Чтение онлайн

– Мне, наверное, сюда нельзя, миссис Горовиц, - она прикоснулась к своей щеке, - я цветная, не еврейка…

– Не евреям в синагоге быть разрешается, - успокоила ее Бет, - а что вы цветная, - женщина улыбнулась, - и я такая же. Вы слышали, вчера, когда мистер Фридлендер пришел мне кидуш сделать, мы говорили, что сейчас все будет меняться, и в Чарльстоне тоже, - она окинула взглядом цветущий, ухоженный сад.

Пинкертон забежал к Робинсонам в пятницу, сказать, что Бельмонте в тюрьме. Сыщик подмигнул Бет:

– Рав Горовиц помогает расследованию. У него голова хорошая. Мы его посадили анализировать данные об ограблениях банков. У нас есть подозрение, что Бельмонте и Джессе Джеймс вместе работали, - Пинкертон наклонился над колыбелью и улыбнулся:

– И на вас малышка похожа, миссис Горовиц, и на Джошуа. Не беспокойтесь, - он помолчал, - Моррис выделил охрану для дома. Опять же, - Пикертон поскреб в бороде, - не след нам рава Горовица из тюрьмы выпускать, пока мы всех дружков Гремучей Змеи не арестовали.

Фридлендер появился у Бет еще до того, как она зажгла свечи, с бутылкой вина Судаковых. Старик, смешливо, заметил: «В шабат о таком говорить не след, миссис Горовиц. Я хотел, чтобы вы узнали».

Ребекка Бельмонте наняла адвоката для гражданского развода. В понедельник, по слухам, женщина уезжала в Филадельфию, на раввинский суд.

– Будет на развод подавать, - Фридлендер откупорил бутылку, - не хочет риска. Вдруг ее мужа не расстреляют, а дадут пожизненное заключение. Я слышал, по завещанию ее отца, все деньги к ней перешли. Бельмонте только получил право пользования средствами. Видимо, - Фридлендер пощелкал сухими пальцами, - старик Толедано чувствовал, что подозрительный у него зять. Совет общины после шабата соберется…, - он, испытующе, посмотрел в глаза Бет. Женщина пожала плечами:

– Это пусть рав Горовиц решает, мистер Фридлендер. То есть мы вместе, но я его еще не видела…, -она достала девочку из колыбели и шепнула в маленькое ушко: «Твой первый шабат, милая. Завтра в синагогу пойдем. Послушаем, как Тору будут читать…»

Бет надо было сказать благословение за избавление от беды, так полагалось после родов.

– Джошуа тоже надо, - она передала дочь миссис Робинсон и толкнула тяжелую дверь, - когда его из тюрьмы выпустят. Когда выпустят…, - она повернулась к акушерке:

– Мистер Фридлендер сказал вчера, что вам будут рады. Это наша страна, - Бет улыбнулась, - нам в ней жить, всем вместе.

Они поднялись на галерею. Бет, устраиваясь на скамье, посмотрела на американский флаг, в углу бимы:

– Пусть дети рода Авраамова, поселившиеся на этой земле, и впредь заслуженно пользуются добрым к ним отношением со стороны других жителей. Это мистер Вашингтон написал, чтобы отметить избрание прадедушки Меира в Палату. Так и случится, - уверенно сказала себе Бет, - белые, цветные, евреи, не евреи…, Каждый сможет сидеть под собственной виноградной лозой и смоковницей, и ничто не будет ему угрожать…, Под виноградной лозой, - Бет вспомнила сухой жар на плантациях в Цфате, сладкий, терпкий вкус ягод и взглянула вниз: «Начинают, миссис Робинсон. Миньян собрался, десять мужчин».

Они дождались чтения Торы. Когда свиток пронесли по залу и развернули на биме, Фридлендер, он вел молитву, поднял голову и кивнул Бет.

Она взяла спящую дочь на руки и грустно подумала: «Не назовем ее сегодня». Бет поднялась и сказала своим красивым, низким голосом оратора:

– Благословен Ты, Господь, Бог наш, Царь Вселенной, Воздающий должникам блага, за то, что благом воздал мне.

– Амен! Тот, Кто воздал тебе благом, Он будет воздавать тебе всяким благом, - услышала Бет знакомый голос и застыла.

Он стоял посреди прохода, в костюме с чужого плеча, без галстука, на плечи был накинут талит. Джошуа широко, счастливо улыбался.

– Папа наш здесь, - ласково сказала Бет маленькой, - посмотри, какой он красивый. Мы больше с ним никогда, никогда не расстанемся, обещаю.

Она всхлипнула и шепнула акушерке:

– Сегодня маленькую назовем, как положено. Мужа моего из тюрьмы выпустили, - Бет глубоко вздохнула, - благословен Господь, творящий добро.

Джошуа вызвали к Торе третьим. Он тоже сказал благословление об избавлении от беды. После того, как рав Горовиц прочитал свой отрывок, Фридлендер откашлялся:

– Тот, кто благословил наших прародителей, Авраама, Исаака и Яакова, пусть он благословит Элишеву-Сару, дочь Авраама, и ее дочь, что родилась в благое время, и пусть ее имя наречется в Израиле…, -он посмотрел на Джошуа. Бет заметила, что муж вытирает глаза.

– Батшева, - громко сказал рав Горовиц.

– Батшева, дочь Иехошуа, - продолжил Фридлендер, - и муж Элишевы-Сары, отец Батшевы, пожертвует на благотворительность от их имени. Пусть родители Батшевы вырастят ее для Торы, хупы и добрых дел, и скажем, амен!

– Амен!
– отозвались мужчины. «Поздравляем, рав Горовиц!»

Бет покачала Батшеву:

– Теперь у девочки нашей имя есть. Когда служба закончится, мы с вами вниз спустимся, на кидуш…, -Бет повела рукой, - печь мне негде было, но я еще их здесь побалую, - она погладила Батшеву по голове. Акушерка, осторожно, спросила: «Останетесь вы здесь, миссис Горовиц?»

Бет помолчала:

– Вы тоже, миссис Робинсон, с мужем вашим сюда приехали, потому что неграм здешним помощь требуется. И мы с равом Горовицем отправимся туда, где мы нужны евреям, больше всего. Дочитали, - заметила Бет, - сейчас рав Горовиц говорить будет. О главе Торы, что на этой неделе учат.

– Он в тюрьме был, - ахнула миссис Робинсон, - не готовился, как он…,

– Он у меня очень способный, - нежно сказала Бет, глядя на мужа, что остался на биме, - мой рав Горовиц. Во всем, миссис Робинсон, - лукаво добавила женщина и, устроила Батшеву удобнее: «Давай папу послушаем».

Вечером, после исхода Субботы, они с Джошуа сидели в саду Робинсонов, под крупными, яркими звездами. Рав Горовиц вынес на ступени крыльца колыбельку. Батшева спокойно спала, пахло морем и магнолиями.

– Фридлендер мне письмо отдал, - Джошуа затянулся папиросой, - оно вчера в синагогу пришло, на мое имя. Я мистеру Строссу сообщил этот адрес, - он помолчал и улыбнулся, - как знал.

Бет сидела под фонарем с зажженными в нем свечами, и быстро писала в своем блокноте. Моррис обещал ей встречи с арестованными членами Клана. Он, смешливо заметил:

– Судя по всему, мы скоро отправимся на запад, миссис Горовиц. Будем искать банду Джессе Джеймса. Не хотите с нами?
– поинтересовался начальник полиции: