Чтение онлайн

– У него иностранный акцент, - понял Браун: «Откуда они появились..., Я сказал этому Питеру Кроу, что все в порядк. Нет нужды звать других врачей».

– Меня зовут Николай Пирогов, - хмуро заметил пожилой мужчина, подойдя к столу, одернув простыню, которой была накрыта Марта: «Я хирург, русский, в Лондоне проездом. Может быть, вы слышали обо мне. Я знал миссис Кроу..., - Пирогов помолчал, - давно».

Она совсем не изменилась, понял Пирогов, только вокруг рта и под глазами появились легкие морщины. Бронзовые волосы стягивала холщовая косынка. Пирогов вспомнил маленькую, легкую девушку в коричневой форме сестер Марфо-Мариинской обители, и залитые солнцем улицы Симферополя. Миссис Кроу была в рубашке с короткими рукавами. Он увидел старый, стершийся шрам на левой руке.

– Это когда она за ранеными ползла, - ласково подумал Пирогов, - ее на Малаховом кургане в плен взяли. Господи, кто бы мог подумать, тринадцать лет прошло.

По дороге в Мейденхед он рассказывал сыну мадемуазель Марты, про себя Пирогов называл ее именно так, о Крымской войне. Он сразу понял, что перед ним сын полковника, а потом узнал и его имя, Степан Воронцов-Вельяминов.

– Все думали, что он без вести пропал, - вздохнул Пирогов, - надо же, как бывает. А Федор Петрович, брат его, младший. Я слышал, от него жена ушла. И правильно сделала. Он мне еще тогда не понравился.

Грегори и сэр Томпсон сидели в углу отделения, рядом с Мартином. Знаменитый хирург объяснял мальчику свою операцию по удалению камней.

– Твой брат на тебя не похож, - хмыкнул Пирогов. Петя, весело отозвался:

– Мы не по крови братья. Он племянник первой жены моего отчима, мистера Питера Кроу. Мама Грегори в Китае спасла, когда он совсем маленький был. Потом мы все в Японии встретились, в Сендае. Там есть крест, Николай Иванович, - зачарованно сказал Петя, - из бронзовых хризантем. Они триста лет не вянут, представляете? Если бы я этого не видел своими глазами, я бы никогда не поверил. А отец мой, - мальчишка погрустнел, - на Арлингтонском кладбище похоронен, в Вашингтоне. Он погиб на Гражданской войне. Мы и в Америке жили, я вам расскажу..., - заторопился паренек. Пирогов улыбнулся: «Твоя мама мне расскажет. Теперь послушай, как мать и отец у тебя познакомились, в госпитале...»

– Сначала на Малаховом кургане, - гордо заметил Петя: «Папа маму там впервые увидел. А потом приехал в Симферополь, чтобы ее найти».

– И нашел, - подтвердил Пирогов. Мальчишка, Петя сказал, что ему двенадцать лет, как две капли воды был похож на отца. У него были рыжие, хорошо подстриженные кудри, голубые, веселые глаза, и россыпь веснушек вокруг носа. Он сообщил, что после родов матери, вместе с бабушкой, дедушкой и братом отправится в Ньюкасл, инепременно спустится в шахту. Петя, ненароком, заметил, что следующим летом едет работать подручным на Суэцкий канал.

– Его строит мой дядя, - гордо заметил Петр, - знаменитый инженер, сэр Стивен Кроу. Потом он отправится в Арктику, искать Северо-Западный проход, на паровом корабле. Я буду помогать в машинном отделении, - ввернул Петя.

Матери и Питеру он пока об этом не говорил. Даже Грегори ничего не знал. Петя был уверен, что препятствий он не встретит. Он изучил карту Арктики и понял, что вся экспедиция займет год, не больше.

– Через пять лет, - подумал мальчик, - я помню. Когда канал закончат. Мне к тому времени будет семнадцать. Поступлю в Кембридж на год позже. Ничего страшного.

