Чтение онлайн

– Сейчас поедем, - Белоозеров отвернулся к окну.
– Черт...

– Что с вами?
– спросила я из чистого профессионального любопытства.

– Последствия травмы, - коротко ответил боксер.

– Не перелома ли?

Михаил обернулся и нахмурился.

– Да, а что?

– Дайте руку.

Он пожал плечами и с видом "Хуже все равно не будет" протянул мне руку.

– Расслабьтесь.

Я осторожно покрутила кисть, потом чуть надавила на пальцы, отводя их назад, затем вперед, сжимая в кулак.

– Не напрягайтесь, - от большого пальца прошлась вверх, до локтя, разминая сводимую судорогой мышцу. Михаил наблюдал за моими движениями из-под полуопущенных век, откинувшись на спинку кресла.

– Лучше?
– спросила я.

– Гораздо, - тихо и как-то сонно ответил он.

– Ваш доктор знает об этой проблеме?

– На ринге мне это не мешает, - боксер сморгнул и тряхнул головой.
– Док когда-то сказал, что это фантомные боли и со временем пройдут.

– Должны были пройти, но не прошли. И судорог у вас раньше не было. Верно?

Михаил поджал губы и, вернув руку на рычаг коробки передач, ничего не ответил.

Я пожала плечами. В принципе, какое мне дело до его недолеченных травм.

– Вы полагаете, что с рукой могут быть проблемы?
– спросил он, выкручивая руль.

– Вам лучше уточнить это у врача.

– Не хочу прослыть параноиком. Мне уже было сказано, что это нормальный процесс. А судорога... Мелочь.

– Пусть вас считают параноиком. Но лучше обращать внимание на каждую мелочь, чем узнать о немелочи слишком поздно.

Наверное, я сказала эти слова с долей трагизма, потому что Михаил оторвал взгляд от дороги и пристально посмотрел на меня.

– И где вы об этом узнали?

– В хосписе.

– Ничего себе...

– Что?

– Даже представить не мог, что такая хрупкая, миниатюрная девушка может быть настолько сильной.

– А я и не была сильной. Проработала там три месяца и сбежала.

Михаил вздохнул и ничего не ответил. Я была благодарна ему за тишину. Про то время вспоминать не хотелось. Странно, но сейчас впервые за всю жизнь я задумалась - а что же вспоминать? Есть ли вообще у меня воспоминания светлые и радостные от начала и до конца, не омраченные смертью, трагедией, болезнью? Разве что посиделки с близкой подругой, но большую их часть я, честно говоря, вообще не помнила.

– Что хотите прикупить в книжном?

Я вздрогнула и вскинула голову.

– Что?

– Какие книги вам нужны?

– Не знаю. Маргарита Васильевна просила посмотреть что-нибудь из новинок.

– В своем репертуаре. Вы в курсе, что она заставит читать вас ей вслух?

– Она сказала, что не любит аудиокниги.

Михаил усмехнулся.

– Это другое. Вас она видит и видит ваши эмоции от прочтения. Раньше ей читала Соня, моя сестра, - он поджал правый уголок губ.
– Теперь у нее нет на это времени.

– Я часто читаю своим клиентам. С этим проблем не будет.

– Клиентам?

– Тем, кому помогаю. В основном, пожилым.

– Ваши пациенты - старики?

Настала моя очередь морщить нос.

– Что не так?
– он, едва заметно улыбнувшись, посмотрел на меня.

– Не всем нравится, когда их называют стариками. Точнее, никому.

– Серьезно? Погодите секунду.

Он снял мобильный с подставки, которая была закреплена на приборной панели. Я даже не обратила внимания, что телефон звонит - только экран загорелся и все.

Михаил заговорил по-английски. Я мало что понимала из разговора, так как язык учила плохо, да и вообще в этом направлении не преуспела. Боксер же болтал быстро, мягко сливая несколько слов в одно предложение без пауз. Мне показалось, что даже знай я английский на уровне школы, все равно бы ничего не поняла. Михаил улыбнулся, а потом засмеялся, чуть откинув голову назад. Я отвернулась к окну - но смех, мягкий, задорный, заразительный, все равно возвращал меня к мыслям о парне, что сидел рядом со мной. О чертовски обаятельном парне.

Он попрощался и вернул мобильный на место.

– Извините. Промоутер меня потеряла. Она не любит, когда я долго в России.

– Вы здесь не живете?

– Живу. И здесь, и там. Но там - больше. В смысле, в США, - он потер шею, поджав губы, словно решался, стоит ли дальше вести со мной разговор о своей жизни.
– Тут, как не крутись, высоко не поднимешься. Вся движуха там, в США. И тренеры, и промоутеры, и контракты, и соперники. А здесь я и Марк только неделю искали нормальный зал для тренировок. Марк Гловер - мой коуч.

Последнюю фразу он сказал таким тоном, будто я должна была сию секунду восхититься, что его тренер - Марк Гловер. Понятия не имела, кто это. Мне куда более интересен был другой момент.

– А почему вы решили задержаться тут?
– я прищурилась, глядя на собеседника.
– Из-за меня?

Он снова поджал губы.

– Из-за сестры.

И замолчал. Потом подумал и, кивнув, добавил.

– Из-за вас отчасти.

Что ж, забавно. Прозвучало почти как комплимент, хотя я имела в виду кое-что другое.

Михаил привез меня к огромному книжному магазину в два этажа. Признаться честно, я о таком даже не знала.

Боксер припарковался и вошел в здание следом за мной.

– Может, что-нибудь подскажу, - заметил он, поймав на себе мой взгляд.

Я сразу направилась к стойке с новинками. Михаил не отставал.

– Что скажете?
– я показала ему, покрутив в руках, очередной бестселлер о любви.

– Про что там?

– Про...
– я пролистнула до аннотации.
– Про замужнюю женщину, которая полюбила лучшего друга мужа.

Михаил поморщился, отобрал книгу и, вернув ее на стенд, взял меня за руку.

– Идемте. Покажу, что ей по вкусу.

Детективы? Фантастику? Драмы?

Нет, Михаил привел меня к стеллажу с триллерами.

– Вот. Неожиданные развязки, загадки от начала и до конца, теории заговора. Выбирайте любую - бабушка будет в восторге.

Я вскинула бровь. Читать триллеры на ночь - не лучший способ расслабиться.

– Или вот это, - Михаил отошел в сторону, к стенду автобиографий и принес мне какую-то книжку.