Чтение онлайн

– Нет. А камеры проверять не будете?

Он отмахнулся.

– Простите за утренний выпад. Мне очень жаль, что я, не подумав и не узнав вас, так себя повел. Извините.

– То есть за день вы меня узнали?

– Немного, - он продолжал улыбаться и, положив руку мне на спину, легонько подтолкнул вперед.
– Идемте.

Михаил не просто осмотрел мою машину - он отфоткал на телефон все повреждения, которые заметил. А мне только оставалось стоять в сторонке и наблюдать за ним. Но это тоже было чертовски приятно.

– Так, - потирая подбородок, боксер оперся бедром о мою машину, наведя своей позой на мысли о моделях мужского белья. Хам и эгоист, высокомерный и малость странноватый - все эти качества пока не очень умоляли для меня другой яркой черты этого человека - резкой, впечатляющей красоты, закованной в едва ли не физически ощутимую энергию сдерживаемой силы. Нет, он не был надутым качком, как бодибилдер, он был воином.

– Вроде все заснял, - прокручивая галерею на телефоне, Михаил подошел ко мне.
– Но, думаю, придется отогнать вашу киа в сервис. Парни пригонят вам машину на замену. Какую хотите?

Я улыбнулась ему.

– Маленькую.

– Хорошо, так и передам, - он улыбнулся в ответ.
– Спасибо за день, но мне, к сожалению, пора.

– До свидания.

Он кивнул, склоняя голову и делая ко мне шаг навстречу.

– Надеюсь, скоро ещё увидимся. Берегите бабушку.

– С ней все будет хорошо, - вряд ли он собирался меня поцеловать, но я все же отступила в сторону. Кто знает, что за демоны в этой ангельской башке.
– Спасибо за обед.

– А вам за завтрак.

Он прошел вперед, к дорожке, но у аллеи обернулся и, помахав мне, крикнул:

– Готовьте теперь кашу на троих!

В ответ я только подняла руку.

Безусловно, этого человека стоило держать на расстоянии.

Я подняла пакеты с ленты и переложила их в тележку. Рывок дался тяжело - мне на мгновение показалось, что я больше вообще не разогнусь, а ещё надо было заехать в книжный - Маргарита Васильевна попросила меня взять ей что-нибудь для чтения из новинок. Я предложила приобрести аудиокниги, но она наотрез отказалась.

– Не люблю чужие голоса. Их эмоции так наиграны.

Ни о жанрах, ни об авторах княгиня мне ничего не сказала, а мой вопрос с уточнением проигнорировала. Поэтому я собиралась купить что-то, что стала бы читать сама. Но без эротики. И, конечно, зря я не направилась в книжный сразу - понадеялась, что куплю что-нибудь новомодное в гипермаркете, а там были только второсортные детективы да детские книжки. Даже паршивенького любовного романчика не обнаружилось.

Я толкнула тележку и покатила ее к дверям, на ходу доставая мобильный, чтобы вызвать такси. Но зайти в приложение я не успела - мне звонили с неизвестного номера.

– Да?

– Здравствуйте, Вера.

Я безошибочно узнала мягкий, приятный голос Михаила Белоозерова, но улыбаться не спешила. Вряд ли он звонил мне просто поболтать.

– Добрый день. Что-то случилось?
– спросила я.

– Вы сегодня не работаете?

– Да, у меня выходной. Из агентства к Маргарите Васильевне отправили сиделку на смену. Можете не сомневаться в ее компетенции.

По камерам увидел? Или бабушка настучала? Только зачем, ведь мы с Маргаритой Васильевной уже давно обговорили этот момент - в месяце у меня было два фиксированных выходных и один плавающий. И все равно эти дни я скакала по городу, собирая лекарства, нужные Маргарите Васильевне, товары по списку, типа книг или живых цветов, и продукты. Мясо, овощи, фрукты и молочку нам привозил дядя Федя, а остальное закупала я. На следующий выходной у меня был запланирован поход к парикмахеру, потому сегодня я всего купила с запасом.

– Я и не сомневаюсь, - Михаил помолчал, видимо, раздумывая, что сказать дальше.
– Почему вы не взяли машину, которую я прислал на замену?

Ага, новенький миникупер, оранжевый, с черными полосками, очень стильный и блестящий, как конфета.

– Простите, но я опасаюсь садиться за руль такого дорогого автомобиля, - честно призналась я.

– Вы же опытный и аккуратный водитель.

А ты стал доверять одному моему слову? Вот уж дудки, милый.

– Это не всегда спасает. И мне бы не хотелось отвечать за чужой, дорогостоящий автомобиль.

– Вот как...

– Конечно, если ситуация вынудит, я без зазрения совести сяду за руль. Но сейчас точно не такой момент.

– Где вы?

Я остановила тележку напротив дверей, и они разъехались передо мной.

– Эм... В супермаркете.

– В каком именно?

Опять допрос...

– "Лента", на Зеленогорской.

– Ждите у входа, я скоро подъеду.

– Не...
– отбой, - надо...

Думала, что придется прождать его как минимум час, но Белоозеров приехал через пятнадцать минут. К сожалению, не на ДеЛориан, а на черной машине с длинной, покатой мордой и узкими фарами, отчего выражение этой самой морды казалось крайне агрессивным.

Я сидела на лавочке, копаясь в телефоне, а Белоозеров очень по-позерски остановился прямо передо мной и, опустив стекло, мотнул головой.

– Забирайтесь.

– А вы быстро, - заметила я, поднимаясь и толкая тележку к съезду.
– Думала, гостите у бабушки.

– Нет. Я всего лишь созванивался с ней, - Михаил снял солнцезащитные очки и, зацепив их за ворот футболки, вышел из машины.
– Она предположила, что у вас могут возникнуть проблемы с возвращением в поселок, потому что машину вы не взяли.

Маргарита Васильевна переживала обо мне? Приятно, черт возьми.

– Я добралась бы на такси.

– А если вы будете нужны срочно?
– Михаил остановился передо мной и, положив ладони на тележку, оглядел пакеты.
– Мне кажется, ваши покупки весят больше вас.

– Забиваю пустой холодильник, знаете ли.

Михаил, усмехнувшись, собрал ручки всех пакетов и осторожно поднял их под моим восхищенным взглядом.

– Откройте багажник, пожалуйста.

Я, толкнув тележку к лавочке, подскочила к багажнику, который внутри оказался уныло пустым. Михаил поставил пакеты, а я принялась их расправлять и поворачивать, чтобы ничего не выпало.

– Садитесь, - он поднял руку и, схватившись за край крышки багажника, потянул ее вниз.
– Вам - в поселок или ещё куда?

– Мне надо в книжный.

– Значит, поедем в книжный.

Я забралась на пассажирское. Михаил сел за руль, переключил коробку передач и вдруг резко отдернул руку, словно его ударило током или он на что-то напоролся.

Фыркнув, боксер потряс правой рукой, сжал левой запястье, на котором, к слову сказать, были вовсе не дорогие часы, а тонкий кожаный ремешок в три оборота.