Чтение онлайн

– Все будет хорошо, - одними губами сказал Питер герцогу: «Ты двенадцать лет ждал, и дождался, наконец».

– А почему здесь?
– недоуменно спросил Джон: «Церковь известная, но даже не наша приходская».

– Сам говорил, - Питер поднял бровь, - что можешь венчаться, где угодно. Вот и венчайся, - он передал жениху кольцо и шепнул: «Идет».

Джон обернулся: «Все равно не верю». Она вся была маленькая, легкая, из-под шляпки на стройные плечи падали светящиеся золотом волосы. Полина оказалась рядом с ним. Джон почувствовал прикосновение ее мягкой руки. «Вот и все, - одними губами сказала Полина, - вот и все, любимый мой».

Все время, пока они стояли на коленях перед алтарем, пока Аарон, мягко улыбаясь, говорил знакомые слова, Полина видела грустный, нежный взгляд священника. «Пусть будут счастливы, - Аарон посмотрел на белокурую, изящную голову, - пусть у них дети родятся, пусть…»

– Можете поцеловать невесту, - разрешил он. Полина услышала шепот мужа: «Навсегда, это теперь навсегда, любимая».

Их вещи уже отправили в Саутенд. Ландо повернуло на Юстон-сквер. Джон, увидел аккуратно загороженный деревянными щитами, строящийся дом. «Питер, - он держал за пальцы жену, - Питер, я не верю, неужели…»

Младший мистер Кроу поправил бутоньерку в петлице темного сюртука: «Свадебный подарок, мы вам говорили. Не волнуйтесь, ваша светлость, - он смешливо взглянул на платье Полины, - у нас там, - Питер повел рукой в сторону незаметной двери, - чисто».

Они до сих пор не понимали, подумал Питер, ведя их вниз, по широким, каменным ступеням. Шипели газовые светильники, было тихо. Из тоннеля, доносился свист паровой машины. Перрон был пуст, вывески еще не приколочены. Питер, остановившись в центре зала, гордо сказал:

– Это будет называться, станция «Гоуэр-стрит». Вот и поезд, - он улыбнулся, завидев локомотив с одним вагоном. «Хоть бы рот закрыли, - весело пожелал Питер, любуясь надписью «Just Married» над изящной дверью, - Джон видел водопад на реке Замбези, Полина Ниагару, Аарон на Крымской войне был…, И на поездах они все ездили».

– На таком никогда, - герцог прервал благоговейное молчание: «Питер, но это же…»

– Пробный рейс, - Питер повернул медную ручку двери: «Три станции, отсюда до Сити, до Фаррингдона. Там ждет ландо, отвезет нас на вокзал. Но когда-нибудь, - он дал пассажирам пройти в вагон, - по всему Лондону можно будет проехать на метро, обещаю. Вы в первом классе, разумеется, - добавил Питер.

– Метро - зачарованно повторил Джон, устраиваясь рядом с женой на обитом гранатовым бархатом диване. Вагон освещался газом, и был выкрашен в два цвета, темно-красный и слоновой кости. «Очень красиво, - Аарон все оглядывался, - и даже пепельницы есть».

– Когда откроется дорога…, - шепнула Полина мужу, - то есть метро, я по ней каждый день буду ездить, обещаю. Мне никогда не надоест.

– Метро, - Аарон улыбнулся: «Правильно, вы называетесь: «Железная дорога-Метрополитен. Так и надо». Поезд мягко тронулся. Полина пожала руку Джона: «Едем!»

Они ехали. В открытые окна вагона дул мягкий, подземный ветер, пахло углем, гарью, газом. «Билет в один конец будет стоить три пенса, - рассказывал Питер, - а для ранних пассажиров мы сделаем скидку. Три пенса за дневной проезд туда и обратно. По будням первый поезд в шесть утра, последний состав в одиннадцать вечера».

Через десять минут они были на станции Фаррингдон. Питер взглянул на свой брегет: «Точно по расписанию. За восемнадцать минут вы доберетесь из Сити до вокзала Паддингтон, а потом, - он распахнул перед пассажирами дверь, - потом мы отправимся дальше».

На лестнице стены были отделаны терракотовой плиткой. Герцог сказал: «Я через неделю встречаюсь с Пальмерстоном. Когда мой отпуск закончится, - Джон весело ухмыльнулся, - можешь не сомневаться, «К и К» окажут поддержку, во всех начинаниях».

Питер, блеснув алмазами на запонках, поправил черный, шелковый галстук. Мужчина надел цилиндр: «Дай мне сначала в Японию съездить, дорогой кузен, и все это, - он обернулся и удовлетворенно посмотрел на локомотив, - запустить. Передай премьер-министру, что я свое слово держу. В Лондоне заработает подземная дорога. Мы восстановим трансатлантический телеграф и проложим рельсы между Бомбеем и Калькуттой. Я так решил и так будет, - заключил Питер и подогнал их: «Через два часа я хочу сидеть за свадебным обедом, дорогие молодожены. Пока я велел доставить шампанского в салон-вагон».

На вокзале Фенчерч-стрит, в вагоне, Полина устроилась рядом с мужем за столом орехового дерева. Она услышала ласковый голос: «Я маме двенадцать лет назад обещал, привезти тебя в Саутенд. Я маме привет передам, Аарон, от Аниты и тебя. Присоединяйтесь к нам, когда она оправится, - Питер взял хрустальный бокал: «За молодых!»

Аарон долго махал вслед поезду. Священник, все еще улыбаясь, пошел на запад. Он заглянул по дороге в «Фортнум и Мэйсон» и купил Аните ее любимый мильфей, совсем свежий, и сладких, французских груш.

– Посидим в саду, - Аарон, поднялся по ступеням особняка, - тепло, солнце светит…, Заварю чаю, поговорим о книгах. Вечером она мне поиграет…, У нее к выходным пройдет растяжение, поедем в Саутенд. А Полина…, - он обернулся и посмотрел на золотистый, яркий день, на рыжие листья деревьев в парке, - просто будь рядом с ней, как ты и обещал.

Дома было тихо. Он пошел наверх, все еще держа в руках сверток из магазина. Священник недоуменно позвал: «Анита!». Аарон нажал на ручку. Спальня была убрана. Он сразу увидел на столе, под пресс-папье, записку.

Он успел положить рядом коробку с пирожными, все еще не веря, не желая поверить. «Милый папа, - читал Аарон, - прости, но я уехала с любимым человеком. Пожалуйста, не ищи меня. Я пришлю тебе письмо, когда мы устроимся на одном месте. Твоя дочь, Анита».

Аарон повертел письмо:

– Доченька, зачем…Я бы понял, милая…, Зачем ты так…, - он помолчал, сжав в руке бумагу. Аарон тяжело вздохнул и расправил записку: «Все равно, - сказал себе священник, - все равно, я найду Аниту. Где бы она ни была».

В саду синагоги пахло едва уловимо, тонко, цветущим жасмином и вишнями. Белого шелка хупа стояла на увитых розами столбиках. Свадьба закончилась. Собравшиеся на мраморных ступенях, под портиком в античном стиле, держали хрустальные бокалы с вином.

Жених, в военной форме новой армии конфедератов, в светло-голубом мундире, принимал поздравления. Мистер Александр Сальвадор, глава общины, пожал ему руку. Он услышал веселый голос сзади: «Ваш брат, мистер Сальвадор, прислал мне письмо из Нового Орлеана. Он обещал замолвить за нас словечко перед равом Горовицем».