Браун увидел холодные, лазоревые глаза мистера Питера Кроу. «Что вы намеревались делать с моей женой, - поинтересовался мужчина, - и почему я об этом ничего не знаю, мистер Браун? Что за вмешательство вы хотели провести?»

– Это маленькая, безобидная операция, - пытался оправдаться Браун, - я излечил сотни женщин, и не слышал ничего, кроме благодарности..., - он увидел, как угрожающе сузились глаза Пирогова: «Я читал, - русский хирург проверял пульс Марты, - читал о ваших..., - Пирогов поискал слово, -практиках, якобы помогающих от истерии, нервных расстройств...»

– И это правда!
– Браун вскинул руки: «Женщины становятся спокойнее, у них не появляются желания...»

– Естественные желания, - сочно заметил Пирогов.

– Оставим в стороне ваши шарлатанские теории о причинах болезней нервной системы. Как вы смели, - Пирогов побагровел, - подвергнуть варварской, калечащей процедуре пациентку, не испросив на то ни ее согласия, ни согласия ее семьи! Мистер Кроу, - он повернулся к Питеру, - вы знаете, что доктор, - Пирогов издевательски усмехнулся, - Браун хотел удалить вашей жене glans clitoridis?

– Это..., - было начал Томпсон, но Питер сжал зубы:

– Я знаю, что это такое, сэр Генри. Мистер Браун, - приказал мужчина, - немедленно убирайтесь отсюда. Обещаю, вы не получите никакой оплаты, и в следующий раз мы встретимся с вами в суде!
– Питер заставил себя сдержаться и не стал подходить к Брауну, хотя ему очень хотелось, как следует, встряхнуть врача. «Бедная дочь Бромли, - подумал Питер, - вот что с ней стало. И Бромли, как он мог на такое согласиться. Браун ему, наверняка, обещал, что после операции Кэтрин будет вести себя, как положено».

– Вон из моего дома, - подытожил Питер: «Мой отец проследит, чтобы и вашего духу здесь не было».

Семья расположилась в библиотеке. Люси, завидев мальчиков, сбежала вниз со ступеней и звонко сказала: «Мама лежит! Там братик!»

– Мистер Кроу,- удивился Пирогов, - вашей дочери едва больше года...

Люси задрала темно-русую голову: «Я Люси, - отчеканила девочка, картавя, - я хорошо говорю». Питер покрутил головой и усмехнулся:

– Она в девять месяцев свое первое слово сказала, мистер Пирогов. Палец протянула к столу, и потребовала: «Дай!». Там груши лежали. А я спросил: «Сколько, милая?» - Питер все улыбался:

– Люси ответила: «Одну, папа». Вот с тех пор..., - он не закончил и добавил:

– И ходить она тогда же начала. Братика ждет, - он взглянул на окна спальни. Пирогов уверил его: «Все будет хорошо».

По дороге в Мейденхед старший мистер Кроу рассказал Пирогову, что усадьба была куплена семьей еще при королеве Елизавете. С тех пор дом несколько раз горел, его грабили, разоряли, перестраивали и приводили в порядок. «Мы здесь триста лет живем, - заметил Мартин, - и дальше будем жить, обещаю».

В спальне было прибрано. Пирогов вспомнил голос мистера Кроу:

– Вы у нас погостите, после родов. Грегори врачом хочет стать, - он погладил ребенка по голове, -расскажете ему о медицине. Ни о чем не беспокойтесь, - Питер поднял руку, - за вашими, вещами мы в Лондон пошлем.

Они проводили глазами Брауна. Пирогов, сквозь зубы, сказал пару крепких слов на русском языке.

– Это я знаю, - обрадовался младший мистер Кроу, - меня отец научил. Он в Сибири бывал, давно.

– Помотало вашу семью, - присвистнул Пирогов и повернулся к Томпсону: «Давайте начинать осмотр, коллега».