Чтение онлайн

Получив письмо от Виллема, Марта поехала в город, к Джону. Вернувшись, она устало вздохнула: «Его светлость разошлет приметы Маргариты, но вряд ли она в Британию подалась. Может быть, в Америку. Я Бет напишу, - пообещала Марта и склонилась над колыбелью. Люси лежала, восторженно размахивая ручками, улыбаясь. «Мама вернулась, - ласково сказала Марта, - папа и бабушка были молодцы. Справились с тобой».

– Мальчишки тоже помогали, - Питер нагнулся и поцеловал белое, виднеющееся из-под кружев плечо, - но Грегори переживает, из-за сестры. Он и Виллему теперь писать не может, если они в Мон-Сен-Мартене обосновались.

Марта погладила дочь по русой, прикрытой кружевным чепчиком голове. Люси сосредоточенно, серьезно припала к груди. «Маргариту мы найдем, - задумчиво сказала женщина, - а Джон сейчас Ирландией занят будет, и я тоже. Жаль, что здесь машину Бэббиджа не поставить, из соображений безопасности, но ничего, - Марта нашла руку мужа и пожала ее, - я буду в Лондон ездить».

Всю зиму Марта взламывала шифры ирландских радикалов. Джон отправился в Дублин весной. Восстание фениев было неудачным, английская контрразведка читала их переписку. Вернувшись, герцог хмуро сказал:

– Этим все не закончится. Несколько особо опасных людей, от нас ускользнуло. Американские ирландцы, с военным опытом. Мне кажется, здесь, - он оглянулся на цветущий сад, - мы их тоже увидим, скоро. В Лондоне, в Манчестере...»

Люси, в шелковом, светлом платьице, бойко подошла к матери и положила маленькую ладошку ей на живот. «Брат, - сказала девочка, картавя,- или сестра. Скоро». У нее были прозрачные, зеленые материнские глаза и темно-русые, немного вьющиеся волосы.

– Говорит, как хорошо, - удивился герцог, - ей чуть больше года…, - он охнул. Марта чувствительно толкнула его под ребра.

– Хорошо говорю, - надменно согласилась Люси и ушла к шали, расстеленной на траве. Девочка аккуратно присела и стала складывать деревянные кубики с буквами.

– Она той неделей «мама» и «папа» составила, - углом рта сообщила Марта, - она очень обижается, если ее успехов не замечают. А что она болтает бойко, она в девять месяцев начала. Посмотрим, кто в этот раз появится на свет, - Марта усмехнулась.

Бромли отпил вина:

– Доктор Браун порекомендовал маленькую операцию для Кэтрин, абсолютно безопасную. Для исцеления ее расстройства. Она совершенно излечилась, - весело сказал Бромли, - летом она венчается с моим деловым партнером, из Манчестера!

Питер, записывая в блокнот имя и адрес врача, хмыкнул: «Конечно, Бромли и его жена были рады сплавить дочь подальше, после такого скандала. Пусть за вдовца, в два раза ее старше, пусть в провинцию, но с глаз долой, как говорится».

Сегодня он вез Брауна на первый осмотр к Марте. Роды должны были начаться через две недели, по расчетам ее бывшего врача, но ребенок пока не перевернулся. Питер волновался, но Марта успокаивала его: «С Люси все было хорошо, и с маленьким тоже будет, обязательно».

Мартин взглянул на хронометр:

– Сидония мальчишкам, наверное, все пирожные заказала, что в меню были, в «Фортнуме и Мэйсоне». Пойду, к ним присоединюсь, - он наклонился и поцеловал каштановые, в седине волосы Питера:

– Ты тоже от стола не отходил, когда из школы на каникулы приезжал. Да и я сладости с кухни таскал. Не думай о плохих вещах, сыночек, - неслышно сказал Мартин, - все обойдется и у нас четверо внуков будет. Разве могли мы с мамой такого ожидать?
– он потрепал сына по голове: «В Мейденхеде встретимся. Мы Марте и Люси что-нибудь вкусное привезем. Клубника свежая сейчас, спаржа, вишни…»

Проводив отца, Питер, взял свою папку для семейной корреспонденции. Он отыскал последнее письмо кузена Стивена:

– Конечно, пусть Петр приезжает к нам следующим летом. Я его встречу в Александрии, и все вместе отправимся на канал. Начнет он с подручного. Ты его предупреди, что работать придется много…, -Питер усмехнулся: «Двенадцать лет мальчику, а он с меня ростом. Он такой же, как его отец будет».

