Чтение онлайн

– Шерхо!

Чуть погодя Леми увидела огромного коня, мчавшегося галопом. Концы оборванного повода волочились по земле - по всей видимости, кто-то привязал его к дереву, но силы могучей лошади с избытком хватило, чтобы освободиться. Шерхо прискакал и замер рядом с хозяином. Шагнув к своей лошади, Картан сжал нетвердой рукой повод, уткнулся лицом в косматую гриву Шерхо. Чекану нужно было прийти в себя, и его оставили в покое. Даже не очень-то тактичный Харстэй остановился в отдалении.

Леми наклонилась с седла и спросила Линнель:

– Где Ардаггер?

– Там, - отозвалась создательница мира, указав рукой в сторону утихающего сражения.

Прикрыв глаза рукой, девушка посмотрела туда и увидела вдалеке удаляющееся живое пламя: Табар нес своего всадника в бой.

Глава 19. Суд создателей

Подскакав к месту битвы, дан перевел коня на шаг. Ардаггером владел холодный гнев. По милости Кайта он чуть не остался без одного из своих лучших помощников, и, пока Табар неспешно переставлял копыта, Ардаггер думал, что он сделает со своим бывшим саанаром, когда окажется с ним лицом к лицу.

Там, где проходил огненный конь, битва прекращалась. Бойцы невольно опускали оружие и в страхе отступали, опасаясь, что черный всадник посмотрит в их сторону. Хотя от Табара веяло сухим жаром раскаленной солнцем пустыни, воины больше ощущали холод, явственно идущий от Кэрхеда.

Ардаггер ехал, не интересуясь происходящим вокруг, не обращая внимания на то, как воины отскакивали в стороны, когда Табар подходил ближе. Кэрхед сидел в седле прямо, не шевелясь, и только внимательно приглядевшись, можно было увидеть незаметные движения пальцев, когда Ардаггер заставлял Табара следовать в направлении, ведомом лишь ему.

Кайт расправился с эльфийским лучником, уложив его сильным и точным ударом в не защищенное доспехами место на шее, и выпрямился, переводя дыхание. После того, как под ним убили четвертую лошадь, саанар стал драться пешим. Сломав в схватке свой клинок, он подобрал окровавленную секиру и сражался этим оружием, хоть оно было для Кайта непривычным и неудобным.

Опустив секиру, саанар вытер пот и огляделся. Увиденное заставило его отступить: к нему направлялся Ардаггер. Кайт сдержался, чтобы не закричать от ужаса, когда он разглядел лицо бывшего Хозяина. Саанар знал, что такое гнев старшего дана.

Кайт замер в оцепенении, продолжая следить за движениями Табара. Огненный демон неотвратимо надвигался, в наступившей тишине побрякивала цепь повода да потрескивала пламенная грива волшебного коня. Шаг за шагом приближал темного повелителя к саанару. Кайт стоял неподвижно, ощущая сухость во рту и бешеное биение сердца. Сил поднять оружие для защиты у него не осталось, он не мог даже отвести взгляда от лица Ардаггера и его темных глаз.

Подъехав вплотную, дан остановил коня. Кайт стоял на расстоянии вытянутой руки от морды Табара и едва мог терпеть идущий от лошади жар. Ардаггер не сделал более ни одного движения; он смотрел на Кайта сверху вниз и молчал. Не в силах вынести молчания и взгляда старшего дана, Кайт попытался отвести глаза, но не сумел сделать это. Его рука сама собой разжалась, секира с глухим стуком упала на землю. Табар сделал шаг вперед; Кайт чуть не задохнулся от его едкого дыхания.

Ардаггер черной башней возвышался над своим бывшим саанаром и мог сделать с ним что угодно. Мог... однако по-прежнему неподвижно сидел в седле и не произносил ни слова.

Кайт шевельнул губами, не сумев издать ни звука. Он повторил попытку, и дан услышал:

– Пощадите.

При его словах ладонь Ардаггера непроизвольно сжала повод Табара с такой силой, что несколько звеньев прочнейшей, казалось бы, цепи треснули.

В Круглом зале Оннелана сидели Ардаггер и Линнель. С момента последнего сражения прошла неделя; большую часть войска даны распустили, и солдаты шли домой. Победа была полной, но это не радовало ни Ардаггера, ни Линнель.

– Почему ты не убил Кайта?
– задумчиво произнесла создательница мира, наполняя бокалы вином.
– У тебя были повод и возможность сделать это.

– Почему я должен один решать его судьбу?
– спросил Ардаггер.

Линнель не ответила, но посмотрела на брата пристально.

– Я не узнаю тебя, - заговорила она.
– Ты изменился.

– Устал, - коротко объяснил дан и через некоторое время добавил: - давайте вместе решать, что делать с Кайтом.

Ардаггер поднялся. Подойдя к окну, дан открыл его и с наслаждением вдохнул теплый майский воздух. Линнель задумалась, по привычке отыскивая в предложении брата спрятанную хитрость. Ардаггер стоял, отвернувшись, но создательница мира подумала, что он улыбается.

– А если большинство захочет его смерти?
– резковато спросила Линнель.

Дан пожал плечами и повернулся к сестре. Лицо его было серьезным.

– Тебя тревожит такая возможность?

– Нет, - прямо ответила создательница мира.
– Я о другом.

На мгновение Ардаггер отвел взгляд: он понял, куда клонит сестра. Кто станет палачом Кайта, если его приговорят к смерти? Кайта презирали, кое-кто из саанаров его терпеть не мог, однако казнить его не согласился бы никто.

– Ну-ну, - произнес дан, - не ставь телегу впереди лошади. Никто не сказал своего слова.

– В таком случае надо собраться всем, - сказала Линнель, - как можно быстрее.

Ардаггер отошел от окна и сел за стол.

– Минуту, сестра, - заговорил он, и создательница мира насторожилась, - ты хочешь, чтобы Кайта судили только создатели?

Дан выжидающе смотрел на сестру, та медлила с ответом: в самом деле, если собрать создателей, у Оннелана будет один лишний голос. Линнель вздохнула:

– Надо, чтобы Оннелан и Хард были представлены равным количеством... судей. Позови Леми.

– Она не знает Кайта, - заметил Ардаггер.
– Впрочем, если вы с Лэйано позволите, она придет на наш совет, но решать судьбу Кайта Леми не будет.

– Тогда кто?
– спросила создательница мира, искренне удивленная словами брата.

– Бартог, - твердо произнес дан.

Подперев щеку кулаком, Линнель задумалась. В предложении Ардаггера смысл был: Бартог знает всех создателей, и его все прекрасно знают, с ним считаются, а среди саанаров Харда он давно стал своим. Кроме того, подумала Линнель, Кайта оружейник ненавидит. Интересно будет выслушать его мнение.

– Хорошо, я согласна, - отозвалась хозяйка Оннелана.
– Когда мы соберемся?

– Через неделю, - отозвался дан.
– Но эти семь дней я проведу здесь.

Линнель ничего не имела против присутствия в Оннелане старшего брата и его саанаров. Не возражал и Лэйано, однако саанары их, кроме Альфарада, косо поглядывали на Хозяина Харда. Помня предостережение Карими, Ардаггер старался не оставлять Леми одну, хотя Байно в то время не было в Оннелане: по приказу Линнель он занимался тем, что отправлял уцелевших воинов из армии Кайта обратно в их мир.