Чтение онлайн

– Не хочу и не буду, Сантор, - услышала она где-то за спиной приглушенный голос, принадлежавший все тому же ардену.
– Если она действительно так важна, как тебе кажется, то это только подтверждает, что ее надо обязательно доставить к госпоже Аэлевит.

– Эраэх, ничего не получится. Лучше и не пытайся. Она не поедет в Скейр, потому что не хочет туда ехать.

Лорбаэн поймала себя на том, что действительно не хочет ехать с арденами в столицу. Именно сейчас - нет, она чувствовала, что должна оставаться с армией графа Гисса. Не понимала только, почему.

– И что же меняют ее желания? Ты видишь в будущем, что она не поедет в Скейр?

– Я не прорицатель, Эраэх, равно как и ты. Будущего девочки я не вижу. Но ее прошлое - открытая книга. Посмотри на нее внимательно, и ты сам все поймешь.

– Не хочу. Говори, что такого ты углядел в ее прошлом?

– Она сама выбирает свой путь.

На некоторое время голоса стихли. Лорбаэн старалась не шевелиться, чтобы ардены не заметили, что она слушает их разговор.

– Так не бывает, Сантор. Никто не властен над своей судьбой.

– Она имеет такую власть, Эраэх. Посмотри на нее внимательно. Думаю, что ни один прорицатель не сможет увидеть ее дальнейшую судьбу.

– Как, вообще пустота и ни одного проблеска? Может, девочке всего-навсего суждено в скором времени умереть?

– Я не знаю, Эраэх, что ей суждено.

Рука в тонкой кожаной перчатке тронула ее за плечо.

– Ты хочешь, чтобы тебя отвезли в Скейр, Лорбаэн?
– спросил тот, кого один из арденов назвал Эраэхом.

– Нет, - ответила она.
– я хочу, чтобы меня отпустили и дали вернуться в Дассиг.

– Эраэх, если ты настоишь на своем, быть беде, - сказал Сантор, подойдя с другой стороны.
– Если я прав, и ей дана власть над судьбой - с нами может случиться все, что угодно, что может нам помешать увезти ее силой. Враги выследят наш отряд, буря повалит деревья на наши головы, Аррис выйдет из берегов. Я бы не рисковал без нужды.

Лорбаэн слова Сантора казались мистикой. Но удивительным образом они находили в ее душе отклик. Когда-то в Кагонисе бродяга-эйторий обмолвился о том, что ее ждет страшная судьба. С тех пор все, что касалось прорицания ее будущего, вызывало у нее живейший интерес. Она тянулась к недоступному ей знанию грядущего, верила в него. Тем более что в настоящем верить ей было особо не во что. Только в человеческую подлость и мерзость.

Все люди в этом мире были к ней в той или иной степени враждебны. Может, в другом - там, где-то в неведомом будущем, - они иные? Здесь ей почти не на кого положиться.

Почти.

– Кант из Хигорта, - вспомнила она.

– Что ты сказала?
– удивился Эраэх.

– Кантраэх ЭахСтилларт. Он лучник из Сатлонда и... он мой отец.

– Девочка, я ведь знаю, кем был твой отец. Все ардены это знают. Звали его не так, как ты сказала.

– Замечательно, что ты это знаешь, арден. Кант из Хигорта назвал меня своей дочерью. Я бы хотела его увидеть.

– Невероятно!
– воскликнул Эраэх, не сдержавшись.
– Ни один арден не мог назвать тебя своей дочерью!

Сантор подошел и положил руку Эраэху на плечо.

– Это легко проверить, Эраэх. Я понял, о ком она говорит. Кантраэх - это один из сатлондцев, которых мы привезли с собой. Они сейчас где-то в городе. Я найду его и привезу сюда.

– Хорошо, езжай. Чем быстрее мы с этим разберемся, тем лучше. И так слишком много времени на нее тратим.

Лорбаэн закрыла глаза и откинула голову назад. Скоро она узнает, так ли враждебен к ней этот мир, как ей кажется. И чего стоили слова арденского лучника на обрыве над Аррисом.

Впрочем, скорее всего, чего-то стоили. Чья-то же стрела убила алагора-мечника в лагере южной армии. Иначе она бы и не вспомнила о Канте. Осталось узнать, сможет ли он защитить ее не только от южан, но и от своих сородичей.

Кант смог. Едва соскочив с коня, лучник подбежал к ней и прежде, чем его сумели остановить, разрезал кинжалом веревки, связывавшие ее руки и ноги. Лорбаэн охнула от боли в запястьях - связали ее на совесть, и путы оставили глубокие следы на коже.

– Остановись!
– крикнул Эраэх, бросившись к Канту.
– Я не разрешал ее отпускать!

– Ты не можешь запретить, - резко бросил Кант, обернувшись к нему.
– Лорбаэн - несовершеннолетняя. Если тебе нужен кто-то, на кого ты сможешь повесить всех собак - это я. По законам нашего народа за поступки несовершеннолетних детей отвечают родители.

– Так это правда...
– пораженно проговорил Эраэх.
– Ты понимаешь, что ты сделал, Кантраэх ЭахСтилларт?

– Прекрасно понимаю, Эраэх. Я вернул Лорбаэн нашему народу.

Девочка хотела возразить Канту, что она не желает считать себя арденкой, но вовремя прикусила язык. Сейчас не стоило лезть в бутылку.

– Твое решение, Кант, может быть оспорено Кругом прорицателей и судом трона.

– Вот когда соберется суд трона, Эраэх, тогда мы об этом и поговорим. А сейчас ты не имеешь никакого права ее удерживать. Лорбаэн пойдет туда, куда хочет, и делать будет то, что ей по душе.

– Не могу взять в толк, зачем ты это делаешь, Кант...

– Я уже говорил тебе, Эраэх, - вмешался Сантор.
– Девочке дана власть над судьбой, и дана отнюдь неспроста. В наше время недооценивать ее силу не просто глупо - это смертельно опасно. Ты хоть понимаешь, что от ее решения в какой-то момент может зависеть судьба всего нашего народа? А ты собрался везти ее на суд в Скейр. Лорбаэн и так не сильно-то нас любит. Так давай не будем будить ее ненависть к тем, кто ее отверг.

Лорбаэн видела, что Эраэх колеблется.

– Если мы ее отпустим, Сантор, она может нас выдать.

– Сделай так, чтобы этого не случилось, Эраэх.

– Каким образом? Я-то над судьбой никакой власти не имею.

– Боги Звездного пика, Эраэх, как можно быть таким глупым в твоем-то возрасте!
– воскликнул Сантор. В голосе его слышалась горечь.
– Посмотри на нее внимательно. Это же маленькая девочка, только и всего. Да, ее отталкивали и унижали, но если она до сих пор не сломалась - в ее душе найдутся силы, чтобы принять протянутую ей руку.

Эраэх вздохнул.

– Ладно, убедили. Лорбаэн пойдет своим путем.

– Вы не можете!
– взвизгнул Длух, все это время прислушивавшийся к разговору.
– Она предаст вас! Она и раньше предавала. Я видел ее с дессалием в холмах. Никакая она не рабыня, она врет все!

– Помолчи, малыш, - презрительно бросил ему Эраэх.
– Девочка принадлежит Старшему народу. Между собой мы как-нибудь разберемся без твоей помощи.

Кант проводил ее до окраины Дассига. Близился рассвет, когда они добрались до яблоневых садов, за которыми начинался собственно город.