читала твои переписку, дорогой Берр, и передавала сведения в Вашингтон. Ничего, завтра появится Хаим со своими людьми и все будет кончено. Вернусь к детям. В июне папа приезжает, с Изабеллой. Хоть сестру свою новую увижу. И дядя Питер с тетей Мартой здесь будут, все лето проведут. Вот и отлично, - она застонала. Вытерев ноги простыней, Констанца услышала храп мужчины. Женщина подождала, пока Берр крепко заснет. Выбравшись из постели, закутавшись в шаль, она зажгла новую свечу.

Констанца писала свои заметки стенографией. Когда Берр попросил перевести, Констанца, улыбаясь, стала читать описания красот прерии. Он только махнул рукой: «Ладно, ладно, я тебе верю».

– И очень зря, что верил,- пробормотала Констанца. Налив себе остывшего кофе из оловянного чайника, она быстро написала: «Арест государственного преступника, мистера Берра, бывшего вице-президента США. Свидетельство очевидца». В распахнутые ставни была видна тусклая, робкая полоска рассвета.

Маленький отряд подъехал к поселению. Хаим, остановив лошадь, осмотрелся: «Трое остаются внизу, остальные со мной. Он один, судя по сведениям, но все равно, не надо рисковать, человек опасный»

– В случае побега стрелять на поражение, капитан?
– спросил его заместитель, лейтенант Гейнс.

– Нет, нет, - Хаим взвесил на руке пистолет, - он должен выйти на публичный процесс. Стреляйте в ногу. Вряд ли он успеет опомниться, мы его врасплох застанем.

Они все были в штатском - кое-кто в индейской одежде, сам Хаим - в холщовой куртке фермера. «Жарко, - подумал мужчина. «Конечно, юг, реки рядом. Даже не поверишь, что в Бостоне еще снег лежит. Какая у нас все-таки страна огромная».

Он вспомнил, как стоял на берегу Тихого океана. Хаим осторожно тронул лошадь, - копыта были обмотаны, тряпками.

Констанца уже ждала их, прислонившись к бревенчатой стене таверны.

– Он один?
– тихо спросил Хаим, спешиваясь.

На ее тонких губах заиграла улыбка. Женщина засунула руки в карманы замшевой юбки: «Спит. Мне там делать больше нечего, - она похлопала по вышитой бисером индейской суме, - тетрадь и карандаш у меня здесь».

– Возьми мою лошадь, - наклонился к ней Хаим, - у нас две запасных. И жди меня, - он достал из кармана куртки карту, и провел по ней пальцем. «Компас у тебя есть, с пути не собьешься».