Он продолжил читать: «Мы с Мирьям решили, что, как только придем из Арктики, осядем в Лондоне. Она сдаст врачебные экзамены, я вернусь к гражданскому строительству. Каждое лето у нас гостит Моше, Петру будет с кем поиграть».

Пасынок, на пасхальных каникулах заявил, что летом хочет поехать на канал.

– Мне двенадцать лет, - весело сказал Петр, - я, мамочка, тебя выше, - он поцеловал Марту в щеку: «Хотя бы разрешите мне в Ньюкасле в шахту спуститься».

– Это, пожалуйста, дорогой мой, - смешливо отозвался Питер, держа на коленях дочь. Люси пристально, сосредоточенно рассматривала покрытую цифрами бумагу. Марта давала ей черновики своих вычислений. Он покачал девочку:

– Когда ребенок родится, бабушка и дедушка отвезут вас в Ньюкасл, до школы. Дедушка тебя в шахту возьмет, на заводе поработаешь. А дяде Стивену я напишу, - заключил Питер.

Они с Мартой предполагали послать Петра во Францию. Анри обещал встретить его в Дувре, и отвезти в Марсель. Там он собирался посадить мальчика на корабль до Александрии.

– Никаких сопровождающих, - строго велел Петр, почесав рыжие кудри, - я взрослый. Подручным наймусь, в машинное отделение.

– Непременно, - расхохоталась Марта и подмигнула Питеру.

Вечером, в спальне, положив ладонь на ее живот, Питер, задумчиво, сказал:

– Растут мальчишки. Петр, как отец его, будет ездить, строить. Грегори, может, еще в Бомбей отправится. Останемся мы вчетвером, - от Марты пахло жасмином. Она сидела, в короткой, кружевной рубашке, расчесывая волосы. Люси дремала в своей дубовой колыбельке. Лицо у дочери даже во сне было серьезное.

– Может, - лукаво заметила Марта, - и больше нас будет, мистер Кроу. Видишь, как быстро все получилось, - она потянула Питера за руку и отдала ему серебряный гребень.

Он убрал письмо от Стивена, часы пробили пять вечера. Питер взял свой цилиндр. Пора было ехать в лечебницу доктора Бейкера.

– Все будет хорошо, - напомнил себе Питер, запирая кабинет, отдавая ключи охраннику. Он сбежал вниз по широкой, мраморной лестнице, и вышел на пустынную, летнюю улицу Бишопсгейт.

Марта аккуратно отрезала серебряными ножницами полоску бумаги и написала своим четким почерком: «Сан-Франциско». Комод этот она помнила с тех времен, когда девчонкой приехала в Лондон, с дедушкой Тедди. Он был сделан в царствование королевы Анны, после гражданской войны. Бабушка Марта дала ей прочитать семейную хронику и усмехнулась:

– Говорят, что архив леди Констанцы, граф Ноттингем все-таки увез из Мейденхеда на континент. Отдал ее папки в библиотеку Ватикана. В тайное хранилище, - бабушка, со значением, подняла бровь: «Дядя Джованни, когда монахом был, работал с ее документами, но ничего оттуда не запомнил».

– Теперь и не найти их, - Марта потерла поясницу и пробежалась тонкими пальцами по ящичкам темного дуба.

– Париж, Амстердам, Иерусалим, Суэцкий канал, Вашингтон, Сан-Франциско, - пробормотала она, -наконец-то Бет и Джошуа на одном месте обосновались. Вторая девочка у них.